Литмир - Электронная Библиотека

Катрин Панколь

Мучачас. Гортензия в маленьком черном платье

Посвящается Патриции Коннелли…

Katherine Pancol

Muchachas 2

Печатается с разрешения издательства Albin Michel и литературного агентства Anastasia Lester

© Éditions Albin Michel – Paris, 2014

© Брагинская Е., перевод, 2015

© ООО «Издательство АСТ», 2015

* * *

– Happy monday![1] – провозгласила Хизер, бросая сумку на стул.

– Happy monday! – проворчали в ответ три подружки, сидящие за столиком в кафе «Вианд», что на Мэдисон-авеню, перед откупоренной бутылкой шардоне.

Джессика, Астрид и Рози подняли головы к Хизер, которая бесцеремонно подтянула двумя руками колготки за пояс и уселась на свободное место. Был понедельник, а каждый вечер понедельника в семь часов они встречались в кафе. Учредила эти собрания Хизер, которая объявила, что мир – это джунгли, сила – в единстве, лишь так можно выжить в джунглях. Hasta siempre, Comandante!

Хизер была ирландкой. Она намеревалась поехать в Чили. Училась раскатывать «р» и раскачивать бедрами, но была слишком зажата и полновата для таких упражнений. Она работала в «Эй-Оу-Эл» директором рекламного отдела, получала проценты и каждый месяц огребала немалые бонусы.

– Что-то не так, девчонки? – поинтересовалась она, взбивая рукой жидкие светлые волосы. – Вы похожи на клан мафиозных вдов, вернувшихся с погребения!

– Чтобы быть вдовой, нужно хотя бы парня иметь, – вздохнула Рози. – Два года пост держу! Уже, верно, вновь плева отросла, пора выставлять свою девственность на eBay.

Рози из всех самая старшая. В свои тридцать пять она уже потеряла надежду сделать карьеру и работала в фирме «Гэп», ежечасно надеясь, что не уволят. Она два раза сходила замуж, одна воспитывала двух дочерей и стала от этого нервной занудой. Кроме того, она не умела никому отказать. «В этом моя проблема, все меня используют», – переживала она. А так это была милая блондинка с красивым, несколько увядшим личиком, на котором угнездилось выражение грусти и уныния. Она смиренно наблюдала за крахом всей своей жизни и записывала адреса, по которым делают лифтинг в кредит.

– Я легла в три часа утра, – зевнула Джессика.

– А я ложусь так поздно и встаю так рано, что сама себя встречаю в коридоре! – фыркнула Хизер. – Столько всего нужно сделать перед выходом! А ты встретилась с Дэвидом вчера вечером?

– Мы ходили в бар на крыше отеля «Гансвурт». Он как с цепи сорвался.

Дэвид и Джессика. Они познакомились в Принстонском университете. Два ярких, элегантных, очаровательных и бесшабашных персонажа. К двадцати восьми годам Дэвид уже стал алкоголиком и у него начались проблемы с потенцией. Джессика курила косяк за косяком, чтобы не замечать, как их брак трещит по всем швам.

– Будешь колу или виски с колой?

Астрид грациозна и женственна, просто негритянская Брижит Бардо. Газель, ускакавшая из гарема султана. Стройные ноги, тонкая талия, полные, чувственные губы. Ее длинные волосы, которые она каждое утро старательно выпрямляла специальными щипцами, собраны в высокий замысловатый пучок. Широкая черная лента стягивает обрезанную по самые брови челку, чудесные ямочки на щеках придают Астрид игривый и радостный вид. Облик трепещущей лани скрывает железную хватку – она неистово рвется вверх по карьерной лестнице. Ее единственная слабость: ей нравятся плохие мальчики. От «правильных» парней ее клонит в сон. «С хорошим парнем в сексе не хватает драйва, не развернешься на полную катушку», – оправдывается она.

– Собираюсь сдать свою квартиру на полгода, вы мне не посоветуете кого-то, кому это было бы интересно? – спросила Хизер.

– Ты что, правда собираешься жить в Чили? – спросила Джессика, которая не могла представить себе, что можно жить где-то, кроме Нью-Йорка.

– Эта страна – настоящее золотое дно. Сажаешь в землю шуруп, из него вырастает завод! Я могу продавать сосиски, шланги для полива, осветительные приборы, майки или фарфор. Буквально что угодно. Мне тридцать два года. Я даю себе полгода, чтобы подняться. Сейчас 26 марта, если 26 сентября я не получу свой первый чек на большую сумму, вернусь в Нью-Йорк.

– Ты бросаешь свою нынешнюю работу? Да ты рехнулась! – воскликнула Рози.

– Кто не рискует, тот не выигрывает! Итак… – продолжила Хизер, возвращаясь к вопросу квартиры, – спальня, гостиная, внизу привратник, бассейн во внутреннем дворике, гимнастический зал, беговая дорожка на крыше, метро прямо под домом, в двух шагах от Уолл-стрит, четыре тысячи четыреста долларов в месяц.

– Не фига себе, – прокомментировала Рози, которая вечно считала копейки.

– Я могла бы опустить цену до четырех тысяч, если это будет кто-то из ваших хороших друзей…

– Смени тему, а не то я тебе глаза выцарапаю, – пригрозила Рози.

– Ладно, ладно, – вздохнула Хизер. – А Гортензия не придет?

– Ну ты же ее знаешь, ей надо заставить себя подождать, чтобы как следует обставить свое появление.

– Она такая классная! – сказала Хизер, инстинктивно выпрямляя спину.

«Круглая спина не украшает девушку», – заметила как-то Гортензия, посмотрев на нее.

– Все в этой девушке хорошо, – подхватила Рози, – и кожа, и глаза, и волосы, и зубы, и мозги… Думаешь, они все там во Франции такие?

– У нее даже парень супер! – вздохнула Джессика.

– Успокойся уже, старушка! – ответила ей Хизер. – В жизни еще полно вещей, помимо секса. Я, вообще, считаю, что ему придают незаслуженно большое значение. Хотите знать мое мнение на этот счет?

– Нет, – хором ответили ее подруги.

Стоило считаться с мнением Хизер в стратегических, финансовых и профессиональных вопросах, но не в вопросах отношений с парнями. В парнях она совершенно не разбиралась. Можно было даже сказать, была глупа до святости. Знакомилась с парнями в Интернете, потом на свидании сама оплачивала счет, а последний раз даже отвезла ухажера домой на такси после того, как его вырвало бесчисленными «Кровавыми Мэри» прямо ей на джинсы.

– О, Гэри… Я бы съела кусочек, это точно, – мечтательно протянула Джессика, вспомнив Дэвида, который каждый вечер погружался в алкогольный дурман, а потом загружался без чувств в постель.

– И думать забудь, он от нее без ума, – сказала Астрид, мотнув большими золотыми кольцами, которые спускались на воротник куртки из искусственного меха.

– Это модель из будущей коллекции «Джей Крю»? – спросила Рози, щупая ее курточку.

«Джей Крю» – этот бренд последнее время поднимался и поднимался, тесня самые прославленные модные марки. Триста бутиков, неповторимый стиль, все за ним гоняются. Креативный директор, Дженна Лайонс, преобразила пристойно-классический стиль торгового дома в остромодный дизайн. У нее одевалась Мишель Обама. Анна Винтур утверждала, что ни одна женщина, которая одевается у «Джей Крю», не может выглядеть некрасивой. Работать там было почетно – просто орден на автобиографии.

– Да нет же! Ты что, не помнишь? Это та модель, которую нарисовала Гортензия. Прототип. Я ее обожаю, таскаю не снимая.

– Гортензия действительно талантлива до жути! – заметила Джессика. – Мне очень нравилось с ней работать. У нее каждую минуту новая идея…

Девушки познакомились, когда работали в «Гэпе». Их офисы были на одном этаже. Они собирались в обеденное время, с двенадцати пятнадцати до двенадцати сорока пяти, в забегаловке на углу, чтобы попить кофе, съесть сэндвич. Хизер и Рози трудились в отделе рекламы, Астрид – в коммерческом отделе, Джессика и Гортензия были стилистами. В обычное время они пикировались и ехидно поддевали друг друга, но всегда объединялись перед лицом внешней опасности. Гортензия легкими движениями карандаша набрасывала модели, которые Джессика потом разрабатывала и воплощала в жизнь. «В тот день, когда я нарисую свою первую собственную коллекцию, я обязательно возьму тебя начальницей швейного цеха, – обещала Гортензия. – Ты даже можешь выступить в качестве модели. Твою бабулю случайно не Лорен Бэколл зовут?»

вернуться

1

С понедельником! (англ.) (Здесь и далее цифрами обозначены примеч. пер.)

1
{"b":"272217","o":1}