Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Тогда и раздался тот самый звонок из ЦК. Вернее, звонок был только началом, затем произошло совещание в ЦК. Будем считать для простоты факт существования звонка точно установленным. Прозвонил он в кабинете вице-президента АН СССР, академика Владимира Александровича Котельникова. Если кто из читателей вдруг изучал теорию сигналов, передачи информации, он знает, что Котельников в советской науке был кем-то вроде Клода Шеннона, отца теории информации. Знаменитая теорема отсчетов в русских учебников до сих пор называется теоремой Котельникова (Американцы предпочитают называть ее интерполяционной формулой Найквиста). Владимир Александрович в то время был директором Института Радиотехники и Электроники (ИРЭ) АН СССР. Хороший был институт. Состоял из двух частей Московской и Фрязинской. «Московская Часть», старый адрес Проспект Маркса 18, располагалась как раз за «Националем», в дворике старого здания Московского университета. Бывший физфак Университета, там на третьем этаже маленькая такая табличка висела, что здесь Лебедев открыл давление света… Была еще и секретная часть в городе Фрязино, там работало более тысячи сотрудников. Занимался институт электроникой, физикой полупроводников, радиолокацией планет Солнечной системы, дистанционным картированием поверхности Венеры и прочими полезными и бесполезными для советского общества исследованиями.

Здесь наша история распадается на два ручейка. Почему исследовать Джуну и прочих экстрасенсов поручили Котельникову, а, например, не тогдашнему министру здравоохранения Чазову, академику Академии Медицинских Наук?

Второй ручеек нашей истории начался в Петербурге-Ленинграде. Жила там удивительная женщина, Нелли Сергеевна Кулагина. Двигала руками предметы, Уставала после сеансов, краснела, давление повышалось. Заснимали ее на кинопленку, пытались разгадать, как она это делает, но тщетно…

В ИРЭ работал академик Юрий Борисович Кобзарев, основоположник советской радиолокации, лауреат Ленинской премии, герой Социалистического труда и прочее и прочее. Очень милый был интеллигентный человек, осколок «старой школы». Лет ему было под семьдесят. Через знакомых услышал он про Кулагину и заинтересовался, Решил поставить эксперименты, привез в Ленинград осциллограф с электродом, а он возьми и зарегистрируй сильное электрическое поле вокруг рук Кулагиной. Физики, они ведь люди такие… Увлекающиеся… Заместителем директора ИРЭ в то время работал член-корреспондент АН СССР Юрий Васильевич Гуляев. Для справки: ныне он академик и директор того же института. Гуляев был выпускником Физтеха, одним из самых молодых член-корров того времени, успел получить премию Европейского физического общества и, практически, основал целую область науки (Акустоэлектроника). Фильтры, стоящие в цветных телевизорах, основаны на его открытии, сделанном в Кембридже в конце 60-х годов. Ну так вот, прослышав про такие чудеса, Юрий Васильевич хмыкнул и поехал вместе с Кобзаревым «разоблачать» кудесницу. Вот тут-то он и прикусил язык. Кулагина рассеивала руками луч лазера. Вокруг ее рук существовало сильное электрическое поле. Она действительно могла передвигать небольшие предметы, типа кусочка сахара или спичечного коробка. Кроме того, чувствительный микрофон, установленный около ее рук зарегистрировал короткие ультразвуковые импульсы, а входной каскад усилителя во время экспериментов сгорел… Потом Кулагина за несколько секунд сделала ожог на руке скептическому Гуляеву, который до сих пор утверждал, что все разговоры об ожогах – результат внушения и гипноза, которому он не поддается…

Несмотря на то, что Кулагина никогда лечением не занималась, слухи о Ленинградских экспериментах начали циркулировать и просочились наверх, типа «ученые в ИРЭ уже начали заниматься экстрасенсами».

Короче, Котельникову были выделены валютные средства и ставки для создания специальной лаборатории. Лаборатория должна была исследовать Джуну, разобраться в природе ее целительного воздействия на человеческий организм (читай: организм(ы) особого государственного значения) и дать отчет предстоящему съезду КПСС. Нет, я не ерничаю, именно так, дословно, было сформулировано задание Политбюро. Руководить новой научной программой был назначен Гуляев…

Если кто еще помнит те времена, средства в иностранной валюте в Академии были большой редкостью. Ставки были еще большей редкостью. Не помню точно, сколько денег было выделено, но примерно полмиллиона долларов. В масштабе страны чепуха, конечно, но в конкретном локально-историческом масштабе весьма и весьма неплохо…

Вернемся на секунду в реальную жизнь. Звонок из ЦК произошел. Институту дано задание отчитаться съезду КПСС. Выделены огромные средства и ставки. Вице-президент АН СССР, директор ИРЭ Котельников человек занятый и обремененный непосильной ношей. Заместитель директора Гуляев тоже погряз в руководстве, он одновременно руководит несколькими программами, полупроводники, акустическая электроника, тонкие пленки, преподает в Физтехе… Словом, необходим энергичный руководитель, готовый посвятить себя этому странному занятию. Он находится в четырнадцатой комнате подвала ИРЭ, доктор физ-мат наук Эдуард Эммануилович Годик, старый приятель Гуляева. Годик со своими аспирантами занимается физикой полупроводников, вот уже двадцать лет занимается день и ночь, делая измерения и день за днем «выковыривая» все новые и новые эффекты в поведении дырок и электронов. Когда-то он изобрел первые в мире полупроводниковые инфракрасные детекторы, их сразу же засекретили и поставили на военные спутники. Словом, Эдуард Эммануилович, Эдик обычный научный сотрудник, кажется даже не старший. Гуляев предлагает ему возглавить лабораторию по исследованию экстрасенсов. Годик упирается, жалко бросать полупроводники, затем потихоньку увлекается идеей и решает воспользоваться ситуацией по классической научной схеме: «Удовлетворить свое любопытство за государственный счет». Время на дворе конец 1981 – самое начало 1982 года.

В основу подготовленной программы исследований ложится основная идея: Все наблюдаемые эффекты, если они, конечно, имеют место (а в этом Гуляев, помнящий свой ожог и сгоревший усилитель – убежден), основаны на физических явлениях. Дистанционные эффекты не могут быть объяснены ничем, кроме существующих в природе физических полей (электромагнитного, акустического, химического). Поэтому исследования должны начаться с создания аппаратуры, регистрирующей собственные поля и излучения человека во всех возможных диапазонах (оптический, инфракрасный, микроволновый, статический электрический потенциал, магнитные поля, акустическое излучение, и тому подобное).

2
{"b":"27787","o":1}