Потом меня поймали те ужасные вампиры. Мне удалось сбежать. Калеб. Если бы не он, они бы точно меня убили. Или что похуже.
Клан Калеба. Его народ. Такие непохожие, но всё-таки вампиры. Подозрительные вампиры, защищающие свою территорию и ревниво оберегающие свои интересы. Они не приняли меня, и не оставили ему выбора.
Но всё-таки он его сделал. Несмотря ни на что, он выбрал меня и снова меня спас. Он рисковал всем ради меня, и я люблю его за это. Люблю больше, чем он может представить.
Я тоже должна ему помочь. Он думает, что я что-то вроде вампирского Мессии. Я-то лично в это не верю. Его народ тоже в это не верит. Но я знаю, что эта вера – единственное, что у него осталось, и она много для него значит. Он рисковал для меня всем, что у него было, и это самое меньшее из того, что я могу для него сделать. Для меня не важен меч. Я просто не хочу, чтобы Калеб покинул меня.
Поэтому я сделаю всё, что в моих силах. Тем более я всегда хотела найти отца. Я хочу узнать, кто он. Кто я. Правда ли, что я наполовину вампир, наполовину человек, или что-то в этом роде. Мне нужны ответы. Как минимум, мне нужно узнать, в кого я превращаюсь.
* * *
«Кейтлин?»
Кейтлин очнулась. Подняв глаза вверх, она увидела стоящего над ней Калеба, его руки заботливо обхватили её плечи. Он улыбнулся.
«Я думаю, ты задремала», – сказал он.
Кейтлин огляделась, увидела раскрытый на коленях дневник и быстро его захлопнула. Её щеки налились румянцем, она надеялась, что он не догадался заглянуть в блокнот. Особенно ей не хотелось, чтобы Калеб узнал об её чувствах к нему.
Кейтлин выпрямилась и потёрла пальцами глаза. На дворе всё также была ночь, огонь ещё не потух, но уже догорал. Должно быть, Калеб тоже только что проснулся. Интересно, как долго она спала.
«Прости, – сказала Кейтлин. – Я несколько дней не спала».
Калеб снова улыбнулся и подошёл к огню. Он подкинул несколько веток. Ветки затрещали и зашипели, окутанные разгорающимся пламенем. Кейтлин почувствовала, как тепло коснулось её ног.
Калеб стоял, уставившись на огонь. Его улыбка медленно таяла в пучине одолевавших его мыслей. Он смотрел на пламя, которое озаряло его лицо теплым сиянием, делая черты еще более привлекательным, если такое вообще было возможно. Пока Кейтлин смотрела на Калеба, его большие светло карие глаза превратились в светло зелёные.
Кейтлин выпрямилась и увидела свой бокал вина. Он был всё также полон. Она сделала глоток, и ей стало теплее. Кейтлин давно ничего не ела, поэтому вино сразу же ударило в голову. Она увидела ещё один пластиковый стакан и вспомнила о хороших манерах.
«Налить тебе вина? – сказала Кейтлин и нервно добавила. – Правда я не знаю, пьёшь ли ты вино…»
Калеб засмеялся.
«Да, вампиры тоже пьют вино», – сказал он с улыбкой. Он подошел, чтобы подержать стакан, пока она наполняла его.
Кейтлин была поражена. Нет, не его словами, а его смехом. Смех Калеба был мягким и каким-то элегантным. Казалось, его смех проник в каждый уголок помещения. И как всё, что касалось Калеба, его смех тоже был полон загадок.
Кейтлин посмотрела ему в глаза, когда он поднёс стакан к губам, в надежде, что он тоже посмотрит на неё.
Он посмотрел.
Оба одновременно отвели взгляд. Сердце Кейтлин забилось быстрее.
Калеб вернулся на своё место, сел на солому, откинулся назад и посмотрел на Кейтлин. Теперь, казалось, он изучал её. Кейтлин стало неловко.
Она неосознанно провела рукой по одежде, досадуя, что на ней не надето что-то более привлекательное. Она лихорадочно пыталась вспомнить, во что же она была одета. По пути сюда, но в каком именно городе она уже не помнила, они сделали остановку, и она пошла купить себе комплект сменной одежды в единственном магазинчике, который смогла найти. Это был магазин Армии Спасения.
Кейтлин с ужасом оглядела свою одежду. В этом наряде она даже не была похожа сама на себя. На ней были выцветшие порванные джинсы, кроссовки на пару размеров больше, чем надо, и свитер поверх футболки. Наряд завершало пальто в стиле милитари. Мало того, что на нём не хватало одной пуговицы, оно, как и другие вещи, было ей слишком велико. Зато пальто было тёплым. А сейчас это было самое главное.
Кейтлин было неловко. Почему ей пришлось предстать перед ним в таком виде? Как же ей не повезло, что впервые в жизни, когда ей действительно понравился парень, у неё совершенно отсутствовала возможность выглядеть красиво. В сарае не было ни ванны, ни раковины, а даже если бы они были, Кейтлин всё равно была не накрашенна. Она смущенно отвела взгляд.
«Я долго спала?» – спросила она.
«Не знаю. Я сам только проснулся, – ответил Калеб, облокотившись на стог сена и проведя рукой по волосам. – Перед закатом я ходил на охоту. Это отняло много сил».
«Расскажи мне…» – проговорила Кейтлин.
Калеб непонимающе посмотрел на неё.
«Расскажи мне об охоте, – добавила Кейтлин. – Как это происходит. Ты… убиваешь людей?»
«Нет, что ты, никогда».
В сарае было тихо, Калеб задумчиво молчал.
«Как и всё, что касается вампиров, суть охоты тоже довольно сложно объяснить, – наконец сказал он. – Всё зависит от того, о каком виде вампира идет речь, и от того, к какому клану ты принадлежишь. В моем случае, я охочусь только на животных, в основном на оленей. Популяция их всё равно слишком велика, так что даже людям разрешено на них охотиться. И они это делают даже не ради того, чтоб прокормиться».
Лицо его напряглось и помрачнело:
«Другие кланы не так благородны. Они охотятся на людей, в основном на всякий сброд».
«Сброд?»
«Да, на бездомных, бродяг, проституток… тех, кого никто не будет искать. Так было всегда. Они не хотят привлекать к себе внимание. Поэтому мы считаем наш клан, наш вид вампиров, чистокровными вампирами, а других – нечистыми. Понимаешь, то, что ты ешь, питает тебя своей энергией».
Кейтлин сидела тихо, задумавшись.
«А кто тогда я?» – сказала она, наконец.
Калеб посмотрел на неё.
«Почему я испытываю жажду через определённые промежутки времени? Это может случиться в какое-нибудь другое время?»
Калеб нахмурился.
«Я не знаю точного ответа на этот вопрос. С тобой всё по-другому. Ты – полукровка, это само по себе редкое явление… Тем более я не знаю, насколько ты уже сформировалась и созрела как вампир. Другие стали вампирами после обращения, а это быстрый процесс. В твоём же случае, твоё становление как вампира – это процесс длительный. На изменения уйдет время, и тебе также понадобиться время, чтобы привыкнуть к новой сущности».
Кейтлин вспомнила, как внезапно на неё нахлынул голод, как он завладел всем её сознанием, и единственное, о чём она вообще могла тогда думать, была охота. Это было ужасно. Она боялась, что это может произойти снова.
«Как я узнаю, когда это снова начнётся?»
«Никак», – Калеб ответил, взглянув на неё.
«Но я не хочу убивать людей, – сказала Кейтлин. – Никогда».
«Тебе и не нужно. Ты можешь охотиться на животных».
«А что если голод нахлынет тогда, когда я нахожусь среди людей?»
«Тебе нужно научиться контролировать это чувство. На это уйдет время, и это требует силы воли. Это непросто, но вполне возможно. Ты научишься. Через это проходит каждый вампир».
Кейтлин попыталась представить себе, как это – поймать и убить животное. Она знала, что стала намного быстрее, чем была раньше, но не была уверенна, что стала настолько быстрой. Тем более, даже если ей удастся поймать оленя, что с ним делать?
Она посмотрела на Калеба.
«Научи меня!» – сказала она с надеждой в голосе.
Калеб встретился с ней взглядом, и это заставило её сердце забиться быстрее.
«Для нас охота священна. На неё ходят только в одиночку, – ответил он мягко, словно извиняясь. – За исключением…»
«За исключением?»
«За исключением брачных церемоний, чтобы скрепить узами брака мужа и жену».