— Добро пожаловать на Коронет, сэр, — сказал он. – Мы представляем три ведущие политические партии Ассамблеи Кореллии. Мы надеемся, что вы сможете оказать нам помощь.
Значит, Сал–Соло послал своих фаворитов. Ладно, это было вполне ожидаемо. Фетт проверил оружие через ВИД, просто на случай, если все пойдет не так, как запланировано, жестом показал Мирте, чтобы та села на заднее сиденье спидера, затем сел впереди рядом с водителем. Это, похоже, удивило «комитет по встрече».
— Кстати, я Дар Геджен, — сказал бодрый не по возрасту кореллианец, нимало не смутившись. – Очень рад встретиться с вами.
От Геджена будут неприятности: Фетт это чувствовал.
Глава 15
«Мы в осаде. Галактический Альянс вторгся в наше воздушное пространство, оставил без воды и пищи гражданских лиц на орбитальных заводах и открыл огонь по нашим силам обороны. И это не единственные акты агрессии Альянса, направленные против нас. Мы готовы сражаться и в одиночку, если придется, однако я предлагаю другим планетам задать себе один вопрос: «Кто будет следующей целью Альянса?» Поддержите нас, пока можете.»
Речь Тракена Сал–Соло на Ассамблее Кореллии, передаваемая в прямом эфире по кореллианскому филиалу НРГ
Сенатский Комплекс: третий день блокады Кореллии
На площади перед Сенатским Комплексом волновалось и шумело людское море – здесь возможно около полумиллиона существ. Джейсен видел длиннющий строй из сотен облаченных в голубую униформу сотрудников УБК, выстраивавшихся в защитную линию перед зданием с полицейскими щитами в руках и опущенными визорами шлемов. Это был митинг: не массовые беспорядки, учитывая численность населения Галактического Города, но уж точно и не комитет по встрече героев блокады. Судя по тому, как выстроились полицейские, на площади находились две враждебных группировки, выкрикивавших оскорбления друг другу – корускантцы против жителей, настроенных прокореллиански. Корускант и Галактический Альянс были неотделимы друг от друга.
До Джейсена донесся хор тысяч голосов, скандировавших:
— Империя вернулась! Империя вернулась! Империя вернулась!
Трудно было сказать точно, но Джейсен предположил, что это была колкость со стороны диссидентов, а не корускантцев, которым нравилась перспектива устойчивого правительства. Однако отношение к действиям Джейсена сильно ухудшилось на центральной планете Альянса. Он следил за новостями и новостными голожурналами.
— Жаль, что я не могу находиться на переднем крае, — заметила Ниатхал. – Это худшее в командной должности: она привязывает к рабочему столу.
— Я собираюсь заниматься практической работой столько, сколько смогу, — откликнулся Джейсен. – Предпочитаю, чтобы меня видели на линии блокады. Лучше для боевого духа войск.
— Собираетесь занять новую должность, как я посмотрю…
— Не волнуйтесь. Не вашу.
— И я обратила внимание, что вы больше не одеваете мантию джедая.
Джейсен стряхнул пушинку со своей черной формы ГГА. – Нет необходимости провоцировать дядю Люка или Совет джедаев. Я знаю, что они и так не обрадованы тем, что их связывают с моими действиями.
— Ирония судьбы, учитывая, что Управление по связям с общественностью утверждает, что избирательные участки отмечают некоторое увеличение популярности Совета джедаев.
— Предполагается, что джедаи выше популизма, адмирал.
Когда штабной аэроспидер Ниатхал снизил скорость, чтобы избежать толпы, Джейсен бросил быстрый взгляд в окно и отметил, что армия протестующих теперь имеет новый состав, как в части присутствующих рас, так и жителей планет. – Итак, мы разобрались с кореллианцами, и их место заняли другие. – По одежде, прическам, обрывкам слов он определил несколько присутствующих национальностей. – Ого, здесь даже пара родианцев?
— Ну, хотя бы мандалорцев пока не видно…
Чем ближе становился холл Комплекса, к которому медленно двигался спидер, тем в большее раздражение приходила толпа. Чтобы дать место спидеру, группа сотрудников УБК отодвинула толпу не особенно вежливыми тычками дубинок. Когда Джейсен и Ниатхал вышли, он из предосторожности окружил их щитом Силы.
Вообще–то Джейсен сейчас почти не ощущал опасности, по крайней мере, так, как обычно. Он просто оценил ситуацию и действовал в соответствии с ней. Когда они отошли от спидера, в их сторону полетел град камней, упаковок от еды, бутылок и другого мусора. Все это срикошетило от Силового барьера, часть упала на выставленные щиты полицейских.
Джейсен повернулся и шагнул в сторону толпы: ему не особенно нравилось демонстрировать свои способности таким вульгарным образом, но в некоторых случаях это помогало. Он слегка развел руки, закрыл глаза и мысленно нажал, как будто поднимая руки вверх.
«Никакого насилия. Нельзя вызвать давку или панику. Пострадают невинные люди».
Люди в толпе перед ним сделали несколько шагов назад, некоторые ошарашено крутили головами, пытаясь понять, что толкает их назад. Из задних рядов толпы снова полетела всякая дрянь, сопровождаемая криками и толчеей, однако брошенный мусор просто отрикошетил от щита Силы, а Джейсен спокойно стоял и смотрел на скопление людей. Мертвая тишина накрыла ближайших к нему людей, распространяясь, словно хлынувшая на берег волна, вглубь толпы. Даже некоторые сотрудники УБК, казалось, примерзли к месту.
Все знали о джедаях, но очень немногие когда–либо видели… или ощущали их в действии.
— Расходитесь по домам, — сказал Джейсен. – Заканчивайте и идите домой, или мне придется принять меры.
В бегство люди, разумеется, не пустились, но ему все же удалось донести до них свое мнение; передышка дала выстроившимся полицейским возможность снова разделить враждебные группировки, и Джейсен двинулся за Ниатхал внутрь Сенатского Комплекса, в кабинет Главы государства.
Там уже находился Люк Скайуокер, рядом с ним сидела Мара: он явно не обрадовался, увидев Джейсена.
— Война все еще не началась, — настаивал Омас, глядя в окно на скопление народа. – Совет все еще поддерживает введение блокады?
— Да, в качестве единственной альтернативы полномасштабной войне или отказу от требований разоружения, — Люк не смотрел на Омаса. Его взгляд был прикован к Джейсену. – Насколько она успешна?
Ниатхал оторвала взгляд от инфопланшета. Джейсен не знал, как она относилась к Люку: в разговорах с ней его дядя не упоминался. – Мы перехватили или повернули назад примерно семьдесят процентов кораблей, пытавшихся войти или покинуть обе зоны оцепления, но если считать в объемах груза или количества людей, это будет почти девяносто процентов. Мы останавливаем большие суда, но упускаем часть мелких кораблей. В общем и целом блокада уже начинает сказываться.
— Не следует ли нам пересмотреть нашу политику в части, касающейся блокирования движения транспорта к верфям?
— Это способ влиять на гражданское население, не применяя насилие, — заявил Джейсен. – Когда папа не приходит домой, хотя должен был вернуться с верфей, это беспокоит семьи, и те начинают давить на правительства.
Люк встал и взглянул в то же окно, что и Омас. – А как насчет этих людей, Джейсен? Кореллианцев ты прижал. А что делать с теми не–кореллианцами, которых я здесь вижу?
Мара бросила на Джейсена быстрый предупреждающий взгляд, означавший: «не стоит вступать в спор». Он чувствовал напряженность между ней и Люком, и понимал, что это в большей степени касалось Бена, чем политики и прав личности. – Если любая другая нация или раса станет угрозой безопасности Корусканта и Альянса, я буду разбираться и с ней.
— В рамках закона.
— Да, в рамках закона. Я понимаю, что вы не одобряете мои методы, но кто–то должен заниматься минимизированием вреда.
— За несколько недель произошло не меньше дюжины террористических актов, — заметил Люк. – Мне жаль, что были жертвы, но нам стоит рассматривать этот вопрос в более широком аспекте, когда дело касается нашего отношения к миллиардам жизней.