— Ненавижу ее. Она, наверное, такая же, как Глория. Только притворяется другой.
Филипп вспомнил лицо Сибилл — усталое, виноватое, измученное.
— Это ты сам решишь. Но прежде необходимо встретиться с ней и выслушать все, что она скажет. Она говорила, что видела тебя только один раз. Глория приезжала в Нью-Йорк, и вы некоторое время жили у Сибилл. Тебе тогда было года четыре.
— Не помню. — Его черты застыли в упрямой решимости. — Мы много где жили.
— Сет, я понимаю, ты обижен и расстроен. — Грейс ободряюще стиснула сжатые в кулаки руки мальчика, лежавшие на столе. — Но, возможно, твоя тетя способна помочь нам. И мы все будем рядом с тобой.
Кэм, прочитав категорический отказ в глазах мальчика, подался вперед.
— Куинны не уклоняются от борьбы. — Он помолчал, дожидаясь, пока Сет переведет на него взгляд. — Борются до победы.
Сет замер. В нем всколыхнулись гордость и страх перед тем, что он вдруг может опозорить фамилию, которую ему дали.
— Я поеду, но мне плевать на все ее россказни. — О чем-то раздумывая, он обратил на Филиппа горящий взгляд. — Ты спал с ней?
— Сет! — Резкое восклицание Анны прозвучало как пощечина.
В первое мгновение Филиппу хотелось сказать мальчишке, чтобы тот не лез не в свое дело, но он умел сдерживать минутные порывы во имя конечного успеха.
— Нет, не спал.
Сет передернул плечами.
— Тогда еще ладно.
— Ты для меня важнее. — Во взгляде мальчика промелькнуло удивление. — Я ведь обещал, что все сделаю ради твоего благополучия. Значит, так и будет. Изменить своему обещанию меня никто и ничто не заставит.
Слова брата отозвались в душе Сета теплой радостью, которую отравлял стыд.
— Прости меня, — пробормотал он, уставившись на свои руки.
— Значит, решено. — Филипп глотнул из чашки остывший кофе. — Утром выслушаем все, что она скажет, она выслушает нас и тебя. А там посмотрим.
Сибилл не знала, как себя вести, что говорить. Самочувствие оставляло желать лучшего: она была еще очень слаба после приступа тяжелой мигрени, нервы были натянуты до предела. С дрожью она представляла себе встречу с Куиннами. И с Сетом.
Должно быть, теперь они ее ненавидят, но вряд ли презирают больше, чем она сама себя. Если то, что поведал ей Филипп, правда — наркотики, избиения, мужчины, — значит, она своим бездействием обрекла собственного племянника на адское существование.
Каких бы бичующих слов ни наговорили ей Куинны, они не окажутся страшнее и ужаснее тех проклятий, которыми она осыпала себя на протяжении нескончаемой бессонной ночи. И тем не менее предстоящая встреча пугает ее, призналась себе Сибилл, въезжая на маленькую автостоянку перед зданием Службы социальной помощи.
Она чуть повернула зеркало заднего обзора и, глядя в него, аккуратно подкрасила губы. Ее ожидает неприятная сцена. Жесткие слова, холодные взгляды. А она так беззащитна перед ними.
Ничего, выдержу. Нужно только сохранять внешнее спокойствие, что бы ни происходило в душе. Эту оборонительную тактику она хорошо усвоила за долгие годы. Держись с невозмутимой отрешенностью — и выживешь.
И сегодня выживет. Вынесет любые страдания, лишь бы только хоть чуть-чуть снять тяжесть с души Сета.
Она выбралась из машины — спокойная собранная женщина в простом элегантном шелковом костюме. Волосы гладко зачесаны назад, макияж безупречный и неброский.
Сибилл вошла в вестибюль, где уже собралась горстка людей.
— Доктор Гриффин, — представилась она секретарю. — У меня назначена встреча с Анной Спинелли.
— Да, она ждет вас. Прямо по коридору, вторая дверь налево.
— Спасибо. — Сибилл сжала ремешок сумочки и быстро зашагала к кабинету Анны.
Она подошла к распахнутой двери и увидела, что собралась вся семья. Ждали ее. Анна сидела за рабочим столом и просматривала бумаги в открытой папке. С заколотыми волосами, в синем пиджаке, она имела исключительно деловой вид.
Грейс устроилась рядом с Этаном. Ее рука покоилась в ладони мужа. Кэм, мрачный и злой, стоял у узкого окна. Филипп листал журнал.
Сет сидел между ними. Его взгляд был направлен в пол, губы плотно сжаты, плечи опущены.
Сибилл уже приготовилась заговорить, но Филипп быстро поднял глаза и посмотрел ей в лицо. Его долгий пристальный взгляд свидетельствовал о том, что за ночь Филипп ничуть не смягчился, не изменил своего отношения к ней. Игнорируя внутренний трепет, Сибилл чуть склонила голову в знак приветствия.
— Вы пунктуальны, доктор Гриффин, — произнес Филипп, и мгновенно взгляды всех присутствующих устремились на нее.
Она решительно шагнула через порог, отчетливо сознавая, что вступает на территорию Куиннов.
— Спасибо, что согласились встретиться со мной.
— О, мы ждали вас с нетерпением, — с обманчивой мягкостью в голосе отозвался Кэм, покровительственно кладя руку на плечо Сета.
— Этан, закрой, пожалуйста, дверь. — Анна сцепила ладони и положила их на раскрытую папку. — Прошу садиться, доктор Гриффин.
Да, дружеские обращения «Сибилл» и «Анна», столь легко и естественно срывавшиеся с губ за чашечкой кофе в уютной кухне, здесь были совершенно неуместны.
Сибилл села на свободный стул, повернутый к столу Анны, положила на колени сумочку и, обхватив ее онемевшими пальцами, с кажущейся непринужденностью скрестила ноги.
— Прежде чем мы начнем, мне хотелось бы сделать заявление. — Анна согласно кивнула, и Сибилл медленно перевела дух, затем чуть поменяла положение и открыто взглянула на Сета. Тот по-прежнему смотрел в пол. — Я приехала в ваш городок не для того, чтобы причинить тебе зло, Сет, или навлечь на тебя несчастье. И мне очень жаль, что я, похоже, стала виновницей и того и другого. Если ты желаешь остаться с Куиннами, я готова сделать все, что в моих силах, чтобы твое желание исполнилось.
Сет поднял голову и обратил на нее ошеломляюще взрослый и суровый взгляд.
— Мне не нужна ваша помощь.
— Может, и не нужна, но не исключено, что понадобится, — вполголоса сказала она и повернулась к Анне, взиравшей на нее пытливым и, как ей хотелось верить, непредвзятым взглядом. — Я не знаю, где Глория. Мне очень жаль. Я дата слово, что привезу ее сюда сегодня, но мы не виделись очень давно, и я… не догадывалась, сколь она… неуравновешенна.
— Неуравновешенна, — фыркнул Кэм. — Забавное определение.
— Она позвонила вам? — начала Анна, бросив на мужа предостерегающий взгляд.
— Да, несколько недель назад. Она была очень расстроена, сказала, что у нее украли Сета и ей нужны деньги на адвоката, который будет отстаивать ее материнские права в суде. Она плакала, едва не билась в истерике, умоляя помочь ей. Я постаралась вытянуть из нее всю возможную информацию: у кого Сет, где он живет. Послала ей пять тысяч долларов.
Сибилл развела руками, помолчала и продолжила:
— Вчера, разговаривая с ней, я поняла, что адвоката у нее нет. Глория всегда умела изображать любые чувства. Я забыла об этом или предпочла не вспоминать.
— Вы знали, что она употребляет наркотики?
— Нет… и опять-таки до вчерашнего дня. Вчера, когда я общалась с ней, мне стало абсолютно очевидно, что в настоящее время она не способна нести ответственность за ребенка.
— А она и не собирается брать на себя такую ответственность, — заметил Филипп.
— Да, это я уже слышала, — холодно отвечала Сибилл. — Ты сказал, ей нужны деньги. Насколько я могу судить, Глория действительно нуждается в деньгах. И я также сознаю, что у нее не все в порядке с нервной системой. Но, не имея доказательств, мне трудно поверить во все то, что она, по вашим словам, совершила.
— Тебе нужны доказательства? — Кэм с искаженным от ярости лицом шагнул вперед. — Ты их получишь, лапочка. Анна, покажи ей письма.
— Кэм, сядь, — строго приказала Анна и вновь обратилась к Сибилл: — Вы узнаете почерк вашей сестры?
— Не знаю. Наверное.
— У меня есть письмо, найденное в автомобиле Рея Куинна в тот день, когда он попал в аварию, а также одно из писем, посланных нам чуть позже.