- Да, к тому же у нас завтра… - я прикусил язык. Ну вот, кто меня просил начинать эту фразу? Естественно, что мама тут же прицепилась к ней, как клещ.
- Что там у вас завтра?
- Да ничего страшного, контрольная по геометрии.
- А ты к ней готовился?
- Да! – гордо отвечаю я маме, и в подтверждение, извлекаю из сумки тетрадь, в которой мы сегодня на уроке что-то решали. – Вот, видишь, делал задания, готовился.
- А, ну хорошо, умничка. Иди тогда, отсыпайся. Что завтра строить? Я сегодня Причал построила.
- А что… - я задумался. В принципе, основные здания для нормального плаванья уже были построены, хотя… Школа мореходов была бы очень кстати. Пассивное увеличение скорости хода всех моих кораблей, да еще и наложенное на мое личное управление кораблем, должно было дать в итоге хороший результат. Изложив маме свои мысли, я даю ей соответствующее указание и все-таки иду спать.
Ну, или любоваться эльфийкой, вольготно расположившейся на стенке моей комнаты.
***
Контрольная, ха! Берем листик с заданиями, сидим весь урок над ним с умным видом, после чего сдаем его обратно, вложив в тетрадь с якобы написанными решениями, соответствующие купюры.
- Витька, - на перемене меня окликнул Сашка. – у тебя уже какой день?
- Восемнадцатый, вроде, скоро выйду «в мир». А что?
- Да так, просто уточнил.
- Не бойся, я не забыл про наш союз и договоренность. – успокаиваю я своего друга и, повернув голову, натыкаюсь взглядом на Станиславу, которая, подперев голову, грустно смотрела в окно и думала о чем-то своем.
- Стась, ты чего грустная такая, а?
- А? Вить, привет… Да ничего страшного, так, просто…
Краем глаза я заметил, что рядом, словно случайно, оказалась одна из «кобылок». Стоит, будто бы случайно тут оказалась, но видно, что она вся во внимании.
- Стася, может пойдем сегодня вечером куда-то?
- Нет, Вить, извини, у меня сегодня очень неотложное дело.
Ирка громко фыркает, но делает вид, что просто раскашлялась.
- Ладно, а завтра? – интересуюсь я у Станиславы.
- Давай завтра и посмотрим, оки? – отвечает она мне с какой-то напряженностью в голосе.
На последней перемене Сашка подходит ко мне и, глядя мимо, тихо просит меня выйти в коридор, причем желательно так, чтобы оказаться вне видимости класса.
Я, удивленный, выполняю его совет.
- Витька, твоей Стасе кинули предъяву! – выпаливает он жарким шепотом, постоянно оглядываясь по сторонам, словно опасаясь, что нас могут подслушать.
- Кто?
- «Дубль-пусто»! Сегодня после уроков, за школой у них стрелка, будут разбираться, кто имеет право с тобой встречаться.
- А ты откуда знаешь? – впрочем, глупый вопрос. Сашка, как и любой пацан, имеющий деньги в кармане, был не «сам». Скорее всего, его же пассия ему и шепнула тайком.
- Знаю. Что делать будешь?
- Стасю предупредить…
- О чем, идиот? Она и так в курсе. Ей же и назначили. Она спецом не стала тебе говорить, чтобы, во-первых, не выглядеть, словно насявала тебе, а во-вторых, чтобы ты не влез, не натворил глупостей. Вить, если хочешь, ты же знаешь, я – с тобой. Но учти, влезать в их драку нельзя ни в коем случае!
- А что делать?
- Не знаю. Все, что я тебе могу предложить, давай после уроков просто пойдем, типа по делам, за школу, и «случайно» окажемся там?
- Ок. Сашка, спасибо.
- Не за что. Если честно, мне Стася и самому нравится больше, чем «дуплет».
- Интересно, а как они меня делить собира…ются. – при этих словах я расстроился. В том, что две девчонки смогут побить одну, сомнений нет. Жалко Славку, очень жалко. И помочь я ей ничем не смогу. Ввязаться в бабские разборки – выставить и себя, и, самое главное, ее, слабаками.
Себя – что поднял руку на девок, ее, что не смогла сама отстоять своего парня.
Стукнуть учителям? Нет, на такое я не пойду по той простой причине, что это не по правилам. Так нельзя. Чтобы мы не творили, оно должно остаться между нас, учеников.
Звонок прервал мои размышления.
Едва только закончился последний урок, как перекрывая шум, Сашка проорал мне, что ему нужна будет, скорее всего, помощь. Надо принести что-то тяжелое домой из… вот хитрюга. Назвал магазин, который находился как раз за школой, правда, довольно далеко.
- Ок, сейчас, гляну кое-что в журнале, и пойдем. – отвечаю я ему, чтобы создать некоторый задел по времени.
Ну все, «дорогие» одноклассницы, теперь вы уже никак не сможете обвинить Стасю в том, что она пожаловалась мне.
Заметив мой, вскользь брошенный на нее взгляд, она едва заметно улыбается мне, одними уголками губ. Все поняла, да?
Стандартное место подобных разборок, хоть пацанячьих, хоть бабских. Прямо под трибуной школьного стадиона, так, чтобы не было видно из окон школы.
- О! Явился! Ну что, смотри, любуйся. Сейчас мы твою Стаю отметелим, а там будем решать, вдвоем тебя заездим, или по очереди! – радостно завопила одна из Ирок.
- Ну, что, кошка дранная, сейчас мы тебя так отделаем, что мамка вечером не узнает! – обратилась вторая к Станиславе.
- Стася, я тебя люблю! – успевая выкрикнуть я до того, как обе Ирки подходят к Станиславе.
То, что произошло дальше, ввергло в шок не только всех девочек нашего класса, но и пацанов, пришедших посмотреть на «бабскую драку».
Воспользовавшись тем, что Ирки шли не ровной шеренгой, а с разрывом между собой, еще и с отставанием, Стася шагнула между ними, нанеся удары с разворотом корпуса в челюсть сначала левой, а потом и правой рукой соответствующим противницам.
Обе упали на землю, высоко скинув ноги.
- Су-ука, ты что сделала? – неуверенно спросила одна из лучших подружек Ирок, делая шаг вперед. Впрочем .ее порыв был тут же остановлен ее же парнем, схватившим ее за руку.
- Я не понял, ты что, тоже на Витька претендуешь? Нет? Тогда стой молча!
Тем временем Стася вернулась к лежащим на земле противницам и аккуратно пощупала пульс на шее.
- Живы, обе, в ауте. – спокойно произнесла она, выпрямляясь. – У кого еще есть вопросы? Кто-то еще претендует на Витю? Нет? Тогда я иду домой.
Впрочем, осуществить задуманное ей удалось далеко не сразу. Откинув с плеча руку Сашки, который таким образом страховал меня на всякий случай от какого-нибудь необдуманного поступка, я подбегаю к Стасе, хватаю ее на руки и крепко целую в губы.
- Вить, донесешь мою сумку до дому? – тихо спрашивает она меня, когда мы, с трудом переводя дух, все же разъединяем наши губы.
- Да не вопрос, конечно же… милая… - неуверенно произношу я последнее слово.
- Знаешь, а мне нравится, когда ты меня так называешь.
Легкий хлопок в плечо. Сашка без единого слова сует мне в руки мою сумку, которую я оставил у него под ногами, когда бежал «поздравлять» победительницу.
Я оглядываюсь. Одноклассницы, те из них, кто считались лучшими подружками Ир, помогают тем подняться с земли.
- А где ты так драться научилась? В секцию ходишь? – спрашиваю я, закидывая обе сумки на плечо, и пытаясь взять ладошку Стаси в свою.
- Вить, не надо, не трогай! – она едва успевает выхватить ее из моих рук. – Больно. Очень…
Ее кисти прямо на глазах набухают.
- Ушибла?
- Ага. Пошли, попросим в магазине льда, или хотя бы смочим платок в холодной воде. Ты спросил, откуда я научилась так драться? Папка научил, давным-давно, еще в садике. Я уже и не помню, но родители рассказывали, что однажды я пришла вся зареванная. На вопрос, что случилось, выяснилось, что меня обидели мальчишки из моей же группы. Тогда, вместо того, чтобы пойти, жаловаться воспитательнице или родителям мальчишек, папка весь вечер ставил мне удар, учил меня бить не просто рукой, а добавлять разворот корпусом. А потом сел передо мной на корточки, намотал мне тряпку на руку, чтобы не отбить себе ее, и подставил свою челюсть для тренировок. Говорит, я его таки смогла свалить на пол. На следующий день, вечером, в группе, его ждала целая делегация разгневанных мамаш. На протяжении первой половины дня я отловила по одному, всех своих обидчиков, и отлупила их. Правда, вторую половину дня я провела в углу, но это того стоило. Вот как раз последнее я помню до сих пор. Пацаны, щеголяющие по группе с синяками и бланжами… Больше меня, с тех пор, никто не трогал. А для того, чтобы не терять силу удара, папка посоветовал мне отжиматься, да и гимнастика, как-никак, а дает все же физическую нагрузку.***