Я не могла отвлечься от воспоминаний, сидя на мягком матрасе в тихой комнате Стикса. На матрасе, который пах им. Я была так молода, когда была вынуждена обслуживать мужчин, и я ненавидела всё это каждую минуту. То, что Стикс только что дал мне — это было нечто, чего я никогда не чувствовала ранее. Это был огонь, пылающий огонь в нижней части моего позвоночника. Это было давление, которое не описать словами. А потом огонь превратился в неистовое пламя, и я не могла его контролировать.

Я вцепилась в спинку кровати, пытаясь избежать этих эмоций, но в то же время, желая, чтобы восхитительное чувство стало еще интенсивней. И затем он коснулся меня... там... и я взорвалась. Я распалась на крошечные частички, моя душа озарилась светом — так много, но недостаточно. Я пристрастилась мгновенно.

Жаждущая, молящая о продолжении, я сильнее вжалась в Стикса. Пророк Давид так ошибался — это так хорошо, это не может быть грехом. Женщины тоже должны получать удовольствие.

И вот тогда все закончилось. Стикс пожалел, что прикоснулся ко мне. Он в ужасе отпрянул, как только увидел мои шрамы — неразрывную, постоянную связь с моим прошлым. Он так быстро оставил меня, в одиночестве, голую в своей большой и холодной постели.

Он оставил меня.

Оставил меня здесь, смущенную, разгоряченную, тоскующую... желающую его.

Нет, я не буду лить слезы, рвущиеся наружу. Его отказ не уничтожит меня. Я не могу, не поддамся, больше мужчина не сломит мой дух. Даже если Стикс тот самый человек, который может вызвать во мне такое острое чувство… безнадежности.

Вернув себе самообладание, я слезла с кровати, поморщившись, когда мои ноги коснулись холодного деревянного пола. Я пошла в уборную, включила горячий душ и позволила потокам жесткой воды обрушиться на мою кожу.

С момента моего прибытия, Стикс видел меня слабой, нуждающейся в постоянной защите. Он не имел ни малейшего представления о моей прежней жизни, о крепости моего духа или череде ужасов, которую мне приходилось ежедневно терпеть. Я выжила. Шрамы, которые показались ему отвратительными, они — свидетельство моей силы. Я не стану, не буду стыдиться того, что было мне навязано другими.

Бог мне свидетель, я была ребенком!

Что беспокоило меня больше всего, так это то, что я знала, Стикс был для меня тем самым хорошим местом. Я знала, его холодность и внезапный уход — вызваны гневом. Его речь, вечная неполноценность, не дала словам, которые он так хотел мне сказать, сорваться с его губ — это его бремя. Без сомнений, он будет в баре, заливая свое горе янтарной жидкостью, которую, как я видела, он много пьет. Я решила пойти к нему, чтобы показать ему, что все хорошо, и сказать, что мне понравилось то, что мы сделали вместе... и я все еще хочу большего, если он тоже хочет.

Я вытерлась и прошлась гребнем Стикса по своим длинным волосам, избавляясь от узлов, закрутившихся на затылке. Немногим ранее Стикс принес дорожную сумку из комнаты Райдера, и я открыла молнию, вытаскивая пару черных брюк и майку, украшенную в центре фирменным рисунком Палачей.

Одевшись, я взяла кожаную безрукавку Стикса — нет, жилет — и вдохнула знакомый запах табака и кожи — запах Стикса. По моей коже побежали мурашки, в голове стало покалывать. Незнакомое ощущение и напугало меня, и развеселило, и я почувствовала уже знакомое ощущение между ног. Вздохнув, я накинула большую, теплую порезанную кожу на плечи и пошла к двери, ведущей в коридор.

Как только я вышла из комнаты, пронзительный стон и низкое рычание захватили мое внимание. Звук шел из темноты в конце длинного коридора. Звуки точно обозначали происходящее, именно этим я и занималась не так давно.

Не желая вторгаться, я повернулась к входной двери на противоположном конце длинного коридора и остановилась как вкопанная, когда услышала...

— Стикс!

Ледяные мурашки побежали по спине, когда прекрасно узнаваемые звуки мощного сексуального удовольствия поплыли в мою сторону. Стикс был с другой женщиной? Он прямо от меня просто пошел к кому-то еще? После всего, что произошло между нами...

Мои ноги налились свинцом, пока я переместилась в укромный уголок, звуки тяжелого дыхания и скулящих стонов с каждым шагом становились все отчетливее. Набравшись мужества и опасаясь худшего, я быстренько заглянула в закуток и мгновенно пожалела, что не отвернулась и не оставила его там делать это.

Мое сердце пропустило удар, когда я увидела, что он с весьма своеобразной женщиной с розовыми волосами. Было ясно, что она делает, стоя на коленях, уткнувшись в его самую интимную часть, а он прислонился к стене, закрыл глаза, все черты лица напряжены.

Я не смогла сдержаться. Независимо от того, как сильно я старалась, крик вырвался из моего горла. Я прикрыла рукой рот, но не могла сдержать рыдания. Чувствовала себя совершенно опустошенной из-за того, что он делал здесь, прямо передо мной. Чувствовала, что кричу от разочарования и гнева. Все доказательства налицо, а я не хотела верить, что и Стикс такой же, но: все мужчины одинаковы. Они берут то, что хотят, когда хотят... и от того, от кого они этого хотят.

Стикс покинул меня и отправился прямо к ней, чтобы «решить» свою проблему, а еще и часа не прошло, как он вышел из комнаты. Значит, в его глазах я испорченная, потерянная в этом мире, этот факт и мне хорошо известен. По его мнению, я не достойна даже того, чтобы доставить ему удовольствие.

Стикс резко остановился, взял ее руками за запястья, и его ошеломленный взгляд метнулся в мою сторону. Его красивое суровое лицо исказилось в панике, и мне заложило уши. Я ничего не могла услышать, просто белый шум. Я ничего не могла сделать, только стоять и смотреть в его карие глаза, те глаза, которые всегда смотрели на меня с восторгом, и вот прямо сейчас они уставились на предательство, разворачивающееся передо мной. Я действительно верила, что Стикс другой... Я была сыта по горло тем, что постоянно ошибалась.

Я чувствовала, словно стою там целую вечность, и дернулась, когда чья-то рука легла мне на плечо. Это вывело меня из ступора. Красотка прижала меня к себе, глядя на Стикса и эту женщину, которая все еще была на коленях. Женщина, упираясь коленями в пол, злорадствовала. Она что-то сказала мне, но я не могла услышать, не в моем шоковом состоянии. Летти, которая стояла позади Красотки, расслышала сказанное. Когда моя красивая белокурая защитница потянула меня прочь, большая тяжелая женщина угрожающе надвинулась на девицу с розовыми волосами.

Ускоряя шаг, Красотка и я прошли несколько коридоров и поднялись по лестнице, но не раньше, чем она сдернула с меня жилет Стикса и с отвращением, бросила его на пол.

— Куда мы идем? — в конце концов, спросила я. Только теперь, когда мы были вне пределов слышимости, мои чувства вернулись, и мысли прояснились, что было совершенно нежелательно. Они нанесли мне сокрушительный вред.

— Мне нужно проверить Райдера. Тэнк еще в дороге. Он послал мне сообщение, и попросил проверить все ли нормально с Райдером. Я не собираюсь отправить тебя обратно в комнату Стикса. Он должен немного помучиться за то, что сделал там. Может это заставит его проявить хоть какие-то гребаные чувства. Глупый пьяный осел!

Я медленно сглотнула, ожидая худшего; а потом медленно, в полном сознании спросила:

— Стикс… он… соединился… с ней?

Светлые брови Красотки изогнулись.

— Соединился?

— Да. Стикс и эта женщина совершили половой акт?

Ее сапфировые глаза расширились, затем она расслабилась.

— Нет, дорогая. Сомневаюсь, что он даже коснулся ее. Она просто ищет, куда приткнуть свою одинокую задницу. Всё, на что она годится, так это гребаная работа ртом.

Я почувствовала, что мои плечи расслабились, сдерживаемая напряженность иссякла. Я испустила вздох облегчения. Красотка дернула меня за руку.

— Эй, это не снимает козла с крючка. Он вообще не должен был находиться рядом с той шлюхой. Бог его знает, почему он это сделал, когда у него есть ты! Он напился до зеленых гарпий, слишком зол сегодня, скорбит о Лоис. После всего, могу сказать, что он и, правда, обеспокоен состоянием дел в клубе. Тем не менее, это не оправдывает то дерьмо, которое произошло, — сказала она, ткнув большим пальцем в сторону их свиданки.