— Открыто! — послышалось за дверью.

Я толкнул, но дверь была закрыта, я постучал еще раз.

Щелкнул замок, и открылась дверь, на пороге стоял Паша.

— Можно? — спросил я.

— Проходи.

Я протянул пак пива Паше.

— Хочу поздравить с днем рождения, — сказал я, — и сказать спасибо, что привез сюда.

Паша поставил на пол пиво и как-то замялся, он явно такого не ожидал.

— Спасибо, — ответил он, — но ты видишь, как получилось.

— Нормально, это не твоя вина. Мы немного заработали и на том спасибо. Все, еще раз спасибо Паша, с Днем Рождения.

Вечером приехал Кайл и привез деньги, с нашей оплатой сразу возник цирк. Питер не правильно посчитал почасовку и каждый из нас получил меньше того, что должен был. Все начали спорить, ругаться, тогда Питер достал свои записи и начал их сверять с нами.

Я сравнил со своими данными и увидел, что мне не выплатили 60 фунтов. Я вернулся на улицу, и не вмешивался, пока шла разборка. Под конец, Кайл уже даже не сверял списки, подходил человек, называл свою сумму, и англичанин молча выдавал. Глядя на все это, мне хотелось спросить, господа, какие же у вас сверх прибыли, что вы можете так просто сорить деньгами?

Кайл уже собрался уезжать, когда он заметил меня. Он позвал Питера, чтобы тот перевел, но я обратился к нему по-английски.

— Мне неправильно посчитали зарплату.

— Сколько не хватает? — спросил Кайл и почему-то напрягся.

Может, он решил, что если я говорю по-английски, то в отличие от остальных, кто пользовался переводом с помощью Питера, сейчас как скажу сумму, что ему дурно станет.

— 60 фунтов, — ответил я, можно было назвать больше, он бы дал, я был уверен, но зачем? Итак, спасибо Кайлу, что устроил нам такую почасовку.

Некоторые наши его нагрели, кто-то попросил 20 фунтов лишних, кто-то больше, Игнат носился по дому со словами, что он кинул Кайла на 50 фунтов, хотя отработал всего 2 дня. Многие только потом приходят к пониманию истины, кидая других, ты в итоге кидаешь себя.

Кайл аж расплылся в улыбке и дал мне 60 фунтов.

— Ты Алекс? — спросил он.

— Да, — ответил я.

— Теперь все в порядке?

— Да, спасибо за работу, — сказал я.

Кайл был этим явно тронут, он повернулся к своему другу и тот переспросил:

— Спасибо за работу?

— Наверное, он имел в виду деньги, — ответил ему Кайл.

После раздачи заработанных денег наши начали пить пиво, потом направились в кафе. Влад, Марик и Володя не пошли. Я отправился на прогулку по ночному городу, завтра я собирался звонить Стасу и решать вопрос с трудоустройством.

— Алло? — послышалось в трубке.

— Здравствуй Стас, меня зовут Саня.

— Привет.

— Ты трудоустраивал меня на клубничную ферму три месяца назад, я тогда ехал с белорусом помнишь?

— Да.

— Стас, там работа уже подошла к концу, есть у тебя еще что-нибудь?

— Ты в Лондон не хочешь?

— Стройка?

— Да.

— Не хотелось бы, а еще что-то?

— Есть хорошее место там и фермы, и поля, и фабрики, все в одном месте. Поедешь?

— Конечно.

— Ты платил тогда сколько?

— 160.

— Теперь 140.

— Слушай, а если со мной еще пару человек увяжется ты не против?

— Люди нормальные?

— Мне зачем дебилов с собой брать?

— Нет проблем, сумму умножишь на количество людей.

— Ясно.

— Теперь смотри, когда приедешь в Бристоль, набери меня, я перезвоню, и Дэн тебя встретит. Когда ты там будешь?

— Завтра я выезжаю, как только буду на месте, тебе звоню.

— Договорились, все Саня, будешь на месте, звони.

Направившись на автовокзал я просмотрел расписание, потом на ж/д вокзал. Оптимальным, хоть это и выходило чуть дороже, было поехать на поезде.

Домой я вернулся заметно повеселевшим, в отличие от многих в этом доме, у меня уже была работа.

Я предложил поехать со мной Володе и Марику, Володя от моего предложения отказался, он сказал, что с Андреем уезжает в Лондон, оставался только Марик, он еще думал. Марик меня расспросил, сколько все это стоит, какая работа, где жить? Я ответил только то, что знал, а кроме оплаты за трудоустройство, я не знал ничего.

Паша, Ирина, Игнат и Костя уехали на автобусе еще утром. Влад, Володя и Андрей собирались уезжать завтра. Марик сказал, что скажет мне завтра утром, едет он, или нет, в доме еще оставалась Илона.

Вечером я спустился вниз и увидел, что Илона смотрит телевизор, Влад и Володя готовили еду на кухне, Андрей сидел у телевизора.

Я остановился и спросил у Илоны:

— Что показывают?

— Не поймешь.

— Я гулять иду, не хочешь со мной?

Краем глаза я заметил, что Влад и Володя мне по коридору, ведущему в кухню, показывали рукой, мол, класс, молодец и улыбались.

Илона, не видя этого, посмотрела на меня и встала.

— Пойдем.

Андрей бросил на меня недоброжелательный взгляд.

Мы вышли из дома и направились в центр.

— Что-то тебя все бросили, — сказал я.

— Мне предлагали с ними поехать, но я еще ничего не решила.

— Ты сама откуда?

— Из Украины, Киев, а ты?

— Из Донецка, виза студенческая?

— Да.

— У меня тоже, в школе училась?

— Нет, не стала, сразу с Игнатом поехала сюда, мы неделю в Лондоне пожили, а потом нас забрал Паша.

— Как тебе Англия?

— Классно, нравится, и Лондон понравился и здесь нравится, даже уезжать не хочется, такой маленький и красивый городок. Зарплата была хорошая, дом, люди наши все нормальные, жаль, что так все вышло. Теперь надо заново искать работу, жилье, маме звонила, она мне говорит, учись в школе, деньги я буду ложить на карточку, тебе хватит, но я еще не знаю.

— А ты зачем в Англию приехала?

Илона помолчала.

— Мама вышла замуж, у меня с отчимом не сложилась, скажем так, последнее время казалось, что если не уеду куда-то, с ума сойду.

— Почему именно Англию выбрала?

— С детства мечтала здесь побывать, а тут представилась возможность, отчим крутой, денег у него много, мне показалось даже, что всем так проще было. Я уехала, они свободны, никто им на нервы не действует, я сама, делаю что хочу, решаю сама как мне жить дальше. А деньги да, он мне вышлет, это для него не проблема.

— Так возвращайся в Лондон, найди квартиру, тебе и Игнат с компанией не нужен, учись в школе, когда будешь знать язык, сдашь экзамены, а там видно будет. Деньги если есть, можно и в университет поступить. Здесь у тебя совсем другие горизонты могут открыться, если ты имеешь деньги.

— Тоже не все так просто, — грустно сказала Илона, — он моей маме постоянно повторял, что я ничто, ничего из себя не представляю, ленивая и тупая, лицом вышла, а мозгов нет. Брать его деньги, это значит, признать все то, что он говорил про меня. Я хочу им доказать что они не правы, что я могу заработать сама и без их грязных денег.

— Слишком условия не равны, здесь ты вряд ли что сможешь доказать кому-то. Прожить в Англии можно, даже отложить что-то, а вот отучится, получить образование, без вливаний со стороны не получится.

— Зачем мне их диплом? У меня есть вышка, киевская, с работой у меня тоже проблем не будет, мама все устроила бы и без отчима. Я хочу просто пожить здесь, посмотреть, что у меня из этого получится, прожить самой, без их денег.

Мы помолчали сидя на лавочке, в лицо дул приятный свежий ветерок, на небе светила полная Луна. Вокруг было пустынно, и кроме нас никого здесь не было.

— А ты, что будешь делать? — спросила она меня.

— Поеду дальше, мне еще долг отдать нужно, заработать, потом видно будет.

— А сколько ты уже отдал?

— Ничего, за 3 месяца не смог собрать ничего.

— Ты, наверное, мало работал?

— Нет, несколько раз переезжал, что зарабатывал, тратил во время новых переездов. Я сюда, как только приехал, разговаривал с нашими, мы работали вместе три дня, Саня прожил здесь 3 года, у нас разговор зашел за учебу, что 4000 стоит университет в год. Я тогда сказал ему, что это немного, можно заработать за год. Он мне и ответил, что это кажется не много, а ты попробуй здесь столько заработать, да еще суметь отложить. Чем больше я здесь нахожусь, тем чаще это вспоминаю. Тут, кажется, ну вот сейчас уже все идет нормально, работа, жилье, но только все начинает стабилизироваться как что-то обязательно случается. Поэтому то, что с нами здесь случилось, меня не удивило, даже хорошо, что именно так все закончилось, могло иначе.