Грузовик, подхваченный волной, лишь дернулся с места, а потом студень отхлынул в разные стороны и резкий злой голос велел:
- Всем стоять.
Ильда открыла рот... и так и застыла, не в силах сдвинуться с места. Смерть перекатился по бетону, уходя с траектории выстрела Ильдиной винтовки, и ловкой подсечкой сбил Беду с ног.
Из грузовика выпрыгнул высокий светловолосый человек в сером. Вязкая вода покорно расступалась перед ним, как перед хозяином.
Эжен. Он все-таки приехал.
И, судя по перекошенному от ярости лицу, далеко не с добрыми намерениями.
- Предатель! - закричал мне белый маг.
Я представил, что он сейчас видит: весь такой из себя радостный я рядышком с умертвием, тут же знакомый колдун-преступник, избивающий какого-то бедолагу - и понял, что встречу придется отложить до лучших времен. Уж слишком наша троица походила на союзников, а Беда - на несчастную жертву.
- Это что за... - Ильда отмерла, и, внезапно закатив глаза, упала на руки подбежавшим подручным.
По всей площадке, проламывая бетон, взметнулись вверх толстые зеленые побеги, хватая тварей и уволакивая их под землю; веточки потоньше опутывали слизняков, как плотные сети, не давая им ни стрелять, ни растечься по бетону и сбежать. Два самых длинных побега захлестнули болотную лодку и потащили ее из воды; умертвие мигом очнулась и протестующе завизжала. Из грузовика посыпался личности в зеленом и красном, и на пристани воцарился хаос.
Приказ наконец ослаб, и я со всей прытью кинулся туда, где заросли были еще не такими густыми, перемахнул оградку и шлепнулся в воду.
- Стоять! - полетело в спину на два голоса. А Эжен и Ильда неплохо спелись... И умертвие ухитрилась просто-таки замечательно перебить магию ученика.
Под ногами захлюпало; отбежав от берега на приличное расстояние, я обернулся через плечо, проверяя, нет ли погони. Но в возникшей свалке все были заняты друг другом: вот в просвете между растениями мелькнули Эжен и Ильда, неподвижно стоящие друг против друга; в группе друидов мне показалось, что я вижу Марию Энгель, напоминающую воинствующую монашку времен войн-за-милосердие; к тесной компании умертвячно-зеленой группы добавились красные колпаки; монстрики рядом с подболотной лодкой проводили меня грустными взглядами, но освобождение родного дома было важнее, и тварюшки вернулись к перегрызанию лиан.
Растения у берега почернели и осыпались, и в болото спрыгнул Черная Смерть. Колдун был весь в крови, относительно жив, неумеренно бодр и тащил с собой... зачем, зачем ему эта проклятая карта?
***
Тихо, сыро и холодно. Спина Смерти впереди почти тонет в тумане, и я боюсь потерять мага в белой дымке, остаться в одиночестве посреди унылого неприветливого мира. Под ногами хлюпает вода, в сапогах хлюпает вода, одежда липнет к телу. Потихоньку накрапывает мелкий дождик. Последний раз, когда я видел горизонт, от края до края плескалась ровная водяная гладь; если она и сейчас там, то мы так потонем и не заметим. Колдун завернулся в плащ и топает по одному ему видному пути как по ровной автостраде - надеюсь, он знает, куда.
В любом случае, Смерть не мучают мысли о холодной пропасти под ногами, прикрытой лишь тонким слоем переплетенных корней, но я уверен, что любой неверный шаг с гарантией отправит прямиком в Бездну. В ту самую, куда попадают грешники-рецидивисты, исчерпавшие шансы на следующее перевоплощение. В ту самую, куда я, если бы не колдун, давно бы ухнул. Я чувствую ее ледяное дыхание; я чувствую, как из непроглядной тьмы глядит нечто с голодом и злобой в глазах...
Я чувствую, что взращенная на религиозных пугалках больная фантазия и привычка видеть ужасы там, где их нет, доведут до ручки быстрее, чем до гроба.
- Вы с Ильдой вместе служили? - на самом деле гораздо больше я хотел перевести разговор на тему отдыха, но опасался, что Смерть по первой же просьбе отправит меня в свободное плавание, аккурат к обитателям местного дна.
- Нет.
Понятно, тема закрыта.
Снова молчание, прерываемое плеском шагов. Из тумана то и дело выныривают склизкие огрызки потемневших от сырости и гнили деревьев; когда-то тут росла роща. Тихо шелестит жесткий тростник.
А еще Ильда говорила, что она утонула, и потому властвует над водой...
Так, Лоза, думать вредно.
- Почему не сработала система оповещения?
- Кто-то отключил систему, - голос Смерти звучал еще более сипло, чем обычно. - Теперь я знаю, кто. Ублюдок всегда хорошо разбирался в ниморской технике...
Кажется, джип Беды запал колдуну в душу куда сильнее, чем Черная Смерть хотел признать.
- Но зачем он это сделал?! Он же сам послал этот вызов на дуэль...
Предательство Беды до сих пор не укладывалось в голове. Я бы мог понять, если бы он отобрал у меня карту. Я бы мог понять, если бы он просто натравил умертвие на бывшего друга. Но устраивать такое... Не похоже, чтобы Ильда его заставляла или шантажировала; скорее они были равноправными союзниками. Черный маг с умертвием - против таких же черных магов. Неужели он их так ненавидит? Или ему наплевать на жертвы - но ради чего?
Я вспомнил, с какой легкостью Беда убил двоих магов у колодца желаний. Уже тогда следовало бы забеспокоиться. И эти малопонятные отношения с бандой Кары... Слова того черного, Бренна... Лоза, ты с самого начала видел, с каким человеком связался. И преспокойно закрывал на все глаза, пока дело не коснулось тебя.
- Беда - лжец, - спина Смерти напряглась, будто он знал, что Беда о нем наговорил. Хорошо, что теперь не стоит этому верить. - А теперь за-т-к-нись.
...Пора запомнить, Лоза: если кто-то к тебе относится аномально хорошо, то пора бежать, пока не поздно.
Нет, был один человек, который помогал мне просто так.
...И теперь я бегаю от него по все стране. Плохой пример.
Тенденция, что б ее.
Да ладно, Лоза, оглянись вокруг: кому-то тоже не везет в общении. Интересно, за что Смерть так ненавидит Беду?
Или нет - за что Беда так ненавидит Смерть?
- А...
Смерть обернулся, и я невольно съежился под полубезумным взглядом. По перекошенному лицу колдуна бродила ясная жажда убийства, и выяснять причины, по которым два черных мага однажды решили, что их дорожки круто разошлись и жизнь одного будет пресной и неполной без гибели другого, мне как-то расхотелось...
- Я... выполняю договор, - сквозь зубы выдавил Смерть. - Но как ты меня достал!
Он резко протянул ко мне руку... Я зажмурился, поздно соображая, что возненавидеть вспыльчивого психа не так-то сложно...
...Сильные пальцы больно впились в предплечье, выдернув меня из очередной ямы.
- Как ты достал. Не смотреть, куда идешь!
Я в ошеломлении уставился на удаляющуюся темную фигуру, механически разминая плечо.
Мда. У Смерти - договор, у Ильды - Град, у Града - план, у Беды - карта, у друидов - цель. Каждый нашел, чем занять себя и окружающих. А у меня ничего нет. Ах, нет, у меня клятва Дэну Роле. И где этого ниморца носит...
Мы шли, и после каждого шага мне казалось, что вот этот - самый-самый последний, а потом я сяду на ближайшую кочку, и катись Смерть до северных морей пешком. Я в деталях представлял, как вытягиваю ноги, закрываю глаза, и ничто-ничего не может сдвинуть меня с места, шаги колдуна пропадают вдали, я остаюсь в одиночестве среди бескрайних болот... И делал следующий шаг.
Голова кружилась; перед глазами периодически темнело, я замерз и совсем не чувствовал ног, но продолжал идти, потому что самое ужасное для меня была далеко не Бездна. Больше всего на свете я боялся остаться один.
Поэтому когда Смерть внезапно остановился, я на автомате прошел мимо и только потом обернулся. Колдун сидел на поваленном дереве, съежившись, скрестив руки на груди и мрачно глядя перед собой. Видно было, что по своей воле он не сделает больше ни шага.
Сложно было представить, что Смерть, оказывается, тоже держался из последних сил и мечтал об отдыхе. Я впервые почувствовал к нему нечто вроде симпатии...
