Литмир - Электронная Библиотека

– Поясни, – коротко бросил глава государства.

– На неизвестного священника «наезжает» спецслужба. Для чего? Нам говорят – для устрашения. И приводят кучу, в общем-то, правильных доводов. Психофизиологический анализ разговора показывает, что ключевая фраза, то есть утверждение, что да, именно из-за того и того мы «наехали» на бедного попика, абсолютная ложь. Спрашивается, какой есть еще мотив? Личный? Ну, это для господина Пустовойтенко несерьезно. Целая группа захвата «Кобра» и беззащитный попик. Да еще у многих на виду. Анализируя ход операции, время ее проведения и «несчастье» с одним из «посетителей» церкви можно сделать вывод, что, наоборот, операция планировалась для популяризации личности священника, героизации его облика. Идет против власти! Защищая его, простые люди рисковали жизнью и свободой. Если я прав, то в скором времени, может даже сегодня, в украинских газетах мы найдем материал по этой «секретной» операции. С соответствующей трактовкой.

– А этот священник настоящий? Может он тоже, как тот супермен, оказавший сопротивление спецназовцам, работник спецслужб?

– Нет, священник самый настоящий. Весьма любопытная личность. В следующем файле его биография.

Орлов открыл следующий файл и быстро заскользил глазами по тексту:

– Действительно любопытная личность. Выпускник Одесской духовной семинарии. Как весьма одаренная личность получил должность секретаря в аппарате митрополита Киевского Филимона. Через два года, во время пасхи прикрепил к дверям Софиевского храма памфлет с двадцатью вопросами к служителям Церкви. Привлечен к церковному суду. Там он каяться решительно отказался. Вместо покаяния вызвал на диспут самого Филимона. За это был отлучен от церкви. Ушел из Киева. В районе города Славутич своими руками построил скит и стал проповедовать. Через пять лет уже силами прихожан построил церковь. Год назад основал у себя медицинскую лабораторию, где всем желающим удаляют из мозга чип сбора информации. Основной тезис его проповедей – бессмертие дается лишь Богом. Вторая жизнь, которую получают в результате научно-технического прогресса – это аморально по отношению к Богу и к остальным людям. И получившие ее ответят на Страшном Суде.

– По-моему в личности этого отца Сергия и есть объяснение действий Киева, – вновь заговорил Кедрин.

– Я уже тоже начал догадываться. При помощи этого священника Грушенко хочет упорядочить, усилить и возглавить движение по добровольному извлечению чипов из мозга людей.

– Именно так, господин Президент. Хотим мы этого или нет, общество постепенно стало раскалываться на два лагеря. Мир простых смертных и мир бессмертных. И между ними возникает противоречие посильнее, чем противоречие между богатыми и бедными. И богатый, и бедный проживали одну жизнь. И любой бедняк мог утешить себя мыслью, что его богатый сосед на тот свет богатство не унесет, что перед смертью все равны. Плюс религия проводила определенное анестезирующее воздействие, внушая, что Рай – награда за праведность в земной жизни. И об ушке.

– О каком ушке? – Орлов вскинул удивленный взгляд на Кедрина.

– Об игольном, господин Президент, – невозмутимо ответил тот, – через которое легче протащить верблюда, чем богачу попасть в рай. Но с техническим прогрессом ослабевает вера в Бога, а благосостояние растет. И для большинства населения, я имею в виду европейцев и североамериканцев, рай в принципе уже наступил. Вот только этот рай не вечен. Он заканчивается в момент смерти. Но появляются люди, для которых этот рай становится в принципе вечным. Как вы думаете, как к ним относятся остальные? – Кедрин вопросительно посмотрел на Президента, и затем сам ответил, – пока со скрытым недовольством. Я подчеркиваю – пока. Тем более нет стабилизирующего фактора среднего класса. Сейчас в мире, как в неустойчивом сообществе – кучка бессмертных и оставшееся большинство смертных.

– Тебя послушать, так действия Грушенко единственно правильные. Обратить недовольство подавляющего большинства в мирное русло. Законно добиться власти и декретом запретить вторую жизнь.

– Может и не единственно правильные, но в определенной логике ему не откажешь. Если он выступит как лидер движения за одну жизнь, да еще и публично откажется от чипа сбора информации, то он может стать президентом Руси. Учитывая, что его должность практически гарантирует ему вторую жизнь, то отказ от неё – самого ценного, что есть у человека, это поступок, который оценят многие.

– Что ты предлагаешь? – после долгой паузы спросил Президент.

– Я, честно говоря, вижу два выхода. Даже три. Первый – самому попытаться возглавить это движение, – и твердо взглянув Президенту в глаза, добавил, – со всеми вытекающими отсюда последствиями, включая отказ от бессмертия. Второй путь – оставить всё, как есть. Сейчас трудно прогнозировать. Может, движение «за одну жизнь» и не станет таким популярным. А самим тоже подумать о каком-нибудь привлекательном лозунге.

– А какой же третий?

– Если выводы академика Хохлова верны и наша экспедиция в гиперпространство закончится успешно…

– Под словом успешно ты подразумеваешь контакт с Высшим Разумом? – переспросил Орлов.

– Под словом успешно я подразумеваю контакт с Богом. И вы будете Президентом страны, осуществившей столь эпохальное событие. Скажу больше. Вернувшийся оттуда наш соотечественник вполне может оказаться настоящим Мессией. И вам только останется, скажем так, прислушиваться к его словам. А точнее, к словам Бога. Против этого вашим политическим оппонентам будет трудно что-либо противопоставить.

– Не забывай, что проект «Пора» еще не утвержден Советом Президентов.

– Я думаю, они утвердят.

– Почему такая уверенность?

– А вы, господин Президент, скажете им, что, как Президент России, заявляете, что Россия и сама может потянуть этот проект. Но тогда, в случае удачи, все дивиденды вы будете распределять лично, без всякого Президентского Совета. А еще скажете, что после полета стенограмма этого Президентского Совета будет опубликована. Как потерявшая всякую секретность.

– Хитер, – Президент улыбнулся.

– Не без этого!

– А если всё закончится неудачей? – как бы в шутку, продолжая улыбаться, спросил Орлов.

Кедрин на секунду задумался:

– Что ж, тогда у вас еще остается целых два выхода, – наконец сказал он.

– Мессия для Руси – это было бы неплохо, – после паузы задумчиво произнес Президент.

– Неплохо. Хотя евреи, как известно, своего Мессию распяли руками римских легионеров.

– Мы будем умнее!

– Сильно сказано!

– Ну, а как идут дела по подбору кандидатов в Мессию? – по тону вопроса Директор Службы безопасности понял, что третьему предложенному им варианту Президент явно отдает предпочтение.

Глава 4. Кандидаты на Мессию.

И Мессии с нетерпением ждут своего прихода.

Станислав Ежи Лец

Луна. Море Дождей. База «Восток» Объединенной Руси. 30 апреля 2190 года. Пятница. 15.15 по СЕВ.

Приглушенный звук сирены проник во все уголки лунной базы «Восток». Звук был спокойный. Не тот, который оглушающим, леденящим душу ударом врывается в уши, и кажется, что не динамики громкой связи орут: «Внимание! Разгерметизация базы! Внимание! Разгерметизация базы!», а буквально каждая клеточка твоего тела, сразу ставшего таким беззащитным, вопит об этом. Нет, звук был привычный, деловой – на базе открылись наружные двери главной шлюзовой камеры. Полчаса тому назад на космодроме приземлился корабль с Земли. И вот уже пассажиры и экипаж с этого корабля на вездеходе въезжают на базу.

Факс, пришедший позавчера Богомазову из Центра управления космическими базами, был предельно лаконичен:

«30 апреля в 14.45 по СЕВ к вам прибывает «Гермес – 8». На борту – два члена экипажа и два дублера корабля «Прорыв». Обеспечьте размещение и проживание. Цели и задачи их пребывания на базе у старшего группы майора Военно-космического флота Олега Анатольевича Титрова. Подпись: Начальник Центра управления космическими базами генерал-майор С.А. Скворцов».

21
{"b":"27443","o":1}