Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Потом я предложил этот рассказ Гарднеру Дозуа и Джорджу Р. Р. Мартину для антологии «Песни любви и смерти» – и вздохнул с несказанным облегчением, когда узнал, что он им понравился.

В пучину сумрачных морей

Газета «Гардиан» решила отметить Всемирный день воды неделей рассказов, посвященных воде. Это событие застало меня в Остине (Техас) на музыкальном фестивале «Зюйд-тень-зюйд-вест», где я записывал аудиокниги – «Океан в конце дороги» и свой первый сборник рассказов «Дым и зеркала».

Я сидел и думал о театре «Гран-Гиньоль»[2], о душераздирающих монологах, читаемых шепотом перед завороженной, едва дышащей от страха публикой. Я вспоминал самые жуткие истории из Ньюгейтского календаря[3]. И Лондон, далекий Лондон за морями, за пеленой дождя…

Истина – это пещера в черных горах

Бывают истории, которые строишь, как дом. Бывают истории, которые конструируешь, как машину. А бывают такие, которые вырубаешь из камня, отсекая все, что этой истории не принадлежит.

Мне взбрело в голову составить антологию рассказов, которые хотелось бы читать, не отрываясь, – возможно, с фэнтезийным или с научно-фантастическим уклоном, но не это главное: главное, чтобы читатель все продолжал и продолжал перелистывать страницы. К проекту подключился Эл Саррантонио, и мы стали работать вместе. Свою антологию мы назвали просто «Истории» (название прямо как из древних догугловских времен!). Потом я понял, что мне мало просто составить антологию: я должен сам написать для нее рассказ.

Надо сказать, что я побывал во многих странных местах – в таких местах, к которым душа и мысли прикипают навсегда. Какие-то из подобных мест – экзотические и необычные, какие-то – на первый взгляд совсем простые. Но самое странное из них, по крайней мере на мой взгляд, – это остров Скай у западного побережья Шотландии. Я знаю, что в этом своем пристрастии я не одинок. Некоторые люди, открыв для себя Скай, уже не могут расстаться с ним, но и тех из нас, кто все-таки уезжает, этот туманный остров по-прежнему держит за сердце. Для меня это место самого острого счастья – и самого глубокого одиночества.

Отта Ф. Свайр в своих книгах о Гебридах и, в частности, об острове Скай описывает немало удивительных и малоизвестных поверий. (Вот, например, вы знаете, что дьявола изгнали с небес третьего мая, а потому преступление, совершенное в этот день, никогда не простится? Лично я узнал это из ее книги о легендах Гебридских островов.) И в одной из ее книг я как раз и прочел о пещере в горах Черный Куллин, куда можно войти, если хватит смелости, и набрать золота, – но всякий раз, как человек приходит туда, пещера пожирает часть его души.

И эта проклятая пещера стала преследовать меня днем и ночью.

Я взял несколько правдивых историй (или, по крайней мере, таких, которые считались правдивыми, но разница невелика), распределил их между двумя персонажами, поместил их в мир, почти такой же, как наш, хотя и не совсем, и рассказал сказку о мести и странствиях, о жажде золота и жажде тайн. Эта сказка удостоилась премии имени Шерли Джексон за лучшую короткую повесть (ту же премию в номинации «Лучшая антология» получили наши «Истории» целиком) и премии «Локус», и я был за нее невероятно горд и рад.

Еще до того, как она была опубликована впервые, меня пригласили прочитать какое-нибудь из моих произведений со сцены Сиднейского оперного театра. Мне нужно подобрать что-то такое, что можно было бы соединить с выступлением австралийского струнного квартета «Форплей» (это удивительный, очень разносторонний в своем репертуаре культовый рок-ансамбль) и, возможно, с проекциями каких-нибудь картинок.

Я сразу же подумал, что «Истина – это пещера в черных горах» – именно то, что надо: на ее прочтение ушло бы минут семьдесят. Что, если квартет сможет сопроводить мою декламацию каким-нибудь мрачным и торжественным саундтреком? И что, если шотландский художник Эдди Кэмпбелл (проиллюстрировавший графический роман Алана Мура «Из ада» и полностью создавший мой любимый комикс – «Алек: как стать художником») согласится нарисовать иллюстрации к этой самой шотландской из всех моих историй, чтобы во время чтения их проецировали на задник у меня над головой?

Выходить на сцену Сиднейской оперы было очень страшно, но в итоге все прошло замечательно: публика аплодировала стоя, а в финале выступления я дал устное интервью (вопросы задавал художник Эдди Кэмпбелл) и прочитал одно свое стихотворение (тоже под аккомпанемент «Форплей»).

Через полгода мы повторили этот спектакль, добавив новые иллюстрации Эдди, в Хобарте (Тасмания). Дело было на фестивале, и мы выступали в большом шатре перед трехтысячной аудиторией. Публика и на сей раз осталась очень довольна.

И тут мы поняли, что у нас проблема. Коль скоро наша постановка так понравилась зрителям, ограничиваться одной Австралией казалось как-то нечестно: нужно было выступить и в других странах. Но в спектакле непременно должен был участвовать струнный квартет «Форплей» (о, что за блестящие музыканты! я влюбился в их вариант темы «Доктора Кто» еще до того, как познакомился с ними лично), а мы, естественно, не могли просто так взять и потащить за собой по миру культовую рок-группу. По счастью, Эдди Кэмпбелл создал уже столько иллюстраций, что с ними удалось составить нечто среднее между иллюстрированной повестью и графическим романом, и грядущая публикация этой книги в США (в издательстве «Харпер Коллинз») и Великобритании («Хэдлайн») дала нам оправдание для небольшого турне.

И мы с «Форплеем» и Эдди отправились в путешествие. Мы побывали в Сан-Франциско, Нью-Йорке, Лондоне и Эдинбурге. Мы сорвали овацию в «Карнеги-холле» – можно ли мечтать о большем?

Но я до сих пор думаю: интересно, написал ли я эту историю сам или она просто ждала меня, как эти серые камни, кости пологих холмов на острове Скай, – и дождалась?

Моя последняя хозяйка

Я написал это для Всемирного конвента ужасов. В том году он проходил в Брайтоне. Современный Брайтон – многолюдный, шумный, суетливый, преуспевающий и эстетствующий приморский город. Но когда я был маленьким, мы однажды поехали в Брайтон не в сезон, и я запомнил его как холодный, мрачный и суровый.

Разумеется, эта история произошла в том старом Брайтоне, которого больше нет. В наши дни в тамошних пансионах можно останавливаться без опаски.

Приключение

Однажды Айра Гласс попросил меня написать рассказ для его радиошоу «Эта американская жизнь». Я написал. Глассу понравилось, а вот продюсерам – нет, так что мне пришлось сочинить другую историю – о том, что, мол, «приключения – это, конечно, хорошо, но нельзя же допускать, чтобы они вставали на пути к тихой, уютной жизни и четырехразовому питанию». Этот второй рассказ в итоге и был опубликован в «Ежеквартальнике Максвини»[4].

Пока я сочинял этот рассказ, я много думал о смерти и о том, как люди уносят свои истории с собой в могилу. Таким образом, «Приключение» можно понимать как своего рода сайдстори к «Океану в конце дороги» – по крайней мере, в этом отношении.

Оранжевый

Джонатан Стреган – славный парень и замечательный редактор. Он живет в Перте (Западная Австралия). У меня завелась дурная привычка: написать что-нибудь для очередной антологии, которую он составляет, а потом взять и отобрать. Это разбивает ему сердце. Но я всегда стараюсь загладить свою вину и написать взамен какой-нибудь другой рассказ. «Оранжевый» – как раз один из таких рассказов на замену.

Способ, которым рассказана та или иная история, не менее важен, чем она сама, хотя обычно это не так бросается в глаза, как здесь. Собственно, сюжет вертелся у меня в голове довольно долго, но рассказ сложился лишь после того, как я понял, что его надо представить в форме ответов на вопросы. Я написал его во время перелета в Австралию, куда направлялся на Сиднейский литературный фестиваль, и всего через день или два после прилета прочитал его вслух перед большой аудиторией. Среди слушателей была моя крестная дочь Хейли Кэмпбелл, которую я, похоже, напугал до полусмерти, – а ведь она-то, пожалуй, и вдохновила меня на этот рассказ, когда однажды разворчалась из-за пятен автозагара на холодильнике.

вернуться

2

«Гран-Гиньоль» – парижский театр ужасов, действовавший в первой половине XX века.

вернуться

3

Ньюгейтский календарь – периодическое издание XVIII–XIX вв., в котором публиковались биографии самых известных преступников, содержавшихся в лондонской Ньюгейтской тюрьме.

вернуться

4

«Ежеквартальник Максвини» – американский литературный журнал, первоначально публиковавший только произведения, отвергнутые другими журналами, но затем отказавшийся от этого правила.

3
{"b":"275220","o":1}