‑ Устроит, ‑ Харт не колебался с ответом. ‑ Но тебе придется ещё раз повторить это, убрав свою защиту. Думаю, ты понимаешь о чём я.
Эки кивнул… и опустил на несколько секунд все свои "щиты". Его эмофон распустился перед Серым разноцветным сияющим цветком.
‑ Всё, что я сказал тебе ‑ правда. И именно так я намерен поступить… если ты отдашь мне Антри и Вирэль.
‑ Что ж, договорились. Когда ты выполнишь свои обязательства, я выполню свои.
"Цветок" полыхнул удовлетворением, а потом снова "свернулся" в защитный "бутон".
‑ Ты уж извини, сарбах… но лучше бы и тебе повторить своё обещание. Чтобы я тоже был уверен на твой счёт.
‑ Справедливо, ‑ усмехнулся Серый. И впервые приоткрыл перед этим мальчишкой, волей случая бывшим ему и собратом, и злейшим врагом, свою душу…
‑ Что скажешь?
‑ Да, ‑ ответил Эки, ‑ я тебе поверю.
Хальгир вошел в дом и дверь за ним закрылась. А Харт ещё постоял немного в тишине, полюбовался на темную гряду в багряном ореоле закатившейся за неё Мирры.
Антри и Вирэль остались в Нерме вместе с половиной его эндра‑ши. Он не повёз их наверх ‑ слишком многое было поставлено на карту, чтобы рисковать. И говорить этим двоим что происходит, он тоже не велел. Девушка при их последней встрече смотрела так странно и пристально… Но ничего не спросила. И вряд ли догадывалась о реальном положении дел.
Отбросив сомнения, Харт пересёк улицу и вошёл в дом напротив.
* * *
‑ Мальчишке можно верить?
‑ Во всяком случае, он не врал, давая обещание; говорил искренне. Фальшь я бы почувствовал.
Бьер‑Рик сделал глоток медленно и вдумчиво, смакуя напиток.
‑ Хорошо. Значит, мой беспокойный племянник получит свободу, а я ‑ вечные сомнения, что он будет держать своё слово. Интересный получается обмен, не так ли?
‑ Если ты сомневаешься, кто мешает тебе поступить иначе?
‑ Сомневаюсь… Хм… Сомневаюсь ли я? ‑ короткий смешок прозвучал в тишине комнаты неожиданно громко и Бьер‑Рик поморщился, словно собственная реакция его неприятно удивла.
‑ Нет, я не сомневаюсь, ‑ он покачал головой. ‑ Этот паренёк вовсе не наивен, мы из него всю наивность за год повытряхнули. И всё же Эки пришел к нам. Не просить пощады и не мстить. Мы сейчас оба пытаемся сделать одно ‑ сохранить Долину. Но при этом цели у нас разные. Мне Долина нужна, чтобы править ею, а ему просто хочется её спасти. И ведь племянничек понимает это не хуже меня, однако… Сколь причудливо всё переплетено, не находишь?
‑ Обычная жизнь, ‑ осторожно заметил Харт. ‑ Вчерашние союзники становятся врагами, а вчерашний враг ‑ союзником. Завтра мы вместе покончим с первыми и между нами снова не останется ничего, кроме вражды.
‑ Циник.
‑ Не более, чем ты.
Бьер‑Рик рассмеялся.
‑ Клянусь, Серый, мне тебя не хватает, когда ты пропадаешь надолго! Простые разговоры с тобой бодрят лучше, чем бьяни! Любопытно, счастлив ли Эки иметь такого врага как ты, а? Ручаюсь, ему тебя хочется убить не меньше, чем меня. И наверняка больше, чем Мар‑Ратша.
‑ Очень может быть, ‑ Харт сделал вид, что ему всё равно. ‑ Кажется, сейчас мальчика больше волнует как продвигается наш общий план. Он беспокоится и даже не пытается это скрывать.
‑ Как видно, безделие его угнетает. Впрочем, неудивительно, мне от безделия тоже не по себе. Ожидание всегда тяжелее боя. А тут ещё эти Врата… ты чувствуешь их, Харт?
‑ Некоторым образом, ‑ уклончиво ответил Серый.
‑ А я даже лампу боюсь зажигать при помощи Дара, ‑ пожаловался Бьер‑Рик. ‑ Попробовал тут немного подогреть травяной отвар для умывания… Вся комната была в лужах и осколках кувшина.
‑ Смогут ли издары справиться с такой стихийной мощью?
‑ Вместе ‑ смогут. И хватит уже о делах, лучше выпей немного… А впрочем, как хочешь. Пить с тобой скучно, Харт, ты никогда не вливаешь в себя столько, чтобы захмелеть по‑настоящему. И какое, спрашивается, удовольствие пить, не пьянея? Утолять жажду можно и обычной водой, а не этой вот чудесной влагой. Которая, между прочим, стоит много дороже любой воды… Так ты выпьешь со мной или нет?
Харт, против обычного, отказываться не стал и потянулся за чашей. Бьер‑Рик изрядно отпил, немного подержал кисло‑сладкий, чуть терпковатый напиток во рту и с видимым удовольствием проглотил.
‑ Мне почему‑то кажется, что не один Эки‑Ра испытывает беспокойство в Джарбе, ‑ заметил он, опуская полупустую чашу. ‑ Ты тоже выглядишь непривычно озабоченным.
‑ Что же в этом удивительного? ‑ Харт невольно насторожился.
‑ Ох, не виляй, сарбах. Не прикидывайся, будто не понял о чём я толкую. Ты ‑ мастер скрывать свои чувства, но всё равно видно, что тебя изнутри ест какой‑то червяк.
Маленькими глотками Серый цедил бьяни. Не столько пил, сколько попросту тянул с ответом.
‑ Слишком всё удачно идет, ‑ решился он сказать. ‑ Слишком гладко и легко. Слишком…
‑ Ты прав, ‑ просто согласился Бьер‑Рик, ‑ всё это ‑ слишком. Мы не знаем способа, которым Геверх связывался со своими хозяевами. Не знаем как часто он это делал. Не знаем что они могли сделать, чтобы проверить куда пропал второй их посланник… Но ведь может же такое быть, что нам и впрямь повезло?
Хорл вздохнул, отставляя чашу в сторону.
‑ Что нам остается делать, если мы ничего не знаем и нет способов, чтобы это узнать?
‑ Готовиться к худшему, но надеяться на лучшее.
‑ Отлично сказано! ‑ воскликнул Бьер‑Рик и расхохотался, словно услышал нечто исключительно забавное. Он даже назад откинулся в приступе веселья и на его ладони что‑то блеснуло… Разглядев предмет в руке правителя Арка, Харт напрягся.
‑ Я думал, ты избавился от этой штуки.
‑ Избавился? ‑ Бьер‑Рик недоуменно нахмурился, потом сообразил: ‑ Ах, ты об этом!
Шарик в его пальцах слабо светился, переливался искристой радугой. Странная игрушка, подарок еще того, первого Геверха.
‑ Не хочу избавляться, пока не узнаю в чём его суть, ‑ улыбнулся хорл, разглядывая бликующий хрусталь. ‑ А если всей сути тут ‑ простая забава для глаз, так и подавно избавляться нет смысла.
‑ Помнится, прежде ты особой любви к этой безделице не испытывал, ‑ осторожно заметил Серый. ‑ С чего бы вдруг такие перемены?
‑ Хм… привык, видать. Эдак посидишь, посмотришь недолго… Веришь ли, успокаивает. Приводит мысли в порядок. Что тебя беспокоит?
‑ С некоторых пор меня настораживает всё, что связано с Древними. А ты ведь сам говорил, что непростая это вещица.
‑ Верно, так я и говорил, ‑ Бьер‑Рик вдруг сжал кулак и с досадой скривил губы. ‑ Предоставь уж мне самому это дело, сарбах. Я, как‑никак, издар. И знаю, что делаю. Лучше продолжай присматривать за хальгиром, мне неожиданности ни к чему.
* * *
Харт всё понял правильно, раскланялся и ушел. Когда правитель не в духе, даже Серый предпочитает не утомлять его своим видом. Бьер‑Рик мрачно усмехнулся и залпом выпил очередную порцию бьяни. Легче от выпивки не становилось, хмель хорла сегодня не брал, робко отступая перед грозовой тучей в душе фэйюра.
Туча эта с приходом эндра‑ши развеялась было ненадолго, но теперь сгустилась вновь, грохоча и сверкая гневными молниями. Как никогда захотелось что‑нибудь расколотить. Вдребезги. Желательно, что‑нибудь красивое и дорогое, чтобы почувствовать себя обычным самодуром, успокоиться и снова начать мыслить здраво. Да‑да, именно красивое и дорогое… Шарик слегка оттягивал руку, просясь в полёт, подмигивал множеством разноцветных глазок: "Давай, брось меня! С размаху ‑ и об стену, как давно уже хотел! Чтоб брызги и искры ‑ по всей комнате!"
Бьер‑Рик вдруг понял, что стоит. Видать, вскочил в сердцах и даже не заметил, потерял на миг контроль, забылся, позволил ярости затуманить рассудок… Сел он так медленно, словно боялся резким движением сломать собственные кости. Вдохнул. Выдохнул. Стало легче. И чего он, собственно, так злится? Ну, та же тревога, опасение за успех дела, даже обычный страх перед Древними ‑ это всё понятно и закономерно. Но откуда злость? Откуда этот гнев, подтачивающий изнутри с того самого дня, как они выехали из Нерма… или ещё дольше? Или гнев следовал за ним от самых ворот Вирт‑Хорл?