Литмир - Электронная Библиотека

«Оттащу его на кухню, – пришла ему в голову мысль. – Если Люда увидит его сразу, как войдет, визгу не оберешься. Ее нужно подготовить…»

Когда он, пыхтя и отдуваясь, приволок грузное тело на кухню, пот лил с него в три ручья, а сердце от перенапряжения разрывало грудь. Дэн ощущал себя на грани потери сознания. Он включил кран и смыл с рук кровь. После этого, подтаскивая больную ногу, зашел в спальню, где поменял заляпанную кровью футболку.

«Надо звонить ментам», – безостановочно стучала в его черепе мысль. Чем дольше он тянет с этим, тем больше будет вопросов у следователя, почему он так медлил с вызовом полиции.

Он услышал, как к дому подъехала машина.

Люда?

Дэн бросил взгляд в зеркало. На него, слепо помаргивая, смотрело помятое и бледное лицо до смерти перепуганного и безвременно состарившегося мужчины.

«Все будет хорошо».

Он плотно закрыл гостиную с кухней и, хромая, вышел в коридор.

Входная дверь распахнулась, и Люда стремительно влетела в дом.

– Ты что, напился, Самохин? – бросила она, едва взглянув на него. При этом от нее самой разило спиртным, и она была явно чем-то озабочена.

– Я выпил немного коньяка, – сказал Дэн, наблюдая за женой. – Люда, у меня к тебе разговор.

– Потом, – отмахнулась она. Пошатнулась, неуклюже снимая высокие сапоги. – Машка сучка… Не могла со своим женихом договориться… И еще. У нас небольшая проблема. – Она икнула и посмотрела Дэна. – Что у тебя с носом, Самохин?

– Свет вырубили, в дверной проем не вписался, – зачем-то соврал Дэн. Он нервно потер ладони. – Что за проблема?

– У нас там у забора какая-то псина ошивалась, я ее переехала нечаянно, – скривившись, произнесла Люда. Снова икнула. – По-моему, насмерть. Надо будет машину утром помыть, Самохин. И это… что от нее осталось… выбросить куда-нибудь. Там все всмятку. Фу. Бе-е-е…

Дэн остолбенел.

«Тебе сложно дать голодной собаке кусочек колбасы? Или хотя бы корку хлеба?» – зазвучали где-то над ухом укоряющие слова Надежды.

– Ты не должна была садиться пьяной за руль, – сказал он, но жена едва ли слушала его. Покачиваясь из стороны в сторону, она направилась в спальню и вышла оттуда в халате.

– Я хочу искупаться. Меня всю трясет, – заявила она. – У нас есть что-нибудь выпить?

– Шампанское, – машинально отозвался Дэн. Люда чмокнула его в щеку, обдав запахом вина, и шмыгнула в ванную.

Самохин растерянно посмотрел ей вслед.

– Говоришь, переехала нечаянно? – пробормотал он.

Значит, разговор насчет сегодняшних событий придется отложить, когда она примет ванну. Тогда он ей все и расскажет, и они примут решение.

«Кристина», – шепнул ему внутренний голос, и Дэн вздрогнул.

Точно, Кристи. Как он объяснит, что в его доме вечером оказалась Кристина?

«Цветы на кухне. Люда ведь не планировала приехать, это был форс-мажор. Так что ты не отмажешься, что розы для нее», – промурлыкал все тот же голос.

– Я выкину их в помойку, – словно оправдываясь, вслух проговорил Самохин.

«А трупы? – захихикал голос. – А курьер? Тоже в помойку?»

Как во сне, он вошел в гостиную. Запах в помещении был ужасен – термоядерная смесь крови, грязного тела Надежды и невыветрившихся паров алкоголя. Дэн, как в замедленной съемке, приблизился к трупу уголовницы. С залитым кровью и черной субстанцией лицом она выглядела порождением ночного кошмара. Кактус торчал из рваного рта, словно слоновий член.

– Что было в бутылке? – прошептал он. Со страхом коснулся указательным пальцем густеющего пятна. Понюхал, сдвинув брови. Что-то похожее на краску. Или чернила.

В его памяти вспыхнули слова умирающей:

«Зачем? Это не мое».

Он задумался.

Значит ли это, что Андрей что-то скрыл от него?

За окном раздалось мяуканье, и Дэн чуть не закричал от неожиданности. С колотящимся сердцем он обернулся и застыл, словно парализованный. Снаружи, на карнизе окна, сидел крошечный котенок. Белый, как чистое облачко. Блестящие иссиня-черные глаза-бусинки не отрываясь смотрели на Дэна, и он почувствовал, что пол уходит у него из-под ног.

«Жди беды…»

«Тебя нет. Тебя нет. Нет», – остолбенело повторял Дэн. Он закрыл лицо руками и спустя мгновение убрал их.

– Мяу, – сказал котенок и фыркнул. Развернувшись, он вдруг исчез из виду.

Хрипло дыша, Дэн засеменил к окну. Распахнул створки, посмотрел вниз.

Никакого котенка. Вообще ничего. Во дворе стояла глубокая ночь и завывал пронизывающий осенний ветер.

Дэн зябко поежился. Он закрыл окно, пытаясь унять дрожь во всем теле.

«Я схожу с ума».

Краем уха он услышал, как несколько раз чихнула Люда.

Самохин уставился на коченеющее тело Надежды.

– Откуда ты свалилась на мою голову, гребаная ведьма? – процедил он. – Со своими глупыми сказками про тающих мальчиков и коят?!!

Люда чихнула снова, четыре раза подряд. Дэн посмотрел в сторону ванной. Она всегда так чихала, когда у нее начиналась аллергия.

(Например, на шерсть.)

Самохин пнул здоровой ногой труп, испытывая при этом какое-то необъяснимо жуткое злорадство.

Подволакивая одеревеневшую ногу, он медленно прошаркал в коридор. К черту эту конспирацию. Его жена должна все знать. А насчет Кристины… Он скажет, что она пришла вместе с беглой зэчкой. Плевать, что эта версия выглядит неправдоподобно, он просто будет до конца стоять на своем.

– Люда! – громко позвал он. Прислушался.

Только сейчас Дэн заметил, что в ванной подозрительно тихо. Его супругу всегда отличало шумное купание – плеск воды, мурлыканье каких-то сопливых песенок и тому подобное.

Дэн проковылял вплотную к двери ванной.

– Люда?

Тихо.

Он затаил дыхание.

Кап.

Кап.

Кап.

Вероятно, его супруга не до конца закрыла кран.

Дэн подергал ручку.

– Люда, выходи! У нас проблема! И она куда важней раздавленной тобой соба…

Он осекся, случайно посмотрев вниз. Миниатюрные, едва заметные следы какого-то (котенок?!) четвероногого животного.

Дэн неверяще опустился вниз, с опаской потрогав следы. Они высыхали прямо на глазах. Будто кто-то, щенок или котенок, вышел из ванной и направился в сторону входной двери.

– Люда!! – заорал Дэн. Где-то глубоко внутри у него стремительно зрело понимание, что случилось что-то из ряда вон выходящее. Что-то непоправимое. Он навалился плечом на дверь. Раздался хруст, но дерево выдержало.

– Открой! Открой! Открой!!! Открой-откройоткрой!!! – завыл он, теряя остатки самообладания. Наконец дверь вылетела внутрь, и он едва не упал.

Ванная была пуста.

На полу лежал халат Люды, сама ванна была наполнена водой, на поверхности которой, словно кораблик, важно дрейфовала мочалка.

Его жены нигде не было.

– Она в туалете, – выдавил из себя Дэн, тщетно пытаясь себя успокоить.

«Нет, – зашелестел знакомый голос. – Дверь в ванную была заперта изнутри».

Он сунул руку в теплую воду, поводил растопыренными пальцами туда-сюда, словно все еще надеясь на что-то. Взял мочалку, зачем-то понюхал ее. Открыл стиральную машину, с идиотским видом заглянув внутрь.

– Где ты, Люда? – шепотом проговорил он. – Ты что? Ты растаяла?!

Сама мысль об этом показалась ему одновременно нелепой и чудовищной.

Дэн выпрямился.

– Люда, – жалобно протянул он, и глаза его снова стали влажными от слез.

Кто-то дотронулся до его плеча, Дэн с надеждой обернулся. Ну конечно, она разыграла его!

Улыбка Самохина померкла.

Это был разносчик пиццы. Сдвинутая набекрень шапочка с помпоном и размазанная по лицу засохшая грязь делали его похожим на дебила. Он растерянно оглядывался вокруг и, заикаясь, спросил:

– Изз…вините, у меня в голове все перемешалось… вы за пи…пиццу расплатились?

Этой ночью Андрею так и не удалось заснуть. Болела саднящая челюсть, ныли изодранные кактусом пальцы.

Ну, Дэн, перец чилийский, едрить его за ногу…

Надо же, какие совпадения бывают на свете! Когда ему позвонил брат-близнец, Андрей сразу раскусил его. Дэн не умел притворяться, и он понял, что у его братца проблемы. Поэтому он был бы полным дебилом, захватив с собой настоящую бутылку на эту встречу.

12
{"b":"542967","o":1}