Наконец, Толстой берется зa художественное воплощение своих мыслей по земельному вопросу, где находят место идеи Генри Джорджа. Таким произведением является «Сон». 22 октября 1909 г. в Дневнике Толстого читаем: «Теперь 12-й час. Видел прекрасный сон о том, как я горячо говорил о Г. Жорже. Хочу записать. Очень бы хорошо. Но слаб. Стало быть Он не хочет, т. е. Ему не нужно» (см. т. 57). 23 октября Толстой записывает в Дневнике: «Всё хочется писать. Пошел гулять… Вернулся, сначала не хотелось, а потом написал сон свой о Генри Джорже. Не совсем хорошо, но и не совсем дурно» (там же). Совершенно очевидно, что эти две записи относятся именно к началу работы над «Сном». С этим согласуется и запись на его обложке (см. ркп. № 31) и указание письма Толстого к Полилову (имя, которым прикрылась дочь Толстого Татьяна Львовна), где между прочим читаем: «Вопрос о земле, т. е. о земельном рабстве, хотя и считается вопросом политическим, есть вопрос нравственный, вопрос нарушения самых первобытных требований нравственности, и потому вопрос этот не только занимает меня, но мучает меня… Вопрос этот так мучает меня, что я на днях видел очень яркий сон, в котором среди общества «ученых», оспаривая их взгляды, излагал взгляд на существующую вопиющую несправедливость земельной частной собственности… Я кое как записал этот сон и хотел исправить, напечатать».447 Таким образом ясно, что замысел «Сна» берет начало в сновидении. Его первая черновая редакция относится к 23 октября. Гольденвейзер отметил 23 октября 1909 г. как хороший трудовой день Толстого: «Лев Николаевич бодр, но всё же не вполне тот, чем он был в Москве. Лишь сегодня он хорошо и много поработал» («Вблизи Толстого», I, М. 1922, стр. 353). Первая черновая редакция «Сна» напечатана нами полностью в вариантах под № 7. Сновидение было не только источником самого замысла, но и источником его первичной диалогической формы («как я горячо говорил о Г. Жорже»).
Ближайшие следующие дневниковые записи Толстого о «Сне» падают на конец октября и начало ноября 1909 г. 31 октября «К запискам лакея.448 Говорят о земле. Старик всё время молчит и начинает говорить только тогда, когда его вызвали». 6 ноября. «Не только 6-е, но и 7-е нынче. Вчера утром получил прекрасное письмо от Полилова о Г. Джорже и отвечал ему… Сегодня опять поправлял письмо Полилову, прочел и написал письма и начал поправлять «Сон». 8 ноября…. «Много писем, поправил «Песни на деревне» и Сон. Порядочно»… 9, 10 ноября… «Вчера 9-го ходил по саду, потом очень много относительно писал. Сон и письма. Сон может быть не дурен…» В записи мыслей этого же дня под № 3 значится: «Потом записано к речи Орлова в Сон». (Имеется в виду, очевидно, запись в Записную книжку.) А 11 ноября в Дневнике читаем: «2) (к сну). Мы отстали. Слава Богу, что отстали, т. е. народ отстал, не развратился еще и может вывести нас развращенных уже на верную спасительную дорогу всеобщего равенства, при котором только возможна любовь. Этого-то нам, высшим «образованным» и не хочется, и мы всячески стараемся не выходить на эту дорогу, а напротив оставаться в прежнем положении и развратить народ и школами и Законом Божьим и наукой и, главное, двумя китами: каждое по 760 миллионов — одно прихода — кабаки, другое расхода — солдатство. Собираем доход с развращения, приучения к пьянству, и расходуем то на приучение к убийству» (т. 57). Этот текст ни в один вид текста «Сна» не вошел.
Текст первой редакции был сильно испорчен машинисткой при переписке (пропустила всю 17-ю страницу рукописи, изменила некоторые слова). И Толстой по копии начинает править текст. Так получилась первая переделка первой редакции (ркп. №№ 32 и 33). Вероятно, она относится к 31 октября, так как записи 8 ноября в Дневнике говорят о второй и третьей переделках первой редакции (см. обложки ркп. №№ 34 и 35). Впрочем возможно, что первая переделка была сделана 6 ноября, когда Толстой получил толчок к работе вследствие письма Полилова о Генри Джордже. Важнейшие особенности первой переделки первой редакции следующие.
Вместо первых шести строк (см. вариант № 7) появляется новое обстоятельное начало, которое печатаем в вариантах под № 8.
В переделке увеличено число действующих лиц с четырех до одиннадцати (прибавлены две дочери хозяйки, гувернантка, два мальчика, студент-учитель, умерший брат Ламинцев), пополнены, оживлены и конкретизированы характеристики лиц. Далее расширена конечная запись лакея. Вместо строк 23—30 сверху на стр. 369 в первой переделке первой редакции читаем:
«Хорошо говорилъ С. Т. съ предводителемъ, ужъ такъ выворотилъ все дѣло наружу, что онъ и туда суда, да не вышло его дѣло. Н. И. не далъ ходу. Все правильно говорилъ: земля божья, а кто ей владѣетъ, тотъ воръ. Не тотъ, кто дубъ въ лѣсу срѣзалъ, а тотъ, кто весь лѣсъ захватилъ. Охъ, хорошо высказывалъ. Приходила братнина невѣстка, сказывала не миновать корову продавать. Что же мнѣ то? У меня своей нужды въ волю»
Материал суждений автор также расширяет. Так, расширена тема «мужики воры» и особенно тема о земельной собственности. Стр. 365 строка 32 стр. 366 строка 3 варианта № 7 снабжены большой вставкой, которую мы публикуем в вариантах под № 9.
Остальные особенности первой переделки — стилистические попытки индивидуализировать речи действующих лиц. В языке княгини и предводителя увеличено число французских фраз, язык Орлова сделан стремительным и порывистым.
Таким образом главная работа Толстого в первой переделке — художественная и лишь в небольшой степени идейно-логическая.
Между 31 октября и 6 пли 8 ноября сделана небольшая правка Толстым нового начала первой переделки (ркп. № 33, начало). В этой правке автор расширил описательные характеристики Ламинцева (самобытный и радикальный человек) и Орлова (пьет, не кончил университета и т. п.) и немного поправил стиль.
8, 9 и 10 ноября Толстой еще дважды серьезно работает над текстом, который перед работой в отдельных частях перебеляется на машинке, в других переносится механически из предшествующего текста. Так получились вторая (ркп. № 34) и третья (ркп. № 35) переделки рассказа.
Важнейшие особенности второй переделки первой редакции: снова значительно исправлено начало, которое печатаем в вариантах под № 10.
Далее Толстой несколько увеличивает число ремарок, — вставлены, например, слова: «сказал Предводитель, когда они уселись вокруг круглого стола»; или: «Орлов слушал внимательно и то хмурил, то поднимал брови, пристально глядя в лицо Предводителя своими большими добрыми глазами» и др. В темы беседы никаких поправок не внесено.
Важнейшие особенности третьей переделки первой редакции. Предводитель назван «верным слугой» государю и отечеству, «каким он сам считал себя», характеристика Орлова обогащена описанием его внешности (см. вариант № 11).
Приписаны моменты mise en scène и новые ремарки (см. вариант № 12).
Затем в третьей переделке более полно развернуты отдельные темы разговора, особенно вместо вставки в первой переделке (см. вариант № 9) со слов: «Разумеется, при вопросе о том… Но ведь мы не на острове» теперь имеется новый текст (см. вариант № 13).
Таким образом третья переделка есть исправление частью художественной формы, частью тематического материала второй переделки.
Вторая редакция. Окончив третью переделку первой редакции, Толстой отдал перебелить на машинке несколько листов и получил полный текст (ркп. № 36 содержит остатки от этого текста). Но он автора не удовлетворил. Толстой делает такой сдвиг в работе, который позволяет говорить о возникновении почти нового произведения. Я его называю второй редакцией «Сна». Общая сводка работы Толстого над первой редакцией (все ее переделки) показывает, что автор для определенного тематического содержания ищет всё более и более художественной формы и прежде всего недоволен чисто литературной характеристикой действующих лиц.
Работа над первой редакцией, которая под пером Толстого не получила никакого заглавия, а в Дневнике называлась «Записки лакея» и «Сон», была закончена около 10 ноября. После этого числа Толстой 14 ноября без всякой связи со «Сном» начинает писать статью о безработных (т. е. «Первый день в деревне»), а 21 ноября снова возвращается к «Сну» и заносит в Дневник: «писал с начала разговор за обедом». Дальше после записей 23 ноября и 3 декабря, интересных для душевного настроения Толстого за это время,449 запись о «Сне» встречаем лишь 7 декабря: «Писал Орлова. Немного подвинулся». 8 декабря читаем: «Спал всю ночь. Проснулся слабый и нездоровый, но с очень ясным умом. Записал оч[ень] хорошее для разговора. Пришел гость — не хочется». 9 декабря: «Поправил добавление о Н[ищих], начал поправлять «Разговор за обедом». 10 декабря: «Занимался всё Сном нехорошо»… 11 декабря: «Хотя поздно начал, но довел хотя вчерне до конца «Сон». 12 декабря: Поправлял Сон. Еще придется поработать. Но форма эта может Сыть удачная». 13 декабря: «Работал над «Сном». Подвигается» (см. т. 57).
