– Возможно, хотя я предпочел бы узнать о ней сразу, а не спустя две недели.

– Когда его величество скончался, эмир путешествовал, – пояснил Диб.

– Диб, вы свободны, – бросил Зейн. – Дальше мы с мисс Фостер сами разберемся.

– Как скажете, эмир, – кивнул Диб и удалился.

Как только за ним закрылась дверь, шейх уселся в кожаное кресло и жестом пригласил Мэдисон сесть напротив.

– Теперь, когда мы установили, что вам известно, кто я такая, могу ли я узнать, что вам известно о цели моего визита?

Зейн откинулся на спинку кресла и потер небритую щеку:

– Вы здесь по просьбе моего брата, который утверждает, что вы – один из лучших советников по политическим вопросам в этой стране. Или, по крайней мере, считаетесь одним из лучших.

Точно, именно поэтому она никогда бы добровольно не согласилась работать с человеком, у которого такая репутация, как у Зейна.

– Я работаю с лучшими политтехнологами и видными общественными деятелями.

– А с чего вы взяли, что я хочу с вами сотрудничать?

Нет, она, конечно, может честно ответить, но такой ответ ему вряд ли понравится.

– Во-первых, вы уже несколько лет не показывались в Баджуле, во-вторых, я знаю, что далеко не все примут вас на родине с распростертыми объятиями, и, в-третьих, про ваши романы уже ходят легенды.

– Только не говорите, что вы верите всему, что обо мне говорят, – насмешливо улыбнулся Зейн.

– Нет, но я точно знаю, что большинство людей готово поверить в любые сказки, если их преподнести под правдоподобным соусом, а значит, вам просто необходимо убедить общественность, что вы готовы стать таким же целеустремленным правителем, как и ваш отец.

Улыбка Зейна мигом погасла.

– Ваши слова следует понимать так, что вы хотите вылепить меня по образу и подобию моего покойного отца?

Отличный вопрос, по которому сразу видно, о чем шейх сейчас думает.

– Нет, но я хочу слегка подкорректировать вашу репутацию.

– И каким же образом?

– Я хочу организовать вам несколько публичных встреч и выходов в свет.

Зейн склонил голову к плечу и задумчиво посмотрел на нее:

– Может, еще всю страну соберете на коктейльной вечеринке?

Так, похоже, к списку его определений еще стоит добавить такие слова, как «насмешливый» и «сексуальный».

– Для начала сойдет и вечеринка в кругу ваших ближайших друзей, родственников и советников. Ну и, разумеется, можно добавить парочку иностранных высокопоставленных гостей, видных политиков и перспективных инвесторов.

Зейн взял со стола ручку и принялся вертеть ее в пальцах.

– Я внимательно слушаю.

Неужели он действительно заинтересовался?

– Что же касается публичных встреч, у меня весьма богатый опыт написания речей, и при необходимости я вам охотно помогу.

– В Оксфорде я изучал экономику и свободно говорю на пяти языках. – Зейн слегка нахмурился. – С чего вы взяли, что я не в состоянии самостоятельно написать для себя речь?

Неужели она ненароком прищемила королевскую гордость?

– Ваше высочество, я не сомневаюсь в ваших способностях, именно поэтому и сказала, что при необходимости готова вам помочь. Это вовсе не значит, что я собираюсь писать за вас речь, но вы наверняка и сами понимаете, что ваши слова и манера их изложения сыграют огромную роль в завоевании широкой общественности.

Зейн небрежно отбросил ручку и устало вздохнул:

– Меня не интересуют все эти замысловатые политические ходы. Похоже, вы не слышали, но меня уже избрали королем, и теперь мое слово – закон. Я сам – закон.

– Все верно, но когда народ всецело поддерживает своего правителя, всем живется гораздо спокойней, и у нас есть всего месяц до официальной коронации, чтобы исправить вашу репутацию. Проще говоря, у нас осталось совсем немного времени, чтобы полностью изменить ваш образ, причем не только манеру говорить и действовать, но и внешний вид.

Зейн снова улыбнулся:

– Будете собственноручно меня одевать?

Мэдисон невольно представила слегка неприличную картинку, которая помимо ее воли быстренько преобразилась в откровенно непристойную.

– Уверена, у вас есть достаточно слуг и вы сможете и дальше обходиться без моей помощи.

– Жаль, что это не входит в ваши прямые обязанности, иначе бы я, не раздумывая, согласился.

– Слушайте, я, конечно, понимаю, что вы привыкли, что женщины штабелями падают к вашим ногам, но со мной этот фокус не пройдет.

Зейн задумчиво прошелся по ней взглядом.

– Если я соглашусь на ваше предложение, станете ли вы со мной работать и после коронации?

Мэдисон как-то совсем не ожидала такого вопроса.

– Возможно, если вы будете в состоянии оплачивать мои услуги.

– Мисс Фостер, оглянитесь вокруг, – усмехнулся шейх, – неужели моя платежеспособность вызывает у вас сомнения?

Не вызывает.

– Предлагаю вернуться к этому вопросу после коронации, сейчас же нам стоит сосредоточиться немного на другом. Если вы все еще хотите со мной работать.

Зейн пару секунд внимательно изучал потолок, прежде чем снова к ней повернуться:

– Нет, я не хочу с вами работать, я вполне в состоянии самостоятельно разобраться в своих делах.

Но сдаваться так просто Мэдисон не собиралась.

– Возможно, но мне хотелось бы подчеркнуть, что помимо всего прочего я еще отлично умею улаживать скандалы. Это так, на случай, если в вашем шкафу завалялась парочка сексуальных скелетов.

Зейн мигом напрягся.

– Прошу прощения, что вы потратили на меня время, но, думаю, наш разговор окончен.

Так, похоже, она ненароком задела больную мозоль.

Поднявшись, Мэдисон вытащила из сумочки визитку и бросила ее на стол:

– Если передумаете, то здесь указан мой номер, и, надеюсь, вы сами сообщите принцу Рафику о своем решении.

– Можете не волноваться, как только я вернусь в Баджул, нам с ним в любом случае предстоит долгий разговор.

Мэдисон не отказалась бы его послушать, но об этом можно было и не мечтать. Как и о том, что Зейн передумает.

– Счастливого пути, ваше высочество, и позвольте еще раз напомнить, что если передумаете, то я с радостью окажу вам всю необходимую помощь.

Поудобнее ухватив сумочку, Мэдисон стремительным шагом направилась к выходу, стараясь за невозмутимым видом скрыть разочарование, но не успела она еще дойти до двери, как шейх ее окликнул.

– Да? – Она обернулась, кусая губы, чтобы спрятать улыбку.

Зейн обогнул стол и теперь стоял всего в метре от нее.

– А ты сильно изменилась с нашей первой встречи.

Неужели он помнит тот вечер? Так почему же раньше молчал?

– Я не думала, что ты меня запомнил.

– А разве можно забыть это невинное лицо, голубые глаза и светлые кудряшки?

Мэдисон невольно залилась краской.

– Тогда я носила очки и брекеты, а волосы упрямо лезли во все стороны. – Со всем этим ей помогли справиться лазерная хирургия, умелый стоматолог и любимый утюжок.

– На тебе тогда было розовое платье, – улыбнулся Зейн, приближаясь к ней еще на шаг, – и ты так смущалась, что даже не решалась смотреть в мою сторону.

Вовсе нет. Стоило принцу отвернуться, как она с него глаз не сводила.

– Из скромной девочки я выросла в решительную женщину.

– Да, это сложно не заметить. Как и твою красоту.

Зейн сделал к ней еще шаг, и Мэдисон, не в силах отвести взгляд, как завороженная смотрела в его темные глаза.

– Теперь, когда мы все обсудили, – выдохнула она, – мне пора в аэропорт. Я еще успеваю на ближайший рейс до Вашингтона.

Почему от одной его близости так кружится голова? Нужно срочно бежать, пока она еще в силах ясно мыслить.

– У меня есть личный самолет, он к твоим услугам, с этой секунды можешь брать его каждый раз, когда захочешь куда-нибудь слетать. Да и вообще, если тебе вдруг станет грустно, всегда можешь обратиться ко мне, и я обещаю подарить тебе новые незабываемые впечатления.

Невероятно заманчивое предложение.

– Будешь катать меня на верблюде по пустыне в лучах заходящего солнца, а потом в кругу танцующих наложниц кормить с рук гранатами?