– Скорее всего, 44-ый магнум, – подумал Веймар.

Внезапно, как будто из ниоткуда, в его голове прозвучал голос Сэма: «440 Кор-бон, как и заказывали…»

Норвегия, Осло, накануне вечером:

Эмма Ричардс собрала лежащие на столе бумаги в папку, встала, взяла папку и сумочку, и вышла из кабинета, захлопнув за собой дверь. В Управлении было тихо – основная масса сотрудников уже разъехалась по домам. Закрыв дверь кабинета на замок, Эмма направилась к лифту.

– Эмма! – окликнул её выбежавший из-за угла мужчина лет 35-ти, одетый в серый деловой костюм. Мужчина этот был среднего роста, достаточно крепкого телосложения, с длинными прямыми пепельно-серыми волосами.

– В чём дело, Отто? – спросила Эмма, остановившись.

– Помнишь дело Ван Вейдена? – спросил он, остановившись рядом с ней. – Ну, там ещё оружие так и не смогли установить, из-за того, что гильзу не нашли?

– Ну-ну, и что? – спросила Ричардс.

– Фоторобот убийцы помнишь? – спросил Отто. – Высокая женщина, тёмные волосы…

– Ну и? – спросила Эмма. Она уже начинала терять терпение.

– Полчаса назад пришла запись из ******а, – сказал Отто. – Тебе надо срочно её увидеть, обещаю – будет интересно.

– Хорошо, пошли, – сказала Эмма, тяжело вздохнув. – Надеюсь, это не займет много времени. У меня планы на вечер.

Они прошли в кабинет Отто и сели перед монитором. Отто несколько раз кликнул мышкой, включил воспроизведение. На экране появилось чёрно-белое изображение.

– Это сняла скрытая камера в одном из ресторанов вчера днем, – пояснил Отто. – Запись не сразу додумались отослать нам. Тут еще разница часовых поясов сказалась, сама понимаешь…

На экране было видно компанию из семи человек. Внезапно в кадре появилась высокая темноволосая женщина в кожаном плаще. Она выхватила пистолет, с быстротой молнии полыхнула серия дульных вспышек.

– «Кольт 1911», 45-ый калибр, – сказал Отто, остановив воспроизведение. – Свинцовые оболочечные пули FMJ, стандартный армейский боеприпас. И представь себе, мы сравнили результаты криминалистического исследования – пули абсолютно идентичны той, которая убила Ван Вейдена. А про полное совпадение фоторобота и описания свидетелей с этой плёнкой я вообще даже и не говорю.

– Значит, киллер на экспорт? – уточнила Ричардс.

Отто кивнул.

– Я говорил со Стоддартом, он хочет, чтобы наша следственная группа завтра же отправлялась в *******, – сказал он.

Эмма вздохнула – планы на вечер все-таки рухнули.

Лежащий на полу перед въездом на склад Веймар встрепенулся и вскинул винтовку. Перед ним стоял Пол Фергюссон.

– Сон на посту карается смертью, – заметил он тоном кладбищенского сторожа.

– Это был тактический маневр, – ответил Люк, сонно позевывая, поднимаясь с пола и отдавая винтовку Фергюссону.

– Это ничего, у нас в команде от таких тактических маневров ты быстро излечишься, – пообещал Фергюссон.

– Неужели? – спросил Веймар с недоверием.

– Гарантирую, – пообещал Фергюссон, повесил винтовку на плечо. – Анджелла отучит, у нее это очень хорошо получается. В крайнем случае – лечение сколиоза методом отправления ритуальных услуг.

– Чего? – удивился Веймар.

– Горбатых могила исправляет, – объяснил ему Фергюссон и поднял створку ворот.

Веймар присвистнул. Пустырь перед складом был покрыт снегом.

– А я думаю: какого в конце октября снега всё нет и нет? – сказал Фергюссон. – А вчера дождь лил, и температура была 5 градусов по Цельсию…

– Ага, а за ночь ударил морозец и превратил дороги в ледяной каток, – сказал Веймар дрогнувшим от холода голосом. – Черт возьми, и ведь дернул меня черт пиджак одеть! Я же уже замерзать начинаю!

– У Анджеллы виски есть – попроси погреться, – сказал Фергюссон.

– Ага, так уж она и даст, – сказал Веймар.

– Да ты не бойся, ей ничто человеческое не чуждо! – усмехнулся Фергюссон злорадно.

Веймар отмахнулся от него и пошёл внутрь склада. Там среди ящиков оружия, Крозье уже цеплял какую-то электронику к внутренним карманам косухи Бернски. На столе стоял ноутбук, Анджелла, в брюках и любимом алом свитере из ангоры, сидела, закинув ногу на ногу, на стуле с бутылкой в руке и попивала маленькими глоточками виски из горлышка.

– Микрофон точно запишет? – спросила она. – Косуха-то из грубой кожи…

– Обязан, – сказал Крозье. – Эти микрофоны японцы под наш спецзаказ делают; я его спиздил, когда меня из М-6 к вам перевели.

– Ну, честно говоря, я догадывалась, что ты его не в «хозтоварах» купил, – сказала Анджелла. – В любом случае, мне нужна запись вашего разговора с Альком. Твой микрофон не подведёт?

– Теоретически – да, практически – хер его знает, – ответил Крозье, настраивая передатчик.

– Спасибо, обнадёжил, – сказала Анджелла, допила остатки виски и поставила пустую бутыль на стол.

– А я только хотел попросить грамм 200 согревающего вовнутрь… – сказал разочарованно Веймар.

– В «Сабарбене» ещё одна бутылка есть, – сказала Анджелла.

– Зашибись! – сказал Веймар. – И что, мне теперь в «Шевроле» придётся лезть? Да я пока туда дойду, от холода околею.

Анджелла внимательно слушала всю его тираду и молчаливо улыбалась, словно какая-нибудь Джоконда. Закончив свою речь, Веймар посмотрел в ее глаза, плюнул и вышел.

– Что-то наш Люк сегодня какой-то особенно нервный, – заметила Бернски, надевая косуху.

– Действительно, к чему бы это? – спросила Анджелла. – Наверное, к дождю.

Она поднялась со стула, надела свой плащ и залезла на заднее сиденье «Гелендвагена».

– Сначала у Люка что-то гормональное, теперь вот – к дождю… – задумчиво произнес Виктор.

– Что ты хочешь сказать? – спросила Бернски.

– Ничего особенного. Просто интересный у нас командир, – сказал Крозье.

– В каком смысле? – спросила Бернски, закладывая в обоймы своих «Орлов» патроны 50-ого калибра.

– В смысле, оригинальный человек, – ответил Крозье, сел за стол и принялся стучать по клавишам ноутбука. – Впервые вижу девушку, которая пьёт виски в таких количествах и при этом ругается матом так, что даже мой инструктор по рукопашному бою позавидовал бы…

Из «Мерседеса» донёсся приглушенный щелчок затвора. Раздался звук шагов и из темноты вышел Веймар в грязной рабочей спецовке и с бутылкой виски в руках. Крозье удивлённо посмотрел на него.

– Люк, ты что, сменил имидж? – осведомился он.

– Блядь, и этот туда же! – воскликнул Веймар недовольно. – Вы с Фергюссоном что, сговорились?

– Поздравляю с обновкой, Люк, – довольно ухмыльнулась Бернски. – Много за неё отдал?

– Тринадцать грамм свинца на скорости 300 м\с, – ответил Веймар и хлопнул себя ладонью по карману чёрных джинсов, из которого весьма неоднозначно торчала рукоятка полуавтоматического «Хеклер-Коха» 45-ого калибра.

Анджелла вылезла из джипа и подошла к столу.

– Как продвигается работа? – спросила она.

– Заканчиваю, – коротко ответил Крозье.

– Хорошо, – кивнула Анджелла. – Люк, позови сюда Фергюссона.

– Я штурмовик, а не холуй, – хмыкнул Веймар.

– Ты что, блядь, оглох? – процедила Анджелла сквозь зубы. – Иди и позови его!

Веймар грязно выругался и ушёл.

– Как я уже сказал – очень оригинальный человек, – произнес Виктор хмуро.

– Всё, я закончил.

– Не взвод, а стадо баранов, – недовольно сказала Анджелла.

На пустырь, с хрустом ломая наст, покрывший дорогу, один за другим выехали четыре джипа «Тойота Land Cruiser 100». Подъехав к складу, они остановились. Раздался гудок клаксона. Створка ворот поднялась, и наружу вышли Виктор Крозье и Джиллиан Бернски. Из одного из джипов вылез мужчина лет 45-ти, с длинными чёрными волнистыми волосами. Одет он был в чёрные кожаные брюки и черный же расстёгнутый кожаный плащ, под которым было видно армейский бронежилет.

– Где Фрэнк? – спросил он звучным тенором.