Литмир - Электронная Библиотека
A
A

— Нет, не буду, — сказала Белла наконец.

Ей почудилось или в глазах Жака действительно мелькнула досада? Так или иначе, он потянул ее к себе и тихо произнес:

— Пожалуйста, спой со мной, Белла. Давай споем дуэтом «После бала».

Глядя в его полные надежды глаза, девушка ощутила уже привычное желание покориться, слить себя с ним в музыке, однако страх оказался сильнее, и она ответила: — Нет, Жак. Прости, не могу.

Он бодро улыбнулся.

— Скоро, та belle, очень скоро ты не сможешь отказать мне.

Жак направился к роялю, шепнул Томми, что играть, и стал в позу.

Белла подумала о том, что, верно, скоро она не сможет отказать ему ни в чем. Она полностью во власти Жака Лефевра. С одной стороны, брала досада, что он готов бросить ее в любой момент, чтобы петь и красоваться перед публикой. С другой — его неподражаемое пение еще глубже засасывало ее в пучину любви и страсти.

Песня закончилась. На певца налетели толпой, нагло чмокали его и обнимали. Он купался в их внимании, счастливо улыбался, окруженный визжащими от восторга поклонницами.

Белла отвернулась. Все смешалось в голове, душа была полна смятения и боли. Неужели она могла вообразить, будто Жак поет только для нее? Глупая!

Далеко за полночь Белла и Жак вместе с Томми и Элен ехали в карете Лефевра в сторону Нижней Понталбы, где находилась квартира Элен. Белла и Жак сидели, прижавшись друг к другу, на одном сиденье, а Томми и Элен — напротив. Элен беззастенчиво целовалась и обнималась со своим дружком, и Белла чувствовала себя не в своей тарелке. Она тщательно избегала смотреть Жаку в глаза. Но никуда было не деться от жара его тела, а его горячий взгляд, казалось, прожигал ее насквозь.

Он взял ее руку, поднял к своим губам и стал нежно целовать каждый палец. У Беллы перехватило дыхание, она попыталась отдернуть руку, но он лишь крепче схватил ее кисть.

— Жак! — с упреком воскликнула она.

Больше ничего сказать она не успела, потому что он весь подался вперед и прильнул к ее губам.

Белла тихонько застонала. Сладостный, горячий и долгий поцелуй словно растопил ее. Она опять, злясь на себя, отвечала ему и губами, и всем телом, старалась слиться с ним, нетерпеливо прижималась к нему, охваченная неудержимым желанием.

Она испытала огромное облегчение, когда карета наконец остановилась. Тяжело дыша, Белла оторвалась от Жака. Он с довольной улыбкой откинулся на сиденье.

Элен и Томми первыми вышли из кареты. Обернувшись, Элен весело предложила:

— Жак, поднимайся к нам наверх и выпей стаканчик перед сном!

— С радостью.

* * *

Белла чуть не застонала от досады: черт дернул Элен приглашать его наверх! Однако возражать было поздно: Элен и Томми уже скрылись за дверью коридора, ведущего во внутренний дворик. К тому же квартира, как-никак, принадлежит Элен, и она вольна приглашать туда кого ей заблагорассудится. Жак помог Белле сойти на тротуар, они прошли по коридору, миновали внутренний дворик и поднялись по лестнице на третий этаж.

В квартире все четверо оказались одновременно. Элен и Томми с хохотом и без всяких объяснений кинулись в спальню и заперли дверь на ключ. Белла неожиданно осталась с Жаком наедине.

Девушка в смятении прошлась по гостиной, включая все лампы. Краем уха она слышала из спальни хихиканье, возню и стоны. Сердце билось учащенно, навалилась необъяснимая слабость. Атмосфера была пропитана чувственностью, что пугало Беллу и делало беззащитной, уязвимой.

Она набралась смелости, посмотрела на Жака и —о ужас! — увидела ухмылку на его губах, он забавлялся ее растерянностью. Но в этой же ухмылке было столько сладострастия, что у нее мурашки побежали по коже.

— Я полагаю, тебе лучше уйти, — сказала Белла.

— Но хозяйка обещала угостить меня стаканчиком.

— Хозяйка занята совсем другим.

В черных глубинах его глаз мелькнул смех. Он медленно пересек гостиную, подошел к Белле, осторожно снял с ее головы диадему из перьев и положил на чайный столик.

— Раз хозяйка занята, ее полномочия переходят к тебе, Белла. Ты должна быть гостеприимна, ma cherie!

Примирительный, добрый тон обезоружил девушку. Припоминая со стыдом свое развратное поведение и с гневом — его безобразные заигрывания с девицами, Белла подошла к столику с напитками и налила порцию бренди в хрустальный бокал, — Пей. И быстрее.

Тут раздался очередной сладострастный вскрик из спальни. Жак иронически поднял брови и насмешливо спросил:

— Быстрее ~ что?

Белла чуть не топнула с досады ногой.

— Я имела в виду: быстрее пейте, сэр.

— Когда ты говоришь «сэр», мне хочется оглянуться и посмотреть, к кому ты обращаешься, — с ухмылкой сказал Жак и направился к дивану. Он сел, закинул ногу на ногу, лениво взглянул на Беллу и постучал рядом с собой: — Сядь со мной.

— Нет.

— Ты до сих пор дуешься из-за девиц, которые чмокнули меня пару раз? Она молчала.

— Значит, дуешься. — Жак подался вперед. — Ты же знаешь, моей вины тут нет. Они сами вешаются мне на шею.

Белла криво усмехнулась.

— Самодовольный индюк!

— Вовсе нет! Я раздавлен, буквально растоптан — ведь ты меня отвергаешь. Куда подевалось то трепетное существо, которое сидело на моих коленях? Куда подевалась моя страстная, самозабвенная Белла?

Белла заморгала глазами. Лучше бы он не вспоминал!

— Я… я просто потеряла контроль над собой.

— И была хороша в тот момент! Стало быть, следует почаще терять контроль над собой. А теперь признайся: ты вдруг стала такой букой из-за ревности — ну из-за тех дурочек, которые наградили меня парой поцелуев? Или ты злишься на саму себя — из-за того, что выдала свои истинные чувства?

Она смотрела исподлобья и молчала. Молчание он истолковал как согласие со своей догадкой. Поэтому на его лице медленно расплылась улыбка.

— Согласись, Белла, сегодня я тебя возбудил. Разбудил твою страсть и твою ревность. Когда ты прошла через зал и отшвырнула от меня бедняжку Ляруа, это было потрясающее зрелище. Ты заявила права на меня как на свою собственность. Не подойди к нам Жюли, ты бы позволила мне завлечь тебя наверх…

— Какая самоуверенность! — возмутилась девушка, но голос ее сорвался в хриплый шепот.

— Я говорю правду. И ты это знаешь.

Белла отвернулась. Щеки у нее пылали от стыда, руки дрожали.

— Я… просто это из-за… музыки. Я так люблю «Старую милую песню любви». И ничего больше.

Жак засмеялся. Белла готова была провалиться сквозь землю.

— А меня ты не любишь? Только музыку… Пора прекратить бороться с собственными чувствами. В конце концов, это ведь естественно?

Девушка резко повернулась к нему. — Для тебя естественно заглядывать под каждую юбку!

— Под каждую? — насмешливо повторил он. — Разве ты не заметила, что с твоим появлением я норовлю задрать только одну-единственную юбку — твою!

— Лишь потому, что я даю отпор. Тебя во мне привлекает мое сопротивление, ты готов испытать свои способности и взять неприступную крепость.

— Это правда.

— Почему бы тебе не допить бренди и не убраться восвояси?

Словно для того, чтобы подольше побесить ее, Жак легонько встряхнул свой бокал, медленно вдохнул аромат бренди, но так и не сделал ни глотка.

— В светском обществе джентльмен может рассчитывать на светский разговор за бокалом бренди.

— Кто здесь джентльмен?

— А кто возьмется утверждать, что я не джентльмен?

— Настоящий джентльмен не станет спать со всеми шлюхами в Сторивилле.

Жак удивленно переспросил:

— В Сторивилле?

Белла надменно вздернула подбородок.

— Ты разве не знаешь, что конгрессмен по фамилии Стори внес предложение превратить Бейсн-стрит в улочку красных фонарей?

Жак странно покосился на нее, однако не стал продолжать разговор о загадочном Сторивилле и возмутился:

— Белла, неужели ты полагаешь, что я переспал со всеми девочками мадам Жюли?

— А разве нет?

Он пожал плечами.

42
{"b":"22825","o":1}