Сначала Стрибьорн подумал, что этот маяк был неким предупреждающим знаком, что приближение Беспощадных Черепов замечено. Но никаких признаков подготовки к военным действиям видно не было. На берегу не собрались воины, и корабли не вышли навстречу захватчикам. Конечно, все были напряжены, но до сих пор ничего не произошло.
Стрибьорн заподозрил, что это может быть какой-то ловушкой, еще одним доказательством вероломства и коварства Грохочущих Кулаков. Затем среди гребцов прошел слух, что Грохочущие Кулаки, скорее всего, отмечают юбилей своей бесславной победы и радуются учиненной ими предательской бойне. Что ж, скоро они узнают, какой должна быть настоящая битва. Ярл приказал высадиться в бухте Жестокого Убийцы, вне видимости от деревни. Оттуда останется лишь короткий бросок – а за ним последует быстрая и окончательная месть.
Стрибьорн ощутил, что его охватывает гнев, волна которого захлестнула сородичей.
Именем Русса, как дорого заплатят за все эти Грохочущие Кулаки.
Вскоре пение было окончено, наступило время пира и танцев. Ярл и его телохранитель повели всех в большой зал. Там стояли столы, ломившиеся от жареных цыплят и свежевыпеченного хлеба. На настилах возвышались горы сыров. В чашах блестели озера меда, а в воздухе тек аромат эля. Пивовары уже наполняли им большие чаши, и рога передавались из рук в руки.
Улли улыбнулся другу и передал кожаную кружку. Рагнар опрокинул в рот горький напиток, как делали это старые воины. Это не слабое питье для мальчиков, а крепкий праздничный напиток для настоящих бойцов. От пузырьков он почти, шипел, а его горечь удивила Рагнара. Однако он постарался не опозориться, в несколько глотков поглотив содержимое кружки под восхищенные аплодисменты товарищей.
Перед собой Рагнар увидел отца, прижавшего к губам огромный рог, содержимое которого непреклонно переливалось в его рот под громкий обратный отсчет старших воинов – от десяти до одного. Напиток был поглощен, когда прозвучало пять. Это был хороший результат. Когда рог наполнился вновь и был передан следующему, отсчет начался с пяти, но этот воин оказался не чета отцу Рагнара – он осушил рог уже после того, как счет закончился. Смутившись, воин передал рог следующему товарищу.
Рагнар прошел к столам, предназначенным для Волчьих Братьев, и стал угощаться цыплятами и хлебом. Теплое мясо было изумительно вкусным. Жир стекал по его подбородку, и юноша стирал его кусками хлеба, которые затем отправлял в рот. Эль улегся в желудке, и теперь молодой воин чувствован себя прекрасно, хотя и был немного одурманенным непривычной крепостью напитка.
Улли издал долгий вой, завершившийся отрыжкой. Он выразительно посмотрел на Рагнара, а затем перевел взгляд туда, где за столом сидели незамужние девушки. Рагнар улыбнулся и кивнул, больше уже не волнуясь. Вскоре наступит время танцев.
Бесшумно двигаясь, Стрибьорн и его Волчьи Братья приблизились к деревне Грохочущих Кулаков. Он был поражен – эти дурни оказались настолько уверены в себе, что даже не выставили часового. Они жили тут сладкой жизнью, пользуясь всеми благами земли предков Стрибьорна. Что ж, подумал он, скоро враги заплатят за свою ошибку.
Он знал, что повсюду вокруг деревни воины Беспощадных Черепов занимают позиции для атаки. Скоро бывалые воины проскользнут за частокол и захватят ворота. А затем Стрибьорн и его парни обрушатся на своих одурманенных врагов подобно волкам, налетающим на скот в загоне.
Теперь их ничто уже не остановит.
– Загадай желание, – сказала Ана, оправляя свое платье. Рагнар перестал застегивать свою тунику и посмотрел в том направлении, которое указала девушка. Над головой он увидел свет в небе. Сначала Рагнар, как и Ана, подумал, что это падающая звезда, но потом заметил хвост огня, который следовал за ней. Это напомнило ему о чем-то еще. В это мгновение, одурманенный элем и недавними объятиями с девушкой, он был не вполне уверен, что же именно.
Вдалеке залаяла собака, как бы в ответ на падение метеора.
Он перекатился по земле, схватил девушку и, притянув к себе, стал ее целовать. Сначала она игриво сопротивлялась, а затем опустилась к нему на землю. Он подумал, что никогда еще не был так счастлив, как в этот миг, но мысль о снижающихся языках пламени не шла у него из головы.
Наконец Рагнар вспомнил, где видел похожее зрелище. Оно изливалось из небесного корабля, что прилетел за Волчьим Жрецом Ранеком на остров Повелителей Железа.
«Что бы это значило?» – лениво спросил он себя, пока вообще не перестал о чем-либо думать, охваченный страстью. Он даже не обратил внимания, когда начались крики.
Стрибьорн, крепко держа топор в руке, промчался через открытые ворота. Его Волчьи Братья бежали рядом, глаза их горели в предвкушении битвы, рты раскрыты. Внезапно Стрибьорн ощутил слабость. Он знал, что это пройдет: такое чувство всегда охватывало его перед встречей с опасностью. Это было своего рода знаком того, что его тело подготовилось к этой встрече. Внезапно он ощутил, как ускоряется его дыхание, быстрее стучит сердце, становится трудно удерживать топор, потому что взмокли ладони.
Вместе с товарищами он ворвался в деревню. Впереди слышались звуки музыки и танцев.
Неожиданно прямо перед ними возникли люди. Это были не Беспощадные Черепа. Все чувства Стрибьорна уже натянулись, как тетива лука, и ему не требовалось никакого вызова. Он нанес удар топором. Раздулся ужасный хлюпающий звук, когда лезвие вошло в плоть. Вытащив топор, Стрибьорн рубанул снова, почувствовав, как теплая кровь брызнула из тела человека, упавшего у -его ног. Он устремился вперед навстречу другим врагам. Странно, но музыка продолжала играть. Где-то вдали залаяла собака. Будто оповещая о нападении, над головой раздался грохот, похожий на гром.
– Что это было? – спросила Ана, на лице которой появился страх.
Рагнар отстранился от нее и взглянул вверх.
– Не знаю, – ответил он и внезапно понял, что не прав. Он раньше слышал такой громоподобный звук, когда небесный корабль впервые приблизился к ним в море. Было ли это каким-то предзнаменованием? А это что за шум? Будто большая драка разгорелась у длинного дома.
Он поднялся на ноги. Ана встала рядом. Держа ее за руку, Рагнар стал пробираться между хижинами на звуки драки. То, что он увидел, оказалось гораздо хуже того, что юноша ожидал. Между празднующими носились чужаки: огромные, сильные и темноволосые. У них были грубые черты лица и крупные челюсти. Они походили на троллей, и Рагнар сразу узнал их по песням скальда. Они будто появились из его песни. Это были Беспощадные Черепа.
На мгновение суеверный страх сковал молодого война. Неужели они вернулись из могил за душами своих завоевателей? Наверное, это темная магия. Могли мертвые подняться, чтобы отомстить живым?
Наблюдая за происходящим, он увидел, как юноша с жестоким лицом в одеянии Волчьего Брата ударил топором отца Улли. Тот, все еще одурманенный элем, выглядел удивленным, когда схватился за живот, пытаясь удержать вываливающиеся внутренности.
– На нас напали! – воскликнул Рагнар, толкая Ану назад, в тень. – Это набег.
В глубине души он знал, что это не просто набег. Судя по количеству увиденных им воинов и по крикам сражающихся, это было полномасштабное вторжение, имевшее целью поработить или уничтожить весь его народ. Он выругался, осознав, что нападение произошло в наихудшее время, когда все воины были пьяны или танцевали. И это было по их вине. Им нужно было выставить часовых. Им следовало быть наготове, но они не были готовы. Долгие годы мира внушили Грохочущим Кулакам ложное чувство безопасности, которого не должно быть ни у одного человека на Фенрисе. И теперь они расплачиваются за это.
Гнев и отчаяние боролись в душе Рагнара. Он долго стоял, застыв на месте, понимая, что все бесполезно. Больше половины жителей деревни уже были мертвы или умирали, сокрушенные, словно гниющая драконова кость, этими жуткими захватчиками. Нападающие были в полной готовности, прекрасно оснащены и собраны в боевые порядки, они сражались, подчиняясь целенаправленной дисциплине. Грохочущие Кулаки были безоружны, дезорганизованы, сбиты с толку и мало на что способны – кроме как лечь под нож, словно забиваемые цыплята.