Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Арендатор Лопес. Дай мне руку, Кальяс. И вы дайте друг другу руки, и дети тоже! Сегодня - одиннадцатое сентября. Запомните этот день, ибо сегодня арендаторы берутся за оружие, чтобы навеки сбросить ярмо помещиков или умереть.

Все (подают друг другу руки и запевают "Песню Серпа").

ПЕСНЯ СЕРПА {*}

{* Перевод С. Кирсанова.}

Крестьянин, вставай!

Нужда через край.

Вешать голов не смейте!

Смело навстречу смерти!

Не жди ниоткуда подмоги,

Вставай на крепкие ноги!

Нужда через край,

Крестьянин, вставай!

За Серп - навсегда!

Раздается колокольный звон.

Жена Лопеса. Слушайте. Почему звонят колокола?

Жена Кальяса (кричит в глубину сцены). Что случилось, Паоло?

Голос издали. Только что пришло известие из города - власть перешла к народному правительству!

Жена Кальяса. Пойду разузнаю все подробно. (Уходит.)

Остальные ждут. Слышно по радио "Воззвание к населению нового наместника".

Голос Иберина.

Чухский народ! Страна Яху издавна

Низменным, чуждым духом одержима,

Грозящим уничтожить все и вся,

То дух раздора и корыстолюбия.

Чухский народ, живущий в нищете

И в рабстве! Кто ж кровь твою сосет?

И кто тебя гнетет? В ряды твои прокрался

Враг злобный, но неведомый тебе.

То - чих! И только он один - виновник

Всех бедствий наших. Так борись же с чихом!

Но как узнать его? По голове!

По острой голове его узнаешь!

Остроголовый кровь твою сосет!

И я, Анджело Иберин, решил народ

На кругло- и остроголовых разделить

И чухов всех сплотить противу чихов.

И да не будет розни среди чухов

Отныне и вовек! Внимайте, чухи!

Соединяйтесь под белым стягом Иберина!

Наш общий враг - остроголовый чих!

Во время радиопередачи присутствующие более или менее открыто ощупывают свои головы. Круглоголовые дети с хохотом показывают пальцами на головы

остроголовых детей.

Арендатор Лопес. Опять пустые слова! Каждые три минуты они придумывают что-нибудь новое. Я одно хочу знать: обуздают ли они помещиков? Остальное меня не интересует.

Арендатор Кальяс. Это верно.

Жена Кальяса вернулась. Избегая смотреть на Лопесов, она собирает вокруг

себя своих детей.

Арендатор Лопес. Хорошие вести, госпожа Кальяс?

Жена Кальяса. Наш помещик господин де Гусман арестован!

Арендатор Лопес. За что?

Арендатор Кальяс. Лопес, я думаю, не стоит спрашивать - за что! Все ясно и так. За повышение арендной платы.

Жена Лопеса. Так мы спасены!

Арендатор Кальяс. Это уже звучит получше! Что скажешь, Лопес? Миновали дни нищеты, дети! (Прислоняет ружье к колодцу.)

Жена Лопеса. Сегодня великий день!

Жена Кальяса. Не очень-то радуйтесь, госпожа Лопес! Для вас, к сожалению, не очень благоприятные вести. Анджело Иберин захватил власть, а ведь вы - чихи! В Луме, говорят, уже начались массовые преследования чихов. Господина де Гусмана тоже арестовали за то, что он - чих.

Арендатор Лопес. Это скверные вести и большое несчастье.

Арендатор Кальяс. Я не нахожу, что это несчастье. Во всяком случае, не для всех. Для нас это вовсе не несчастье.

Жена Кальяса. Только для вас!

Арендатор Кальяс. Для нас, чухов, это, можно сказать, радостное известие.

Жена Кальяса. В эти минуты нас воодушевляет надежда, которую вы, господин Лопес, едва ли способны понять. Ведь вы принадлежите к совсем другой человеческой особи, я не хочу сказать - к худшей.

Арендатор Лопес. До сих пор моя голова не казалась тебе слишком острой, Кальяс.

Кальяс молчит. Обе семьи разделились; на одной стороне стоят остроголовые,

на другой - круглоголовые.

Мы с тобой платили те же самые подати. Еще и пяти минут не прошло, как ты хотел бороться под знаменем Серпа за отмену арендной платы. А ведь добиться этого можно только силой. Возьми ружье, жена.

Жена Лопеса нерешительно берет ружье.

Арендатор Кальяс. Слишком мало надежд. Конечно, это было бы лучше всего. Но только ничего из этого не выйдет.

Арендатор Лопес. К чему говорить о том, мало или много надежд, когда это - единственный выход?

Арендатор Кальяс. А может быть, для меня это вовсе не единственный выход.

Жена Кальяса. Конечно, мы теперь рассчитываем, что нас освободят от арендной платы.

Арендатор Лопес. Я понимаю, ты цепляешься за самую маленькую надежду. Но ты обманываешься. Еще никогда не бывало, чтобы эти господа кому-нибудь что-нибудь дарили ради формы черепа.

Арендатор Кальяс. Довольно, Лопес. У меня нет никаких оснований не верить этому правительству. Оно всего пять часов как у власти, а мой помещик уже сидит в тюрьме.

Жена Кальяса. И мне только что сказали в деревне, что теперь не надо примыкать к Серпу.

Вбегают пять арендаторов, среди них арендатор Парр, все сильно возбуждены. Все - круглоголовые, у одного в руках флаг с Серпом, у остальных - ружья.

Арендатор Парр. Что вы решили? Мы хотели сегодня вечером примкнуть к Серпу, как было уговорено. Но только что огласили воззвание правительства и пришло известие об аресте помещиков. Нужно ли продолжать борьбу?

Арендатор Кальяс. Я отправлюсь в город Луму и явлюсь к Иберину. Если он даст мне лошадей для полевых работ и освободит от арендной платы, мне не за что бороться. Де Гусман - чих, пускай теперь помалкивает!

Первый арендатор. Ну да, ваш помещик - чих, а наш - круглоголовый!

Арендатор Парр. А может быть, наш тоже отменит арендную плату, когда прогонят чихов? Он должен чихскому банку много денег, теперь ему, наверно, скостят этот долг.

Арендатор Лопес. Может быть, и скостят. Но аренду он будет взыскивать по-прежнему.

Третий арендатор. За Иберином ведь стоят одни помещики.

Арендатор Парр. Говорят, это неправда. Я слышал, что он живет очень скромно, не пьет, не курит и сам - сын арендатора. Он бескорыстен, так написано в газете. И он говорит, что парламент ни черта не стоит, и это правда.

Первый арендатор. Да, это правда.

Молчание.

Третий арендатор. Значит, арендаторы не должны теперь бороться с помещиками?

Арендатор Парр. Нет, должны. Арендаторы-чухи с помещиками-чихами.

Арендатор Лопес. А арендаторы-чихи? Как им быть с помещиками-чухами?

7
{"b":"47293","o":1}