Отъ желтухи , берутъ въ руки живую щуку и глядятъ на нее, покуда она уснетъ. Отъ курячей слѣпоты , сидятъ надъ паромъ вареной воловьей печени и ѣдятъ ее, и это средство было одобряемо нѣкоторыми врачами; но, испытавъ его много разъ, во время Турецкаго похода, я однако же никогда не видалъ отъ него помощи. Отъ дѣтскаго недуга собачья старость , вѣроятно, сухотка хребтоваго мозга, перепекаютъ ребенка, т. е. сажаютъ его на лопату и трижды всовываютъ на-скоро въ затопленную печь. В трудныхъ дѣтскихъ болѣзняхъ, гдѣ родители отчаяваются въ жизни ребенка, должно, по народному повѣрью, подать его нищей въ окно: если она приметъ его Христа ради, то онъ выздоровѣетъ. Это, конечно, поэтическое повѣрье, безъ всякаго другаго значенья. Изгнаніе полунощника, или полунощницы, семью прутиками или сорочкою ребенка, которую мѣряютъ взадъ и впередъ и на-крестъ ниткою, всучиваютъ между двухъ прядей ея и потомъ кладутъ подъ порогъ, чтобы народъ ее топталъ; леченіе переполоха выливкой, – все это должно почитать баснями, какъ и леченіе костоѣды, ногтоѣды и зубной боли вызовомъ, посредствомъ кипятка, на хлѣбный колосъ, какихъ-то волосатиковъ или червей; кладутъ по 3 пучка ржаныхъ колосьевъ по нѣскольку разъ на больное мѣсто и обливаютъ щелокомъ гречишной соломы. Откуда тутъ взяться волосамъ, или волосатикамъ, коихъ, по нашимъ понятіямъ, нѣтъ и быть не можетъ въ больныхъ членахъ – этого нельзя постигнуть. Все это или невинныя грезы, или необъясненныя доселѣ тайны, или, вѣроятнѣе, послѣднее убѣжище безпомощнаго отчаянья. Переполохъ (кажется, неправильно пишутъ: перепологъ), отъ переполошить, испугать, почитается слѣдствіемъ испуга ребенка, которому отъ переполоха надѣваютъ рубашонку задомъ напередъ. Переполохъ отъ собаки почитается не такъ опаснымъ, потому что она вылаетъ его сама же вспослѣдствіи; но переполохъ отъ злаго и молчаливаго гусака, кинувшагося на ребенка, почитается несравненно опаснѣе. Извѣстно, что укушеніе гусака бываетъ иногда ядовито и очень долго не подживаетъ. Если кто поперхнется или подавится, то совѣтуютъ класть ломоть хлѣба на темя, или тереть переносье указательнымъ пальцемъ правой руки. Утверждаютъ, что сверчки пропадаютъ, если въ комнатѣ повѣсить живаго рака за клешню, покуда онъ начнетъ портиться; что симъ же способомъ, повѣсивъ рака на деревнѣ, можно согнать съ него всѣхъ гусеницъ; извѣстно, что самая близость сѣрныхъ ключей отнюдь не дозволяетъ разводить пчелъ; что газъ, употребляемый для освѣщенія комнатъ, хотя бы онъ, по хорошему устройству снарядовъ, не распространялъ ни малѣйшаго запаха, вредитъ однако же цвѣтамъ и вообще растеніямъ, кои блекнутъ и листья съ нихъ обваливаются; что, сохраняя или перевозя въ бочкахъ и ящикахъ живыхъ раковъ, надобно остерегаться встрѣчи со свинымъ стадомъ; иначе раки внезапно всѣ засыпаютъ. Все это намеки такого рода, кои должны предостеречь насъ быть крайне осмотрительными въ приговорахъ своихъ. Но чтобы сверчки, тараканы, мыши ползли и бѣжали изъ дому передъ пожаромъ – этому конечно здравый разсудокъ отказывается дать вѣру. Или мыши и тараканы выбирались уже вслѣдствіе гари, т. е., ихъ выкурило, а черезъ сутки или болѣе пожаръ вспыхнулъ, или же злые люди когда нибудь воспользовались этимъ повѣрьемъ и сожгли домъ, изъ злобы, для грабежа, или просто для потѣхи, когда народъ замѣтилъ, что насѣкомыя выбираются изъ него и что быть худу. Говорятъ, если корова обнюхаетъ подойникъ, то молоко будетъ тягучее и легко ссядется; чтобы исправить это, должно напоить изъ подойника быка. Соленые огурцы должно встряхнуть въ кадкѣ или боченкѣ, въ день Воздвиженія, тогда они лучше держатся; солить же ихъ на молодой мѣсяцъ, какъ и вообще объ эту только пору дѣлать всѣ заготовленія впрокъ. Объ этомъ обстоятельствѣ необходимо сказать нѣсколько словъ. Странно, что нѣкоторыя общеизвѣстныя истины упорно оспариваются или не признаются учеными нашими, тогда какъ господа ученые были бы обязаны наставлять народъ, указывать ему путь къ истинѣ и пользоваться для этого всѣми случайными открытіями, повѣряя ихъ на опытѣ и объясняя ихъ затѣмъ умозрѣніемъ, которое во всякомъ случаѣ тогда только строится не на вѣтеръ, когда ему неоспоримый опытъ служитъ основаніемъ. Всѣ хозяйки, хозяева и въ особенности мясники и солельщики въ цѣломъ свѣтѣ, въ Англіи, Франціи, Бельгіи, Германіи, заготовляющіе солонину въ большомъ количествѣ для флотовъ, знаютъ очень хорошо, что солонина, приготовленная во время полнолунія, никуда не годится и очень скоро портится. Это есть неоспоримая истина, которую всякій можетъ испытать на дѣлѣ; онъ будетъ наказанъ за невѣріе свое и выкинетъ вскорѣ весь запасъ. Какъ и почему, этого мы не знаемъ; но я не вижу, почему бы этому не быть, когда разнообразное вліяніе солнца, луны и другихъ небесныхъ тѣлъ на землю нашу и ея произведенія воообще давно признано, хотя доселѣ еще удовлетворительнымъ образомъ не объяснено. Скажемъ то же объ отношеніяхъ извѣстнаго женскаго періода къ разнымъ веществамъ, въ особенности же къ такимъ, кои находятся въ броженіи; между прочимъ, женщинѣ въ это время не должно подходить къ боченку, въ коемъ дѣлается уксусъ; иначе онъ испортится, не удастся. То же самое говорятъ и о хлѣбной квашнѣ. Увѣряютъ, что печеный хлѣбъ легко и скоро плѣсневѣетъ, въ то время, когда хлѣбъ на корню цвѣтетъ; что вино поэтому о ту пору легко портится и за нимъ нуженъ особый надзоръ; что объ эту же пору пятна краснаго вина, только не подкрашеннаго, гораздо легче вымываются изъ столоваго бѣлья, безъ употребленія къ тому особыхъ средствъ; что о ту пору, когда хлѣбъ цвѣтетъ, нельзя бѣлить холстовъ; словомъ, много есть въ народѣ и у хозяекъ нашихъ подобныхъ чудесъ на примѣтѣ, и я, не совѣтуя никому вѣрить всѣмъ имъ на слово, не думаю, однако же, чтобы было справедливо и благоразумно отвергать положительно все это, какъ нелѣпость, не удостовѣрившись въ томъ изъ многократнаго опыта.
Къ числу симпатическихъ привѣсокъ принадлежатъ, какъ упомянуто, ладанки, въ кои зашиваютъ, для охраненія отъ уроки, порчи, ладанъ и другія вещи и снадобья, иногда наговоренныя бумажки и проч. Туда же зашиваютъ такъ называемую природную сорочку младенцевъ, родившихся въ рубашкѣ. Случайное обстоятельство это, заключающееся въ томъ, что плена или кожа яйца, по крѣпости своей, иногда не прорывается во время родовъ, а выходитъ цѣльная, содержа въ себѣ ребенка, почитается особеннымъ счастіемъ и предзнаменуетъ новорожденному всякаго рода благополучія. Смыслу въ этомъ конечно нѣтъ и быть не можетъ; не менѣе того, отъ этого повѣрья произошла и поговорка о счастливомъ человѣкѣ: онъ родился въ сорочкѣ.