Но сейчас, оказавшись у дома, где жила любимая девушка, Герман неожиданно почувствовал грусть. Атмосфера, которую создавали эти деревья, качающиеся одним сплошным бело-розовым маревом и источающие дивный аромат, нагретые солнцем стены домов, вся эта улица, залитая светом, – все это манило и притягивало к себе. Сколько помнил себя Герман, в каком бы состоянии он ни выходил из метро, на улице Счастливой он неизменно попадал под действие ее ауры.
Телефонный звонок прервал сентиментальные мысли Германа. Он взглянул на экран мобильника и тяжело вздохнул. Звонила теща, а ее звонок не предвещал ничего хорошего. У Светланы Александровны не было привычки звонить зятю, чтобы просто поболтать или поздравить с праздником. Зато, если возникала какая-то проблема, теща немедленно хваталась за трубку.
– Ванечка все еще кашляет.
– Да, я слышал, как он ночью кхекал.
– Ночью! Ночью – это ерунда. Теперь он кашляет без передышки. Послушай!
Теща отставила трубку, и Герман услышал надсадный детский кашель.
– Вызывайте врача.
– Вызвала. Но я и так знаю, что они предложат госпитализацию. А я не могу ложиться в больницу с Ванечкой. У меня дела.
– Да, я помню, у вас Сергей Павлович.
– Ты нашел Иру?
– Ищу.
– Лучше ищи, – посоветовала ему теща. – А то следующую ночь будешь возиться с Ванечкой сам.
Звонок тещи подстегнул Германа. Оставив сентиментальные воспоминания, он резво потрусил к дому номер пять. И лишь набрав номер тридцать три, задумался. А живет ли еще здесь его Оксана?
Оказалось, живет. Более того, она совсем не удивилась, когда услышала его голос.
– Я тебя ждала. Проходи.
Ждала?
Кодовый замок щелкнул, и Герман вошел в подъезд. Оксана стояла на пороге, встречая его.
За два года она не сильно изменилась, но как будто еще больше похорошела. Хотя, будь на месте Германа строгий критик, он бы нашел, что ноги у Оксаны полноваты, талия широковата, а сама она простовата. Но Герману эти недостатки казались достоинствами. Оксана была прочной, надежной, рядом с ней ему всегда было легко и спокойно.
– Явился, блудный муженек, – хмыкнула она и дружески чмокнула Германа в щеку.
В этом поцелуе не было даже намека на былую страсть. Точно так же Оксана поцеловала бы брата или отца. Но то, что она назвала Германа блудным муженьком, не удивилась его приходу и явно подтрунивала над ним, говорило о многом.
– Ирина у тебя?
– Ночевала, – кивнула Оксана.
Горячая волна облегчения затопила Германа. Он все-таки нашел свою Иришку! Пусть для этого пришлось поставить на уши весь персонал «Красоты не для всех», он об этом не жалеет.
Жалел Герман о другом.
– Ты говоришь, Ира у тебя только переночевала?
– Ага.
– А теперь она где?
– Ушла.
– Куда?! – взвыл разочарованный Герман. – Куда ушла? Она тебе сказала?
Герман снова слишком громко кричал. Его голос гулко разносился по лестничной клетке, что совсем не понравилось Оксане.
– Слушай, зайди-ка ты лучше в дом, – сухо велела она. – А когда Герман перешагнул порог, укоризненно сказала: – А ты ничуть не изменился. По-прежнему готов драть глотку по любому поводу.
– Где Ирина?
– Я же уже сказала, ушла. И я не имею понятия, куда она отправилась.
– Как она вообще на тебя вышла? Как узнала, что у нас… что мы с тобой…
Герман смутился. А Оксана, казалось, наслаждалась его беспомощными попытками подобрать правильные слова для их былых отношений. Но долго мучить кого-либо было не в характере Оксаны. А потому уже через несколько секунд она смилостивилась над Германом и сказала:
– Ира ни о чем таком не знает. А ко мне пришла, потому что мы с ней подруги.
– Подруги? Вы?
– Именно так.
– Но я понятия не имел, что вы вообще друг с другом знакомы.
– А зачем тебе было об этом знать? Скажи, ты многих своих школьных друзей с женой знакомил?
Герман молчал. Нет, не многих. Точнее, вообще никого.
– То-то и оно, – кивнула Оксана. – Вот и мы с Иришкой, как институт окончили, так и не виделись, почитай, лет пять. Иногда перезванивались, о мужиках своих рассказывали. Конечно, когда Иришка сказала, что замуж вышла и что мужа зовут Германом, мелькнуло у меня смутное подозрение. Стала я Иришку потихоньку расспрашивать, на фотки ваши «ВКонтакте» посмотрела. И поняла, что к чему.
– Как такое может быть? Чтобы ты и она… И вы со мной обе…
Но Оксана, казалось, ничего странного в этом совпадении не находила.
– Мы с тобой где познакомились?
– На работе. Будто ты сама этого не помнишь.
– А с Ирой ты где познакомился?
– Тоже на работе.
– А на чье место Ира к вам пришла?
– На твое. Ты тогда ни с того ни с сего уволилась, а ее наняли вместо тебя. – И уставившись на подругу, Герман протянул: – Кажется, теперь понял. Ты перед уходом сосватала кадровичке свою подружку, да?
– Ира искала работу, а я все равно уходила.
– Кстати, почему? Я так этого и не понял.
– Потому что тяжело было тебя каждый день видеть, – спокойно сказала Оксана. – После того, что между нами было и так внезапно закончилось, я не могла и не хотела тебя видеть. Слишком больно было.
Герман смутился:
– Я и понятия не имел, что причинил тебе боль. Мне казалось, ты спокойно отнеслась к нашему разрыву.
– А что я должна была делать? Биться в истерике? Пытаться тебя удержать?
– Что-то в этом роде. Ирина бы уж точно себе в таком удовольствии не отказала.
– Нет уж, – сказала Оксана. – Как решил, так решил. Навязываться я не хотела.
– Прости меня, – пробормотал Герман.
– Чего там, дело прошлое. Я и не сержусь. Наверное, у тебя были причины.
Герман молчал.
А Оксана продолжила как ни в чем не бывало:
– Вот я и подумала: раз все равно увольняюсь, почему бы не помочь Ирке? Подсоблю подружке с работой. Конечно, я и не подозревала, что помогу ей еще и в организации личной жизни. Кто же мог подумать, что у нас с Иркой окажутся схожие вкусы и мы обе западем на одного и того же мужика.
– Но Ирине ты о нас с тобой ничего не говорила?
– Зачем? Какой смысл? Если уж ей не насплетничали обо мне на работе, что мне зря былое ворошить? И ей неприятно будет, и мне. О тебе вообще молчу.
Герман посмотрел на Оксану с благодарностью. Вот она какая! Но тут же ему в голову пришла новая мысль, и он со страхом выпалил:
– Но этой-то ночью вы наверняка обо всем переговорили?
Он с волнением ждал ответа. От него зависело очень многое, в частности, как долго ему придется разыскивать сбежавшую жену. Если Ирина узнала, что у мужа с ее приятельницей были отношения, пусть даже и давно, еще до появления самой Ирины в жизни Германа, – все, обида будет долгой, и прощение придется вымаливать не один день. Да еще фиг Ирку найдешь, если она обиделась.
– Нет, не говорили, – успокоила его Оксана. – Иришка все больше о докторе переживала. Зря, мол, она ему доверилась и ребенка своего доверила.
Герман мигом насторожился.
– Ты говоришь о Марке Меерсоне?
– Это кто еще такой?
– Доктор.
– Никогда не слышала этого имени.
Удивление Оксаны казалось искренним.
– Иришка другое имя называла – Геннадий Владимирович Почтарев.
– Случайно не в клинике «Красота не для всех» работает?
– Где работает, я не знаю. Только замуж он Иришку уже звал. И Ванечку вашего усыновить обещался.
Ничего себе! Сколько разных событий произошло за эти две недели, что его не было. Каков размах! Герман даже позавидовал жене. Сам-то он провел отпуск по сравнению с Ириной совсем убого. Даже жалкого курортного романчика не завел, если не считать поцелуя, которым его в первый же вечер наградила пьяненькая Надин – подружка одного из ребят из их лагеря. Основательно так к нему присосалась, а потом и вовсе разошлась, в штаны к нему даже пыталась залезть. Прямо на глазах у всех! Герману потом перед Олегом, ее парнем, было неудобно. Но тот ничего, в драку не полез. Отцепил свою милую и в палатку поволок. Видать, не первый раз у них уже такое, привык человек. Еще и Германа попросил помочь, уж больно активно Надин от Олега отбивалась и Германа все время требовала.