«Этот пацан опасен», — до их лидера начало доходить, на что на самом деле был способен этот юноша.
Тем временем его приятель уже достал нож и, выставив его перед собой, бросился на Фиро.
— Эх… вынул-таки… — не выказав ни малейшего страха, с сожалением пробормотал тот и повысил голос. — Эй-ей, кто ж в драку с ножом лезет?
— Заткнись! Поздно спохвати…
Договорить хулиган не успел. Руку, сжимавшую нож, пронзила резкая боль от удара — Фиро точно попал по ней носком ботинка. Мужчина невольно выронил оружие. Нож со звоном подпрыгнул на земле, и Фиро с силой пнул его подальше в сторону.
— А… — мужчина проводил его растерянным взглядом.
И успел заметить, как снизу к нему что-то приближается.
Но, хотя его мозг все же успел распознать кулак Фиро, было уже поздно: после резкой вспышки боли в носу мужчина сложился пополам от мощного пинка в живот и повалился на землю.
— Что теперь? — спросил Фиро, повернувшись к лидеру.
Тот все это время простоял, сунув руки в карманы.
— Предлагаю продолжить развлечение в школе, — вспомнив насмешку в свой адрес, съехидничал Фиро.
Но лидер точно его не слышал. Он подошел к молодому человеку, что схватил Фиро за грудки. Тот все еще не встал с колен и продолжал, морщась от боли, потирать горло. Перемолвившись с ним парой слов, лидер по очереди помог подняться своим приятелям.
Вчетвером, бросая на юношу злые взгляды, они почти бегом покинули подворотню.
Там остались лишь Фиро и старик без сознания.
— Эй, дедуль! Ты как?
Барнс проснулся от похлопывания по щеке.
Резко садится. Боли не было. «Похоже, внутреннее кровотечение успело остановиться, а сломанные кости — срастись.
Прямо перед глазами — незнакомый молодой человек, судя по виду, младше тех, что на меня напали. Склонился надо мной и с беспокойством заглядывает в лицо. А в руках… ящик все еще у меня в руках»!
Этого оказалось достаточно, чтобы Барнс позволил себе с облегчением выдохнуть… после чего устремил на Фиро подозрительный взгляд.
«Наверное, я ему обязан своим спасением. Хотя сомневаюсь, что он в одиночку смог прогнать тех парней, но главное, ящик цел. Правда, что там внутри… Но, слегка приоткрыв крышку, убеждаюсь, что бутылки на месте. Как и их содержимое».
— Он что тебе, дороже собственной жизни? — с любопытством спросил Фиро.
Барнс тут же вернул крышку на место и, еще сильнее прижав к себе ящик, закричал:
— Н-не твое дело! Тебя и таких, как ты, это никак не касается! Или ты тоже за этими бутылками охотишься?! Если нужны деньги, я тебе дам! Так что пошел прочь!
— Эй-ей, я, между прочим, тебе жизнь спас… Теперь я даже сочувствую тем парням, — поморщился Фиро, хотя на самом деле так не думал. — Ты лучше мне вот что скажи, дедуль. Не видел, случайно, девушку в черном брючном костюме?
Барнс, не ожидавший такого вопроса, на секунду растерялся. Девушка в брючном костюме? Актриса, что ли, какая-нибудь?.. И вдруг ему пришла на ум одна знакомая.
«Шофер господина Силарда…»
Барнс не раз встречался с Эннис, когда ему было необходимо передать что-то Силарду. Кроме того, она была единственной, кроме самого Силарда, кто мог его убить.
— Нет… Не видел.
— Ясно… Ну ладно, извини, что побеспокоил.
И Фиро, точно раз и навсегда забыв о существовании старика, пошел прочь.
Провожая взглядом его удаляющуюся спину, Барнс подумал: «Интересно, зачем этот парень ищет шофера господина Силарда?»
Эта мысль так его зацепила, что он упустил из вида кое-что важное, а именно: почему этот юноша ни капельки не рассердился на столь грубое к себе отношение?
Подумай Барнс на этот счет, и, возможно, его судьба… и судьбы Фиро и многих других людей кардинально изменились бы.
Но, к сожалению, Барнсу не суждено было над этим задуматься.
Спираль судьбы выходит на новый виток.
И сейчас Барнс шел один по подворотне.
На оживленном проспекте, конечно, было бы безопаснее, но времени на окольные пути нет. Необходимо как можно скорее добраться до того здания, где его так ждут… Обретя бессмертие, он первым делом обеспечит тем хулиганам несчастные случаи со смертельным исходом.
Но стоит ли ему надеяться на вечную жизнь? Пусть в том не было его непосредственной вины, но из всего запаса законченного эликсира он смог спасти лишь две бутылки. Вдруг господин Силард решит убить меня в наказание? Да нет, какое «вдруг», скорее всего именно так он и поступит. Но тут уже ничего не поделаешь. Я не смог выполнить его задание.
Но все-таки… может быть, все-таки…
Лишь эта отчаянная надежда заставляла Барнса переставлять ноги.
Ни о чем не думай, просто иди.
Но равнодушная судьба, избрав своим инструментом человеческие руки, уже подбиралась к нему со спины.
Кто-то схватил его за воротник, заставляя остановиться.
Когда его силой развернули, до его ушей донесся звенящий от ярости голос.
— Что, грязный старикашка, один?
Перед ним стояли те самые четверо молодых людей, что должны были погибнуть в ходе несчастных случаев.
— А ты, смотрю, прямо жаждешь угостить нас этим вином.
Со сломанными руками и ногами, потеряв от боли сознание, Барнс оказался выброшен в мусорку.
Когда Эннис нашла беднягу, его кости еще не успели срастись.
* * *
Концертный зал джазовой музыки располагался относительно недалеко от той мусорки. Под ним был расположен так называемый головной офис клана Гандоров.
С потолка из зала наверху льются джазовые мелодии, служащие аккомпанементом царящему внутри хаосу, что порождали полтора десятка пьющих, смеющихся и ругающихся между собой мужчин.
Все они, явно не самой добропорядочной наружности, так или иначе весело проводили время.
Но была в этом подвальном зале точка, приковывающая внимание всех присутствующих.
Круглый стол в самом его центре, за которым сидело четверо. Вокруг него столпились порядка десятка человек, судя по всему, привлеченные разыгрывающейся за столом партией в покер.
Трое из сидящих наслаждались пребыванием в зале, тогда как четвертый откровенно нервничал.
Именно он дрожащим голосом произнес:
— Т-т-так странно в-в-видеть всех троих боссов за игрой в покер…
Джоги, ответственный за финансы организации, точно пытался этой фразой прощупать настроение братьев.
Сидящий слева от него первый босс, старший брат Кит Гандор, ответил привычным молчанием. За все пять лет нахождения в «семье» Джоги ни разу не видел, чтобы он открывал рот.
— Заткнись, Джоги! За покером нужно говорить молча! — сделал абсурдное заявление средний сын Берга Гандор. Хоть и младше Кита, а крупнее того в два раза, да еще и первый силач среди братьев. Прибавьте к этому повышенную вспыльчивость.
— Будет тебе, Бер, остынь… Слышал такое выражение, криком удачу спугнешь? Вы простите его, Джоги…
Сидящий справа сдержанный молодой человек — младший брат Лак Гандор. Ему всего около двадцати, но благодаря своим выдающимся вычислительным и коммуникативным способностям он уже успел провернуть не одно серьезное дело.
На его лице всегда мягкая улыбка, он со всеми старше себя по возрасту, даже с подчиненными, говорит на «вы», что для молодых людей его возраста в этой стране — большая редкость. Но Джоги знал, улыбка эта — одна лишь видимость, смотреть надо ему в глаза, а они-то как раз при любых обстоятельствах излучают ровный холодный свет.
— Нет… что вы… ничего страшного…
Не смея больше вымолвить ни слова, Джоги взял в руки розданные карты.
Что-то подсказывало ему, что в случае выигрыша его ждут крупные неприятности. И он решил держаться уже выпавших карт, хотя у него не было ни одной пары.
— Слышьте, а я вот чё придумал! — когда все взяли свои карты, вдруг громогласно объявил только недавно просящий тишины Берга. — Давайте проигравший кроме бабок еще и этим расплатится, а?