Когда она наконец-то подняла голову, Рейджу показалось, что он прыгает с обрыва. Хорошие новости? Если ему и придется лететь с кем-то со скалы, лучше пусть это будет его шеллан.
- Мы можем дать ей хороший дом.
Когда глаза Мэри увлажнились, Рейдж встал и подошел к ней, опустившись на колени перед своей шеллан и кладя ладони на ее колени.
- Ты не хочешь говорить это вслух, да? - прошептал он.
Мэри прерывисто вздохнула. Затем покачала головой.
- Это не должно было случиться с нами. Мы только что это обсуждали. Это... не должно случиться с нами. Все это родительство.
- Кто сказал?
Мэри раскрыла рот. Затем закрыла и еще крепче прижала бумаги к сердцу.
- Я смирилась с этим. Правда смирилась. Правда... ну, что мне никогда не быть матерью.
Когда слезы покатились из ее глаз, Рейдж протянул руку и вытер слезы с лица своей любимой.
- Это нормально, если ты не можешь это сказать. Потому что я скажу это за тебя. Ты можешь стать... самой чудесной мамэн для этой малышки. Битти очень повезло бы иметь тебя в своей жизни.
Произнесенные им слова, казалось, в какой-то мере сломили ее, и Рейдж прекрасно понимал ее чувства. Он уже приготовился смириться с тем, что лишен огромной части своей жизни. Ему даровано немало благословений, но отцовство - не одно из них. И да, когда в дверь, которую он окончательно и бесповоротно закрыл, так скоро стучатся - это жестоко.
Но одно он знал точно, черт побери.
Если по какой-то чудесной случайности судьба призывает их взять на себя ответственность за эту малышку, он сделает это без сомнений. И не задавая лишних вопросов, он знал, что Мэри поступит точно так же.
Родители.
Это было бы чудесно.
Мэри была удивлена огромной пропасти боли, разверзшейся в центре ее груди.
И думая обо всем этом, она поняла, что да, вполне возможно, что она сублимировала всю эту историю с детьми... занималась самолечением неизвестной агонии старой-доброй работой, служением тем, кто нуждался в помощи в самые уязвимые моменты их жизни.
Задрожав, Мэри наклонилась вперед, и Рейдж поймал ее, когда она соскользнула со стула и рухнула нему на колени. Когда его руки обхватили ее и крепко обняли, она как можно крепче сжала эту полную бумаг папку.
Было слишком страшно признаться себе самой и Рейджу в том, что эта идея жила в ее сердце больше года. Но жажда материнства укоренилась в ней в какой-то момент за время знакомства с Битти - хоть Мэри никогда не посягала и не вторгалась без приглашения в настоящую связь между матерью и дочерью, и даже не осознавала свои истинные чувства.
Однако иногда она задумывалась, что станет с этой девочкой, если она окажется одна в этом мире.
И да, возможно, там мелькали мысли о том, чтобы привести ее в свою жизнь.
Несомненно именно поэтому Мэри в ту ночь смерти Рейджа едва не отвезла девочку в лагерь Братства вместо «Безопасного места».
Но Мэри понимала, что такие чувства непрофессиональны и неуместны, поэтому она ничего не делала, ничего не говорила, не выделяла Битти из остальных детей, с которыми работала.
Впрочем, ее сердце считало иначе.
Отстранившись, Мэри посмотрела на красивое лицо Рейджа.
- Что Вишес сказал про дядю?
Хотя, кажется, она уже слышала его слова, что Ви ничего не нашел.
- Он сказал, что не нашел никого с таким именем. И никаких официальных записей о Битти, ее матери или любых членах семьи, - Рейдж вытер ее глаза большими пальцами, а затем смазал ее слезы на свою толстовку. - Она действительно сирота.
Они оба некоторое время молчали. Затем Мэри сказала:
- Это будет не только забавные поездки поесть мороженого.
- Я знаю.
- И она может не захотеть жить с нами.
- Я знаю.
- Но она тебе нравится, верно? Она особенная, правда?
- Очень, - Рейдж отрывисто рассмеялся. - Думаю, я решил, что хочу усыновить ее, когда она заказала тот вафельный рожок.
- Что?
- Долгая история. Просто... такое чувство, что все это так и должно быть.
- Я тоже так думаю.
Рейдж подвинулся так, чтобы прислониться спиной к стене, и Мэри устроилась между его ног, опираясь на его грудь. Возможно, им стоило перебраться в кровать. В конце концов, было бы намного удобнее. Но из-за ощущения огромной перемены, грядущей в их жизнях, казалось безопаснее оставаться на земле - просто на случай если землетрясение, которое они оба испытывали на эмоциональном уровне, каким-то образом найдет физическое воплощение.
Эта чертовщина превратила бы особняк в руины.
- Это будет долгий процесс, Рейдж. Это не может случиться за одну ночь. Нам с тобой придется кое-что сделать, вместе и по одиночке, чтобы убедиться, что все это по-настоящему.
Но это лишь слова.
Сердцем Мэри была уверена, что решение принято.
Она села и развернулась.
- Ты хочешь быть ее отцом? То есть, я знаю, как я к этому отношусь...
- Это будет честью для меня, - он положил руку, которой сражался, на сердце и заговорил на Древнем языке. - Это станет обязанностью, исполнения которой я буду жаждать каждую ночь на этой земле.
Мэри глубоко вздохнула. А потом выругалась.
- Нам придется объяснить ей... что я такое. И что есть у тебя.
О Боже, что если его зверь и ее... экзистенциальная проблема... помешают им стать кандидатами в усыновители? И кто принимает это решение? И куда им нужно пойти, чтобы узнать, как это делается?
Со стоном Мэри вновь упала на мощную грудь Рейджа. И забавно... она чувствовала вокруг себя его мышцы и знала, что он останется с ней до самого конца, никогда не уклоняясь от вызова, придерживаясь цели и сосредотачиваясь, двигаясь вперед, пока они не пересекут финишную черту.
Так он был устроен. Он никогда не убегал. Никогда.
- Я люблю тебя, - сказала Мэри, глядя прямо перед собой.
- Я тоже тебя люблю, - Рейдж заправил ей волосы за ухо и помассажировал плечи. - И Мэри... все будет хорошо. Я обещаю.
- Они могут не разрешить нам взять ее. Даже если она захочет.
- Почему?
- Ты знаешь, почему. Мы не совсем «нормальные», Рейдж.
- А кто нормальный?
- Люди, которые живут по общепринятым нормам. И у которых нет зверя, живущего в их теле.
Когда Рейдж затих, Мэри почувствовала себя виноватой, как будто она что-то разрушила. Но им нужно смотреть на вещи реалистично.
Но Рейдж лишь пожал плечами.
- Ну значит мы проконсультируемся с психологом. Ну или еще какую фигню сделаем.
Мэри хихикнула.
- Проконсультируемся с психологом?
- Конечно. Какого черта? Я могу обсудить то, каково мне жить со зверем. И возможно он сумеет сожрать парочку психологов, чтобы переварить их конструктивные замечания. Я имею в виду, божечки, утыкайте меня иголками для акупунктуры, и возможно дракон превратится в зайчика или в синичку или в...
- Синичку.
- Ага, ну или в суслика. В итоге он может оказаться гигантским пурпурным сусликом-вегетарианцем, - Мэри захохотала еще сильнее, и Рейдж погладил ее по рукам. - Как насчет Кавалер кинг-чарльз-спаниеля?94
- Ой да брось...
- Не-не, я понимаю. Я знаю, каково это будет.
Мэри перекатилась на его коленях и улыбнулась Рейджу.
- Будь лапушкой. У меня было тяжелое утро. Ну, если не считать той части в душе. Там было вовсе не тяжело.
Рейдж поднял указательный палец.
- Так, ну во-первых, кое-что там было очень тяжелым и твердым. И ты знаешь об этом не понаслышке, - Мэри снова рассмеялась, и он кивнул. - Ага. Вот именно. А что касается альтер-эго моего зверя - как насчет огромного пурпурного кроленя?95
- Их не существует!
- Ладно. Змее-обезьяна?
- Тоже не существует.
- Ну тогда я могу воплотить в жизнь мечту всех охотников на них, - Рейдж улыбнулся. - Тогда нам ничто не страшно. После такой-то службы на благо общества.
- Ты как всегда прав, - Мэри погладила его по лицу. - Нам немедленно нужно привести в действие план по акупунктуре кроленя.