Она быстро рассказала об их встрече и точно описала, где находится.

– Подожди, Бекки.

Телефон замолчал. Её бедная малышка расплакалась ещё больше. Стоило достать её из кресла? Будет ли это безопасно?

– Хорошо, держись. Логан уже в пути.

– Логан?

Горячие слёзы облегчения жгли ей глаза. Он ехал; они будут в порядке. Бекки сморгнула влагу.

– Да, я позвонила ему. Какого чёрта у тебя нет его мобильного телефона?

– Не знаю, до этого не доходило.

– Он не знал, что ты уехала из его дома. Вам двоим следует разговаривать.

Крики её малышки чуть ли не заглушали слова её босса.

– Подожди.

Положив телефон, она вышла из машины и достала свою дочь из детского кресла. Снова взяв телефон, она ушла с дороги, так было безопаснее.

– Я здесь.

– Я рада, что вы с Логаном поженились.

Ошеломлённая и не уверенная, что делать дальше, она спросила:

– Ты планировала это? В смысле, если Логан хотел временную жену, уверена, он смог бы найти её с лёгкостью, так почему я?

– Я думала об этом и поняла, как довести это до вас обоих, когда ты позвонила в панике от того, что Дилан вышел из тюрьмы. Логану нужна была жена. Тебе нужна была помощь ещё до того, как нарисовался Дилан.

Подъехал грузовик, и она напряглась, пока не увидела тёмные волосы Логана, который сидел за рулём.

– Логан уже подъезжает.

– Хорошо. Поговорим позже. И, Бекки, я принимаю твоё заявление на увольнение. Пришлю тебе расчётный чек.

– Но что насчёт следующей недели? Я не хочу оставлять тебя в затруднительном положении.

– Я разберусь. Просто позаботься о своей малышке и о моём кузене. – Она повесила трубку.

Логан шагал по дороге к её машине. Огромный и такой мужественный, её ковбой был лучшим, что когда–либо видела Бекки. Поспешив к нему, она сказала:

– Спасибо, что приехал. Я не была уверена, что делать, и когда Люсинда сказала, что ты в пути, я почувствовала такое облегчение.

Он коснулся её лица.

– Эй, всё в порядке. Мы позаботимся об этом, а затем отвезём тебя и Софи в безопасный дом.

Безопасный дом. Когда–то она мечтала о доме, но прямо сейчас его прикосновение придавало ей чувство уюта и безопасности вместе. Он приехал за ней, и это значило больше, чем она могла выразить словами. Впервые за долгое время Бекки не чувствовала себя одинокой. Собравшись, она кивнула и отступила назад.

– Правая задняя шина.

Он взглянул на левую сторону машины.

– Тогда у тебя проблема побольше.

Нахмурившись, она проследила за его взглядом и увидела, что её левая шина тоже сдулась.

– Чёрт.

Логану потребовалось меньше двух минут, чтобы найти, где шины прокололи чем–то острым. Для начала, её шины были в плохом состоянии, так что много усилий не требовалось, чтобы их проколоть. Ему не следовало позволять ей ездить на таком. Когда он выпрямился во весь рост, ребёнок кричал, а Бекки отчаянно пыталась её успокоить. Как будто повторялась история того первого вечера, когда он нашёл их прячущимися в своей спальне. Только в этот раз ребёнок не вызывал его ПТСР; вместо этого они с Бекки побуждали его свирепые защитные инстинкты. Может быть, он не мог держать ребёнка и играть с ним, но он хотел, чтобы она чувствовала себя в безопасности, сытой и удовлетворённой, а не находилась в затруднительном положении, напуганная и голодная. В конце концов, Софи не была виновата в том, что его преследовал давний провал, ставший результатом убийства невинного ребёнка и девочек–школьниц.

– Она хочет есть?

Бекки осмотрелась вокруг, её тёмные глаза казались огромными на бледном лице.

– Да.

Он обвил её рукой, чувствуя, как напряжено её тело. Она была напугана и одинока, в затруднительном положении с ребёнком. Сдерживая в себе ярость на самого себя от того, что не убедился, чтобы у неё был номер его мобильного телефона, Логан подвёл её к своему грузовику и открыл пассажирскую дверь.

– Сядь здесь, сможешь покормить её, пока я вызову эвакуатор. – Он помог ей сесть, затем расстегнул свою рубашку и снял её, оставшись только в белой футболке. – Прикройся этим.

Она взяла рубашку, коснувшись его пальцев своими.

– Спасибо.

– Всё будет в порядке.

Он достал свой телефон и сделал звонок. Через пару минут он вернулся в грузовик.

– Эвакуатор будет здесь в течение двадцати минут. Нормально, если мы подождём?

Она кивнула, но начала жевать свою нижнюю губу.

– После того, как я оплатила сегодня тест на отцовство, у меня на счету осталось только около четырёхсот долларов. Этого хватит на эвакуатор и две шины? Ох, и ещё мне нужны подгузники и собачий корм для Джигги.

Он не говорил ничего около минуты. Кабину наполнили довольные причмокивающие звуки ребёнка. Он чувствовал напряжение от осознания того, какими чертовски уязвимыми сегодня были Бекки и её дочь. А он даже не знал, что они ушли. Он сам был виноват в том, что так отдалился. Потому что после той стычки с отцом, когда он увидел Бекки такой беспокойной и с таким взглядом, будто он мог сохранить их с Софи в безопасности, клаустрофобия и кошмары вернулись снова. Так что он сделал то, что делал всегда – сбежал, чтобы взять под контроль свои эмоции и почувствовать себя лучше. Почему Бекки должна была что–то ему говорить? Он оттеснил её эмоционально. И теперь она переживала, пытаясь понять, как заплатить за шины.

– Этого более чем достаточно, так как ты не будешь за это платить.

Он повернулся, чтобы посмотреть на неё. Даже бледная и взволнованная она была чертовски красива, сидя здесь, прикрывшись его рубашкой и кормя своего ребёнка.

Она приложила Софи к другой груди. Логану следовало отвести взгляд, но от нежности, с которой Бекки заботилась о ребёнке, ослабла ярость, кипящая в нём ещё со встречи с отцом. Снова прикрывшись его рубашкой, она подняла взгляд на него.

– Я говорила со своим адвокатом. Ей нужна оплата в понедельник. Если ты сможешь это устроить, я позабочусь о своей машине.

Логан взглянул на часы. Шёл четвёртый час дня пятницы. Он дал Бекки обещания и не следовал им. Она выполнила свою часть, играя его жену, когда показался его отец в вечер их свадьбы. Но он не сделал того, что должен был, поэтому она чувствовала себя одинокой и не могла попросить его о том, в чём нуждалась. Он должен был исправить это.

– Я заплачу за твою машину. По дороге домой мы заедем в офис адвоката, и я разберусь с оплатой.

– Спасибо. – Она потёрла свой лоб. – Прости, что приходиться просить об этом.

Не раздумывая, он потянулся и взял её за руку.

– Голова болит?

– Длинный день.

– И ты не хочешь брать от меня деньги. – Или еду, пока не решит, что заработала её, работая в его доме. – Почему?

Он хотел понять. Теперь, когда он снова был с ней, опустил свою защиту, он не мог устоять, желая знать всё. Она откинулась назад, закрыв глаза.

– Это как получать бесплатные ланчи в школе. Как будто все пялятся. Дети издевались надо мной, ну, над всеми нами, в параллели. И эти дамы, выдающие ланч, всегда спрашивали, становится ли моей маме лучше, и говорили мне хорошо о ней заботиться. Я не знала, что следует делать.

Логан крепче сжал её руку.

– С чем? Ты была ребёнком. Ты не могла работать по–настоящему.

Теперь он сожалел о том, что не узнал больше информации. Он лишь проверил то, что было написано у них в файлах и загуглил информацию о Дилане Риджмонте и аварии, с места которой он сбежал.

– Я скорбела по маме. Но уже ничего не вернуть. Я старалась хорошо учиться, но мне всегда снились кошмары о пожаре, и я боялась спать одна.

Ох, чёрт, он определённо что–то упустил.

– Бекки, посмотри на меня.

Она повернула голову, её глаза потемнели от переживаемых эмоций. Он коснулся её лица, желая ослабить это напряжение.

– Милая, что за пожар?

– Наш дом сгорел. Мне было шесть. Когда мы с мамой пришли домой, наш дом был охвачен огнём. Из окон вырывались огромные языки пламени. Дерьмо.