Вовремя — мой маневр как раз повторял хелльский Владыка: Его Величество с пронзительным и чрезвычайно нецензурным воплем вылетел из трубы; изо всех сил костеря непонятно кого, преодолел расстояние до пола — но замер, как и я, в десятке сантиметров от него, и через мгновение все-таки плюхнулся вниз, не успев перегруппироваться и защитить от удара лицо.
Диллиан встал с видом обиженного на всю жизнь ребенка, потер пострадавшую щеку, чуть поморщился, когда пальцы наткнулись на щетину; и сияюще улыбнулся тилру, который уже успел куда-то сбагрить свою крабовидную махину.
— Ну-с, где сегодня заседает ваш король?
— В Тронном зале, как и полагается венценосной особе, — как само собой разумеющееся ответил тилр.
— Хорошо, — смиренно согласился Диллиан. — А где сегодня Тронный зал?
Тилр дернул левым ухом и пискляво хихикнул, а потом просто развернулся и потопал куда-то вперед.
Не дожидаясь указаний Диллиана, а отправилась за ним, только тогда догадавшись оглядеться.
Подземная комната в форме полусферы освещалась несколькими золотисто-желтыми шарами, плававшими прямо в воздухе; стены выложены из бревен — только вот вид у них был такой, будто стволы деревьев сами, как по заказу, проросли именно по окружности, с точностью до миллиметра меняя диаметр, чтобы в щелях не проглядывало ни клочка земли. В дальнем углу, куда направлялся тилр, из гладких досок пола пробился маленький светло-зеленый листик. Остроухий с осуждающим видом посмотрел на него, погрозив пальцем — и крошечное растение вдруг втянулось обратно в дерево. Образовавшийся бугорок медленно расплылся, выравниваясь.
— Тилры умеют подчинять себе деревья, — заметив мою ошарашенную физиономию, пояснил вполголоса Диллиан. — Собственно, на этом и держатся — самая качественная древесина всегда у них.
— Ага… — глупо уставившись в пол, отозвалась я. — И что они еще умеют?
— Практически все то же, что и люди, — пожал плечами Владыка. — Довольно специфическая магия, наподобие той, что управляла полетом по трубе, не менее специфическое чувство юмора. В основном все, что они делают, связано с деревом — строительные материалы, статуэтки, гребни, оправы под зеркала… почти ювелиры, только вот материал для работы довольно необычен.
— Ясно, — мирно кивнула я, уже потихоньку гадая, как мы отсюда выйдем — тилр пер прямо на изящно изгибающуюся стену, в которой ни дверей, ни окон, ни, слава богу, труб не наблюдалось.
Если я и рассчитывала на грандиозное зрелище, как округлые бревна с грохотом раздвигаются, создавая сияющий вход в светлую Тронную залу, то жестоко разочаровалась. Тилр остановился перед самой стеной, словно задумавшись, зачем-то потер кончик уха и просто шагнул вперед.
И исчез, едва коснувшись лбом округлых бревен.
* * *
— Да ни за что!!! — возмущенно вопила я, упираясь ногами в пол. Что бы там ни думал мой спутник по поводу необходимости попасть к королю тилров, идея бодро шагать прямиком в стену и исчезать в ней мне решительно не нравилась.
— Да все нормально будет, — увещевал бывший Владыка Хеллы, усиленно копируя интонации рыночных бабок, уверяющих, что средство от прыщей самое проверенное и надежное. — Тилры всегда именно так между помещениями и ходят! Это всего лишь еще одно ответвлении их магии, позволяющее…
— Сам об стену убивайся, меня не колышет, как их магия ветвится! — рявкнула я и нервно расхохоталась.
Летать на металлической пластине без двигателя и свободно болтать на чужом языке, не затратив на обучение и пары месяцев — Бог с ними! Может, так и бывает… но ходить сквозь стены — я ему призрак или самоубийца?!
— Ты ведь уже просачивалась сквозь материальные объекты, — продолжал уговаривать меня Диллиан, не позволяя и шелохнуться в сторону, противоположную злосчастной стене. — Вспомни гобелен в Тронном зале, ничего же страшного не произошло!
Я замерла в железной, отнюдь не нежной хватке чужого мужчины, на мгновение перестав упираться — отдающий легкой прохладой заснеженных горных пиков женский голос в моей голове вдруг отчетливо произнес: «Да хватит ему перечить, идиотка!». Прекращать спорить я, понятное дело, не собиралась, тем более из-за ревнивых требований виновницы всех моих бед, но — именно того несчастного мига, когда я застыла столбом, выслушивая первые приступы своей свежеиспеченной шизофрении, Владыке хватило, чтобы в надцатый раз бесцеремонно толкнуть меня вперед.
Уже понимая, что остановиться не получится и я сейчас впишусь лбом в это округлое деревянное великолепие, которому не рослось привольно на поверхности, я честно выкрикнула Его Величеству, что о нем думаю.
Не открывая рта и в то же время будучи твердо уверена, что Диллиан все отлично слышит.
Удивительное ощущение — словно летишь ввысь, сквозь переливающиеся всеми цветами радуги мыльные пузырьки, которые отчего-то не лопаются, соприкасаясь с кожей, а ластятся мягкими округлыми боками, будто кошки; и еще более забавно — внезапное осознание, что ими можно управлять: если попросить их сомкнуться за моей спиной, то никто уже не сможет пройти следом…
А потом я все-таки вывалилась с другой стороны стены. Чужой голос в голове устало умолк, мыльные пузырьки исчезли; нецензурную трехэтажную фразу, начатую молча еще в «прихожей», я заканчивала вслух, уже обернувшись к только что материализовавшемуся передо мной Владыке, который отчего-то выглядел несколько более ошарашенным, чем следовало бы. Что, на него никогда возмущенные женщины не орали? Да ни в жисть не поверю, не с его манерами.
Завершив свою обличительную тираду, из коей следовало, что Его Величеству можно смело вешаться от стыда, я с воинственным видом скрестила руки на груди и выжидательно уставилась на этого самого «чужого мужчину», изрядно попортившего мне кровь. Ну, пойдешь веревку искать или подсобить?!
Вместо того, чтобы усовеститься и хотя бы покраснеть, Владыка Хеллы некультурно показал пальцем на что-то за моей спиной. Я обернулась — и тихо офигела на месте.
Деревья росли отовсюду — мирно шелестящие кроны свисали откуда-то сверху, выглядывали сбоку изо всех стен, и лишь где-то треть привычно росла снизу, едва не задевая макушки своих «потолочных» соседок. В воздухе, осторожно лавируя между ветвей, плавали мерно сияющие шары золотисто-желтого цвета; самое большое их скопление освещало этакий хелльский Стоунхендж — круг огромных серых камней, каждый из которых по какой-то странной прихоти природы здорово напоминал самую обыкновенную новорусскую распальцовку.
— Прибыли, — прокомментировал Диллиан, не обращая внимания на все, сказанное мной минутой раньше. — Это и есть Тронный зал колонии тилров. Кроны всех деревьев, что образовывают стены комнат, выходят сюда.
— Впечатляет, — призналась я, все же любуясь кругом распальцовок, а не листвой. Внушительных размеров монолиты горделиво возвышались над макушками деревьев, растущих снизу, и касались кончиками «ногтей» почти сплошного зеленного массива сверху; летающие светильники бережно раскладывали на по-верхности серого камня тепловато-солнечные блики.
В центре круга, медленно вращаясь вокруг собственной оси, парил деревянный диск, покрытый замысловатыми узорами вьюнков, растущих из него же. В постаменте под ним было выдолблено углубление, заполненное водой; но в ее спокойной поверхности отчего-то отражались лишь вездесущие ветви и листья де-ревьев.
— Его Величество скоро прибудет, — доложил тилр-лесоруб и с достоинством проследовал убиваться об стену повторно. То есть, тьфу ты…
Я тряхнула головой и переглянулась с Диллианом: желудки у нас урчали уже хорошо отработанным хором, а вот вероятность появления короля тилров с парой сумок из ближайшего продуктового магазина, увы, стремилась к нулю.
— Так где, говоришь, у них кладовые? — кровожадно поинтересовалась я.
— Понятия не имею, — покаялся Владыка Хеллы. — Боюсь, об этом знает только сам Эсеро… пойдем к порталу, что ли.
— Порталу?
Вместо ответа Его Величество еще раз невоспитанно указал пальцем — на тот самый деревянный диск над постаментом, у основания которого я только сейчас заметила аккуратные ступеньки. Стоило нам подойти к «Стоунхенджу», как вьюнки вдруг расцвели: буквально за пару секунд появились бутоны — и тотчас же распустились; несколько десятков ярко-алых венчиков отчего-то сразу же отра-зились в воде — парящими в воздухе.