— На место, — рявкнул Кэл, испугав излишне любознательного мужчину. А сам сжал ногу Джилл и тут же сменил тактику, бережно поглаживая, как бы говоря, не волнуйся, он ничего не видел.
Джиллиан, сохраняя доброжелательное выражение лица, буквально вся кипела изнутри. Лайтман, что одурел и совсем зарвался, позволяя себе такое хамское поведение? Его ладонь легонько похлопала Джилл по колену, а женщине почудилось, что эти шлепки достигли ушей всех присутствующих, и они сообразили, что творится под столом. Как же ей в этот миг захотелось развернуться и влепить Кэлу увесистую пощечину, вцепиться в кривляющуюся рожу, расцарапав ее в кровь. Жаль, что она не могла разрешить себе этот поступок при клиентах, так унизительно и глупо выставлять на показ личные отношения. Какая слава пойдет о «Группе Лайтмана», если она сейчас устроит драку. А Джилл была уверена, что одной оплеухой она не ограничится. Она его готова задушить и растоптать. Но не при посторонних. Тем более, присутствующие в кабинете люди, при благополучном разрешении дела, должны внести на их с Кэлом счет очень приличную сумму денег. Которые, как воздух, были им нужны, чтобы выплатить заработанную плату сотрудникам. Джилл пересилила себя, в сотый раз проглатывая обиду и оскорбление, кивнула Маршалу
— Я вас слушаю, продолжайте.
Тот вытаращил на нее глаза. Не понимая, чего от него хотят. Он рассказал свою версию. Им что мало?
Фостер выдавила из себя мученическую улыбку, пожала плечом, с ожиданием глядя на дверь. Ситуация вышла из-под ее контроля, и Джилл растерялась, впервые не понимая, как укротить распустившего руки Лайтмана, не повредив самой себе.
Лайтман был уверен, что Джиллиан будет терпеть его выходки, несмотря на свои бурные переживания. А он уже давно заметил, что женщина с трудом держит себя в руках, горя желанием врезать ему по морде. Он лишь довольно ухмыльнулся про себя и, резко подавшись вперед, чуть не ложась грудью на стол, язвительно заметил:
— Сэр, а куда вы смотрели, когда выбирали себе жену? — и, не дав Маршалу вставить слово, припечатал, — под юбку! Куда же еще.— Его указательный палец почти уперся мужчине в грудь.
— Кэл, — мягко, словно обращаясь к ребенку, проговорила Джиллиан, испытывая облегчение, что Лайтман оставил в покое ее ноги.
Он откинулся на спинку кресла, повертелся в нем вправо-влево, и снова опустил руку на колено Джиллиан, стараясь протиснуть ее между сомкнутых бедер. И ведь пролез, несмотря на все усилия — не пустить. Просочившись, поглаживал ногу большим пальцем, с несильным нажимом, цепляясь ногтем за чулок. Видимо, Кэл наткнулся на какую-то особо чувствительную точку, о существовании которой Джиллиан не подозревала. И теперь она, несмотря на нелепость ситуации, напрягшись, как струна, с застывшей на лице вымученной улыбкой прислушивалась к себе. Джилл, к своему ужасу ощутила, что воспламеняется, по телу забегали игольчатые мурашки, захотелось привстать на стуле и широко развести бедра. От пальца Лайтмана расходились теплые волны, постепенно охватывая все тело. Так разбегаются круги по воде от брошенного в нее камня. Сначала четко очерченные, а чем далее от центра, тем более плавные и мягкие, сходящие на нет в самых труднодоступных уголках. Джиллиан нервным движением поправила волосы. Проглотила застрявший в горле стон, испуганная желанием, выходящим за грань ее понимания. Желанием ощутить руку Лайтмана намного выше и глубже. Там где смыкаются ее бедра, и кружевная полосочка трусиков медленно, но верно намокает от жаркой влаги несвоевременного возбуждения. Джилл подавила стремление соскочить со стула и тем самым признать свое поражение. Нет, такого удовольствия она Лайтману не доставит. Женщина резко развернулась, поворачиваясь спиной к Кэлу, и наклонилась, собирая с пола упавшие бумажки, спрятав от всех заалевшее лицо и подозрительный блеск в глазах.
Похотливая ладонь соскользнула, а рука повисла вдоль тела не ожидавшего такой развязки Кэла.
Обстановку разрядил легкий стук в дверь, и в сопровождении Торрес в кабинет вошла молодая женщина очень эффектной внешности.
— А вот и наша жена, — протянул Лайтман с гадливой ухмылкой, не сводя с нее цепкого, как крючок, взгляда.— Продолжим, — он взлетел со своего кресла и, сунув руки в карманы, прошелся вдоль окна, останавливаясь около Маршала, изогнулся в пояснице, чуть ли не втыкаясь носом мужчине в лицо. Глаза Маршала испуганно забегали по сторонам и замерли на Джиллиан, он словно искал у нее защиты от неожиданного натиска.
Кэл жмурясь и дергая уголком рта, рассматривал мужчину, как подопытную крысу, разве что не просунул ему пальцы в уши, проверяя, все ли там в порядке. Так же внезапно Лайтман отступил, крутнулся на каблуках и, делая вид, что не замечает стоящих чуть поодаль Рию и нервно моргающую жену банкира, вернулся на место. Повторил:
— Продолжим.
Джиллиан не поняла, к чему имело отношение это утверждение. То ли к прерванной беседе, то ли к ее коленям. Лапа Кэла снова по-хозяйски устроилась у нее между бедер. Джилл уже отчаялась, осознавая, что прекратить эти домогательства она не в силах. Ее не спасет и удвоившееся число свидетелей.
Интересно, где Лайтман научился таким приемам? Фостер поджала губы. В памяти всплыло имя «Валовски». Пару дней назад она случайно подсмотрела, как эти двое в прямом смысле слова обжимались около полицейского участка. Более мерзкой сцены с участием Кэла она не видела. Джилл стало обидно и противно. Около получаса она кружила на машине, уговаривая и успокаивая себя, прежде чем смогла вернуться к работе. Получив выговор от Кэла, недоумевающего, где ее столько времени носило, когда дорога занимает не более десяти минут. Она не могла признаться ему, что детектив ей более чем неприятна. Ядовитые уколы ревности пронзали ее тело всякий раз, когда Джиллиан встречала их вместе. А Шерон и не скрывала своего женского интереса к Лайтману, смотрела на него томным с поволокой взглядом. Заманивая? Или уже считая его своей добычей?
Валовски не была похожа на случайных подружек Кэла, к которым Джилл относилась с долей иронии. Они мелькали подобно столбам за окнами мчащейся по шоссе машины. Быстро появлялись и той же скоростью исчезали, не занимая никакого места в жизни Лайтмана.
А вот Валовски? Где он был прошлым вечером, когда она несколько раз пыталась поговорить с ним по телефону? Вместо ответа Кэл невежливо сбрасывал ее вызовы и не перезвонил позже. И такое пренебрежение с его стороны случилось первый раз за время их дружбы.
Но, она не Валовски и не потерпит такого унизительного отношения к себе. Она отомстит ему, обязательно, но не сейчас. Пришедшая на ум идея поразила Джиллиан своей простотой. Большой развязный мальчик, считающий себя всемогущим, хочет поиграться. Пусть. Она больше не станет ему противиться. Даст полную свободу. Не будет мешать. И он, как любой упрямец, стремящийся к труднодоступной цели, потеряет интерес к тому, что преподнесут на блюдечке с золотой каемочкой. Но когда они останутся наедине… Она расправится с ним. Многие обиды и оскорбления Джиллиан терпела, проглатывая и не возмущаясь. Не выясняя отношений. Только не в этот раз! Такую бесцеремонность, наглость нельзя оставить без внимания. Она его накажет. Как, Джилл пока не знала, но пощечиной она не ограничится. У Джиллиан зазудели пальцы на правой руке в предвкушении, как она смачно приложится к довольно ухмыляющейся морде Кэла. Именно, морде в эти минуты она люто его ненавидела.
Воспрянув духом, Джиллиан лучезарно улыбнулась, обведя взглядом всех присутствующих, чуть дольше задержавшись на Кэле, и как бы невзначай показала ему кончик языка. Поднялась на ноги и, демонстративно повернувшись к Лайтману спиной, оперлась обеими ладонями на столешницу, скользила взглядом по столу, делая вид, что ищет какие-то затерявшиеся бумаги.
-Миссис Маршал, прошу прощения за нелепую заминку, — Джилл специально наклонилась, сгребая в кучу разбросанные в живописном беспорядке документы. Женщина слышала, как за спиной хрустнуло кресло Кэла, и чувствовала его сверлящий взгляд, впившийся ей в задницу. Качнула бедрами, еще более картинно оттопыривая попу. Ткань платья натянулась, со стороны казалось, что она готова лопнуть в любую секунду от следующего неосторожного движения, но Джилл была уверена в надежности своего дизайнерского наряда и ничем не рисковала. Она беззастенчиво дразнила Кэла.