Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Бонч-Осмоловская Марина

Рождественский романс

Марина Бонч-Осмоловская

Рождественский романс

Круглый двор завален снегом. Елки, кусты толпятся вокруг дома, а винтовая красная лестница горит в снегах алым цветом. Солнечный луч перескочил с нее на красное подбрюшье машины, Ганс окинул ее взглядом: нет машины - один сугроб! Далекий путь, уже выезжать, а от машины осталось одно брюхо! Ганс снег на дверце поковырял - дырка для ключа замерзла. За одну ночь завалило! Да после дождя! В лицо ему бросилась кровь, он ногой топнул. Отбежал от машины пару шагов. Шайссе! Шайссе!# крикнул оттуда на машину. Обежал ее. Ногой пнул. Начал сбрасывать снег рукавом, нет, не то. И даже непонятно, как надо... когда после дождя... да когда торопишься... Ганс потер щетину, оглянулся на свои окна, жены не видно. Может, папе позвонить, узнать, с чего он начинает?..

Ганс пошел по винтовой лестнице к себе на второй этаж и, пока шел, решил не звонить, найти щетку какую... На все случаи жизни - если надо что сделать или починить - у Ганса было множество удобных приспособлений всех видов и фасонов, и для каждого дела - особое, а на этот случай, к Гансову собственному удивлению, не оказалось просто ничего.

Ганс из дома притащил пару картонок, совок для пыли. Картонки сразу развалились, совок дошел до льда - дальше нельзя. Ганс тер и чистил деревянной ручкой, лед отколупывал по кусочкам. Скоро появилась Рита, жена, принесла ведро горячей воды.

- А вода здесь при чем?

- Как при чем? - поразилась Рита. - Воду на машину вылей - мы так в Казахстане делали!

- Ах, в Казахстане...

Это Ганс про себя подумал, но сдержался: такая красивая, любимая жена, четыре месяца назад поженились.

"Странный выбор, - тетушка Хайди сказала. - Из Казахстана... Можно я скажу дядьям, что она русская, но немецкого происхождения?" - вкрадчиво так спросила. "Конечно!" - Ганс обрадовался, ведь Рита и есть немка, Вальтер, хорошо по-немецки говорит, но, конечно, с акцентом. "Хорошо, что Вальтер, но странно, Ганс..." - родственники мнения не изменили. Герхард, брат его, так бы не поступил. Герхард пальто купил, длинное, как у папы, синее, на зеленой подкладке, он, как папа, бреется утром и вечером, хоть в детали какой мелкой, а всегда виден лоск. На миллион немецких марок выглядит, тетя Хайди сказала, - не на евро. Во всем у них с Гансом разница: Герхард пошел бы и папе позвонил, а не поливал машину водой.

Это потому, что Ганса этот дом испортил. Мама и папа не скажут, но все прозрачно. Кожаные ботинки из лучшего магазина Ганс сносил три года назад и с тех пор покупает кроссовки, это раз. Сколько лет рулит на старом Опеле два. На Опелях и Фордах ездят механики, плотники, в принципе, здесь все правильно. Ганс в этой гостинице домоуправ, ведет хозяйство, здесь и живет, квартира у него двухэтажная, красивая. А должность небольшая, это все понимают, и над ним стоит грозная начальница: быстрая, непреклонная в решениях, у нее большие, прозрачные глаза, ее Рита боится. Но, с другой стороны, Ганс год назад стал менеджером, хотя он очень молод. Под его началом три уборщицы и рабочий, который умеет подкрутить и подвинтить все, как надо, кусты стрижет, листья вывозит. Менеджер должен другую машину купить, уже прошло время Опеля. Сколько маме пришлось намекать, и только теперь Ганс собрался купить другую, наконец. Сказал, что это будет японская машина. Испортил Ганса этот дом! Гостиница эта! При университете. Здесь живут командировочные немцы, но в основном, едут со всего света: китайцы, русские, французы, почему-то австралийцы... Ганс в этом доме переменился. Появился оттенок либерализма... "Что же, дядья позвонят, а я им отвечу, что ты выбрал японскую машину?" - мама спросила. Потом и Герхард позвонил, посоветовал выбрать Фольксваген. На таких ездят начальники механиков, строителей, и новый Гансов статус к такой модели очень подходит. Правильный выбор, решила семья. Может быть, Ауди подошла бы, но на них ездят чиновники мелкой и средней руки, это Ганс точно знает. Не его это... БМВ Герхард сразу отсек, это машина для людей из частных фирм с б`ольшим достатком, чем у Ганса, покупать БМВ было бы неверно. Крупные, пожилые менеджеры, как главный хозяйственный директор университета, покупают новые модели Мерседесов, сам Герхард пока за такую не сядет. Он сядет позже. А японская машина - вообще вне рангов. На такой пусть ездит какой-нибудь потерявший совесть журналист, а не немец крепкой профессии! Фольксваген. - вот точный Гансов выбор: машина - лицо семьи.

Ганс согласился с доводами, но в последний момент перерешил, уступил своей жене: она просила четырех-пятилетний Мерседес. Что греха таить, Ганс и сам думал о Мерседесе уже не один месяц... Только он не мог сразу на такое решение пойти, потому что хоть и немного подержанный, но все-таки Мерседес повыше его статуса, пусть и нового, менеджерского. Всю последнюю неделю Ганс тяжело размышлял и решил, что купи он Мерседес, семья простит ему легкий перебор, потому что дотянет он, Ганс, до главной немецкой машины - через годик-другой как-нибудь постарается в чине подрасти... И Рита хочет его видеть в таком автомобиле...

Нелегко дался Гансу этот выбор, потому что он уже однажды решил сам выбрал жену из казахстанских немцев, пожив в своем либеральном доме... Но про кроссовки жена, как и родители думает, хотя при ней семья такие вещи не обсуждает. Она сама заметила, что ботинки из хорошей кожи Гансу очень бы подошли. Да, в общем, Ганс и не против...

А теперь воду принесла! Ганс с недоверием к этому отнесся. Между ним и женой так бывает: как будто марсианским чем-то пахнет... Но он уже привыкать начал. Все-таки он любит жену свою... улыбку ее, ласку, она такая нежная. Ганса это до слез доводило. Хотя они с Ритой совсем непохожи. Ганс круглый, очень плотный, и голова у него круглая, на макушке от природы немного плешивая. Живой, крепкий, быстрый, и смеется часто. Не улыбается, а смеется - тогда его открытое лицо и добрые глаза становятся хитрющими и в них словно твердая точечка появляется, и про Ганса хочется думать. Рита ему полная противоположность. Казахстанские немцы ни на немцев, ни на русских непохожи: маленького роста, волосы темноватые, кожа слегка смуглая. Может быть, Ганс не влюбился бы в Риту, если бы не ее тихая улыбка и лирический взгляд. Эти глаза Ганса остановили и взволновали. У знакомых мужчин он, бывало, встречал некоторую задумчивость, иногда кто-нибудь глаза поднимет мечтательно... А у женщин... сколько Ганс прожил на свете, а таких глаз, как у Риты, у немок не встречал...

Через полчаса умытая машина завелась, отогрелась, и Ганс, с осторожностью подвигаясь по ледку, отправился в свой великий путь.

Дорога его лежала вон из родного города, что само по себе случалось с Гансом нечасто, вдобавок он должен был пересечь границу Германии, чтобы в бельгийском Хорсте купить новую машину, а к ужину поставить ее во дворе своего дома. Старую же оставить дилеру# за умеренную плату.

Университетские знакомые Ганса проторили дорогу в Италию, где машины были дешевле, чем в Германии, - за счет налогов. Там, на заводах Фольксвагена, можно было купить настоящую немецкую машину, и по отличной цене. Дело приняло столь массовый характер, что несколько лет назад разразился скандал - итальянский Фольксваген. заставили поднять цены. Народ стал искать немецкие заводы в других странах, и тогда Италия сменилась на Бельгию. Там цены были почти те же, что в Германии, но можно было тоже сыграть на разнице налогов: в Бельгии покупатель не платит налог, если увезет машину из страны, а в Германии часть налога вернут и бельгийская машина выйдет дешевле. Сам бы Ганс до такого не додумался, его твердые устои испортил либерализм: это иностранцы из гостиницы подучили его мухлевать с немецкими налогами, это иностранцы его соблазнили купить автомобиль в чужой стране, привезти в немецкий дом бельгийскую машину...

1
{"b":"46654","o":1}