Литмир - Электронная Библиотека
A
A

За столами велась спокойная непринуждённая беседа. Брандт из последних сил старался играть свою роль, понимая, что приближается развязка.

К тому же лорд-канцлер, умело оттеснив Мерча, с воодушевлением рассказывая о новых указах, которые нужно срочно провести в жизнь, немедленно подписать, чтобы по возвращении во дворец не тратить на это драгоценное время.

Король радостно кивал и соглашался, не шевеля пальцем и искренне надеясь, что ушлый придворный не сочтёт улыбку за оскал. Разумеется, и подпишем и запечатаем, но не сейчас – мы же за столом, это неудобно. Не стоит обижать радушного хозяина и отказываться от застолья ради дел, которые вполне могут подождать. Это же не война, нет?

Охрана насторожилась – им приходилось сложнее всего, между его величеством и ними постоянно кто-то проходил, не давая следить за развитием событий.

Терсан тоже кивал, всегда строго невпопад чужим словам, и втайне мечтал отрастить пушистый хвост и использовать его в качестве опахала или метёлки, чтобы отгонять назойливых собеседников. Да, его сын будет править Зелёной Долиной. Да, разумеется, он передаст ему венец… О-о-о, к сожалению это невозможно сделать прямо сейчас, поскольку передача правления всегда переходит в присутствии старших лордов Долины, иначе может быть оспорена и отменена. Кивал и холодел, понимая, что тот, кто задумал переворот в своей стране, вознамерился присоединить и соседние земли, надо сказать очень богатые и плодородные.

Старших лордов рядом не наблюдалось, да их попросту и не могло быть, поскольку повелитель, изображая марионетку, прекрасно знал, что все законы государства за его пределами не могут быть известны. Врал в лицо, не смущаясь, тянул время, хотя очень хотелось вскочить и разметать прилипчивых придворных огненным вихрем, а заодно и полюбоваться на обожжённые загребущие руки.

Кристиан в свою очередь изображал из себя куклу. Ему пришлось легче всего, поскольку он попросту ссылался на обычаи, установленные прежними повелителями. Мол, всё давнее и отменено быть не может, мудрость предков не оспаривается. Да, женщины ведут затворнический образ жизни, фаворитки – это признак статуса и если их разогнать, то народ взбунтует, признав властителя недееспособным по мужской части. Да, он несомненно наследник, но только после смерти старшего родственника и если с этим согласятся остальные лорды. Какие лорды? Представители остальных родов и династий, занимающие в иерархической лестнице далеко не последнюю ступень. Вот насчёт ступени он не врал, достойных семей и на самом деле хватало, но они никогда не претендовали на трон, зато удобно было ими прикрываться, что не однажды использовалось в сложных переговорах.

Графская семья в обхаживании гостей и его величества участия не принимала. Миртур отдавал последние распоряжения насчёт подачи парадного завтрака, леди Севьира лихорадочно пыталась найти выход из затворничества собственной дочери, которое казалось неотвратимым, а Аделина засматривалась на холёных столичных аристократов, втайне лелея надежду избежать неудобного брака.

Аристократы – аристократами, но футляр с драгоценным украшением произвёл на неё неизгладимое впечатление.

- Матушка, разве актрисам преподносят такие дары? – девушка скосила глаза на дорогостоящий предмет пари, стоящий на отдельном столике.

- А ты и в самом деле уверена, что эта столичная штучка сможет выучить ноты за такое короткое время? – изумилась графиня. – Мне кажется это было сделано нарочно, чтобы поставить нахалку на место.

- В старом колодце на поверхности пусто, - лакей ядовитой змеёй скользнул к графскому сыну и наклонился, донося последние новости. – Цепь не спускали, запасов воды в замке хватит на три дня даже при таком количестве гостей, к тому же основной колодец во дворе уже начал набираться. Следов рядом нет.

- Утонула, - язвительно прошипел Кесир.

- Похоже, - торопливо согласился доверенный слуга, нырять в ледяную воду и проверять лично желания не возникло. - За ночь вода сильно прибыла, удержаться на скользких камнях невозможно. У неё не было шанса.

Кесир откинулся на спинку стула и впервые позволил себе открытую злорадную ухмылку. Наконец-то удалось избавиться от надоевшей «сестрёнки». А главное и отец был не против такого развития событий.

Герцог Чаринг взглянул на большие каминные часы, стоящие в парадном зале и не смог сдержать неудовольствия – музыканты опаздывали, то есть оставалось ещё минуты три-четыре, весь план грозил полететь в тартарары.

Секретарь лорда Мерча спокойно улыбался, наблюдая за суетой около столов и за излишне торопящимися придворными. Всё-таки простые люди без талантов и способностей излишне нетерпеливы – неужели так тяжело подождать несколько минут, а потом в порядке очереди и важности проводить в свет свои задумки.

Его немного беспокоили метаморфы, поскольку маг не совсем был уверен в действии на эту расу некоторых специальных средств. Но у него была предусмотрена ещё пара задумок, одной из которых должна была стать незнакомая ария, предложенная талантливой певичке, хотя на создание этого шедевра ушёл весь вечер и вся ночь. В том, что она справится с заданием, мужчина не сомневался. Достаточно было увидеть алчный взгляд, устремленный в сторону изысканного и очень дорогого украшения. Лютнист не вызывал опасений полным отсутствием магического фона, а вот флейтистки, а точнее те, кто под ними скрывались, порадовали. С подобными тварями он уже сталкивался и прекрасно знал, как ими управлять.

Ну а от всего этого участия секретарь хотел получить только две вещи – место придворного мага у будущего короля и соблазнительную дамочку с чудесным голосом, которую можно было использовать и как певицу, и как постельную принадлежность. Последняя вызывала зверское желание завалить её прямо в зале, на столе, сбросив с него тарелки.

Двери открылись, и в проёме нарисовалась Вирни с торжествующей улыбкой и слегка подрагивающими от нетерпения пальцами.

Герцог Чаринг и секретарь переглянулись. Похоже женщине и впрямь удалось невозможное – поистине золото и драгоценные камни творят настоящие чудеса.

- Высокие лорды, мы готовы, - певичка разложила ноты на специально приготовленном пюпитре, чтобы музыканты могли их видеть.

Его величество вздрогнул, мгновенно забыв, что нужно продолжать тупо улыбаться. Тон, которым Вирнисса призвала присутствующих к вниманию, его насторожил.

Тем временем, женщина вышла вперёд, закрывая собой лютниста. Опустила голову, сосредотачиваясь только на музыке и той роли, которую ей предстояло сыграть.

Эмоции хлынули бурной волной, никогда ещё леди не испытывала такой сильной потребности излить свою тоску. Она была великолепна и величественна, женщина, задыхающаяся от ревности и губительной страсти. Голос, казалось, заполнил все закоулки зала, заставляя даже стены вибрировать вместе с ним.

Терсан побледнел, закрывая глаза, ему как никому другому было известно, насколько тяжело держать контроль над своими многочисленными обликами, испытывая такой вихрь чувств, а уж тем более донося его до слушателей. Тело прошила дрожь, больше похожая на судорогу, настолько сильная, что пришлось сжать кулаки, чтобы справиться с волнением…

Маг судорожно стиснул амулет, лежащий в кармане, понимая, что при такой силе исполнения, может не поздоровиться и самому создателю уникального нотного текста. Оставалось только судорожно отсчитывать такты, проверяя искусство музыкантов. Ноги внезапно стали ватными – его тоже настиг собственный талант, заставив замереть на месте.

В зале повисла нехорошая тишина. Так бывает перед бурей или ураганом, когда отсутствие живых звуков становится зловещим.

Лютня и флейты молчали тоже, оборвав мелодию в самом конце, не доиграв пары звуков крошечного финала.

Чаринг тяжело тряхнул головой, сбрасывая остаточные путы волшебной музыки. Какое счастье, что он подстраховался, прихватив с собой не один нейтрализующий амулет, а четыре. Зато вся его выдрессированная команда словно вмёрзла в лёд, не в силах шевельнуть даже пальцем. Это создавало сложности, потому как теперь приходилось действовать одному.

45
{"b":"558643","o":1}