602 Я был так потрясен смертью своих детей и осознанием полной бесполезности всех известных медицине лекарственных средств, что даже отказался пойти к соседям и попытаться вылечить их детей. Я понимал – и имел полное основание для этого – что они обречены на верную смерть. Однако моей сердобольной натуре пришлось уступить слезам и мольбам сестры одного молодого человека, мистера Студебекера, которая пришла ко мне, чтобы попросить пойти к ним домой – их дом находился в деревне в нескольких милях от моего – и позаботиться о ее брате. Когда я пришел, молодой человек находился в полубессознательном состоянии. Мышцы его шеи были сильно напряжены, а челюсти плотно сжаты. Он дышал через нос и как раз в это время извергал из ноздрей то, что я называю смертоносной пеной.
603 В качестве эксперимента и помня о своем предыдущем опыте, я налил в чашку полпинты виски (1 пинта = 0,47 л) с намерением дать ему выпить глоточек, но он судорожно схватил обеими руками чашку и залпом выпил все ее содержимое. Мне показалось, что ему осталось жить лишь несколько часов и, полагая, что это не принесет вреда, я позволил ему сделать это. В течение следующих тридцати минут мне показалось, что он расслабился и открыл глаза. Видя такое улучшение его состояния, я налил немного поменьше первоначальной дозы хорошего смешанного виски и дал выпить пациенту. Тогда я думал, что наблюдаю за тем, как юноша умирает, но уже через два часа его наполненный мочевой пузырь при первом действии полностью опорожнился тремя пинтами мочи. К моему великому изумлению в течение четырех часов сознание вернулось. У юноши не было никаких признаков опьянения. Понимая, что состояние пациента изменилось, но все еще думая, что он несомненно умрет, я отправился к себе домой и на следующее утро вернулся в деревню, где жил мой пациент, ожидая увидеть траурную ленту на дверях его дома, однако обнаружил, что Джон уже встал с кровати. Спазмы в его мышцах прекратились, а шея вновь обрела гибкость.
604 Когда родственники молодого человека спросили у меня, чем им кормить Джона, я посоветовал давать ему то, что он захочет съесть. Я верю в благоприятное воздействие на состояние пациента большого количества обычной питательной пищи. Я не сторонник диетических продуктов. Так как мой дом находился в четырех милях от того места, я попросил отца юноши сообщить мне о состоянии здоровья его сына в 7 часов пополудни. Он сообщил мне, что, судя по внешнему виду, Джон находился вне опасности, что было совершенной правдой.
605 Другой мой сосед, общение с которым доставило мне немало неприятных эмоций, пришел ко мне и умолял меня осмотреть его восьмилетнюю дочь, у которой было воспаление мозга. Пока я колебался, он потерял самообладание, заплакал и стал просить пойти с ним и помочь ему спасти его дочку. В конце концов, и я потерял самообладание и отправился с ним, тоже плача, потому что все его многочисленные просьбы были мне невыносимы. Поскольку я принял решение снова использовать виски, я взял с собой пинту этого напитка, дал девочке выпить полстакана и спросил у нее, не испытывает ли она жгучую боль во рту. Она ответила: «Нет, я совершенно не чувствую вкуса, как будто пью воду». Таким был ответ всех пациентов, которым я давал выпить виски – у всех у них наблюдалась потеря вкусовых ощущений.
606 Я провел примерно два часа возле дома девочки, а затем дал ей вторую, но уже меньшую дозу виски. Я заметил, что мышцы ее шеи расслабились, она стала дышать свободнее. Девочка попросила принести ей ночной горшок и беспрепятственно опорожнила мочевой пузырь. Так как эта семья жила в полумиле от моего дома, я вернулся к моей пациентке в 6 часов пополудни посмотреть, жива ли она. Я обнаружил, что ее состояние значительно улучшилось, и уже через два или три дня она чувствовала себя хорошо, вставала с постели и совершенно поправилась от ужасной болезни.
607 Причиной, по которой я решился на такие эксперименты с виски, было воспоминание о достигнутом несколько лет назад успехе при лечении пациента, немца по национальности, по имени Слик, который жил в Эджертоне, штат Канзас. Он содержал салун и закупал напитки, которые продаются в новой стране – виски, вино, бренди. Этот человек был пациентом доктора Эдди, который пригласил меня на врачебный совет, так как недавно в соседней местности умерло пятнадцать или двадцать человек, которые страдали от подобного заболевания. Я сказал доктору, что попытаюсь провести эксперимент на этом самом немце. Судя по всем показаниям приборов и по каждому симптому мы оба пришли к заключению, что он неизбежно должен умереть, по меньшей мере, через несколько часов. Итак, взяв большой стакан, я наполнил его коньяком и протянул пациенту, сидевшему рядом со мной на стуле. Он схватил стакан обеими руками, и я не смог отобрать его, пока не было выпито все до последней капли.
608 Этот пациент был болен цереброспинальным менингитом. У него была обнаружена сильная закупорка мозга и легких, а также изнуряющее потоотделение. Мы полагали, что время его жизни измеряется даже не днями, а часами. Мы с доктором Эдди вышли из комнаты больного. Мой коллега сказал мне: «Что ж, доктор Стилл, надеюсь, этот полный стакан коньяка поставит его на ноги». Мы отсутствовали час или два. Когда же мы вернулись к пациенту, то обнаружили, что изнуряющее потоотделение прекратилось, появилась ясность ума, казалось, его легкие дышат свободнее; не было заметно никаких признаков опьянения. Так как я жил в десяти милях от дома Слика, я пообещал вернуться на следующий день, что я и сделал, и вместо того, чтобы обнаружить умершего пациента, увидел, что он совершенно поправился, а его жена ощипывает курицу ему на обед.
609 Я пришел к выводу, что было бы неправильно и недальновидно держать спиртные напитки подальше от немцев, ирландцев, а также от всех людей, привыкших пить, и поскольку это заболевание, цереброспинальный менингит, было широко распространено, а практика и навыки доктора Эдди всеми в округе рассматривались как заслуживающие доверия, он с успехом вылечил многих других подобных больных, несмотря на то, что до этого первого вылеченного пациента пятнадцать или двадцать человек, которых он лечил, умерли. Я иногда встречал его в течение года, и он мне всегда говорил, что ни один из его пациентов не умер, и что он их всех «выконьячил».
610 Моей целью было наполнить тело пациента достаточным количеством алкоголя для того, чтобы остановить ферментацию, которая, по-моему, являлась причиной раздражения, сокращения и спазмов, ведущих к смерти. В то время я пока еще не предполагал, что спазматическое сокращение и остановка крови на пути к мозгу и обратно являлись причинами возникновения заболевания, ведущего к смерти от цереброспинального менингита. Но с тех пор, как я начал рассуждать как механик я понял, что такое сокращение мышц шеи между сердцем и мозгом является причиной того, что кровь будет находиться в бездеятельном состоянии достаточно долго для того, чтобы начался процесс разложения во всех органах организма, и пациент умер в результате «смерти» самой крови, наступающей вследствие стагнации, вызванной закупоркой циркуляции крови и нервной жидкости.
611 Я рассказал остеопату историю этих случаев цереброспинального менингита, а также о полученных мною результатах в ранние дни моей исследовательской деятельности с использованием коньяка и виски не для того, чтобы обязать его следовать моему примеру, но потому, что этот факт заставил меня мыслить подобно механику и обнаружить причину смерти. Я думаю, смерть в таких случаях является результатом сокращения мышц, вызванного раздражением, которое, по-моему, начинается в легких после того, как человек вдохнул воздух, отравленный разлагающимися веществами, находящимися недалеко от его дома или по соседству. Как правило, я обнаруживаю именно такое положение дел. Что касается заболевания, поразившего членов моей собственной семьи, я обнаружил в нашем колодце плавающие на поверхности воды кости и перья мертвой курицы, разложившееся мясо которой было впитано водой и выпито членами моей семьи. Только моя дочь, я сам и наш темнокожий слуга пили крепкий кофе три раза в день, в то время как четверо детей, умерших впоследствии, совсем его не пили. Я думаю, кофе нейтрализует воздействие ядовитых гниющих веществ, находящихся в воде, и делает это воздействие безопасным, так как ни дочь, ни слуга и ни я сам не были поражены болезнью.