Ну, перелом простой, сложил кость, как надо, зафиксировал, потом клиента в чувство приводить начал. А он не приводится! Трупом стал мой клиент. Обескровленным. Я бы на Кранта подумал долго ли умеючи умелому вампиру? но очень уж странная рана была у покойничка. Ссадина пониже колена. Будто наждаком кусок кожи счесало. И клок одежды. Маленький, ладонью прикрыл и не заметно.
И через эту ранку мужик кровью истек? Досмерти??
Не верю!
Но больше никаких ран на теле не было. Внутреннего кровотечения тоже. Это и без вскрытия определить можно, а вот куда делась кровь, не понятно. Даже вокруг раны одежда мало испачкана.
Ну, сообщил Ассу, что его слуга ласты откинул, а «безутешный» хозяин отвечает: знаю, мол. Так что ничего нового я этому засранцу не сказал. Он еще и приколоться решил: заплатил мне за работу. Ну, я тоже прикололся: плату взял и Мальку отдал. На сохранение. Вдруг Асс передумает, и вернуть захочет? Тогда ищи, Асс сам и возвращай, если сумеешь. Я и то пацана не всегда найти могу.
До самого вечера палатка колдуна вздрагивала от звуковых и световых эффектов. Крутые, однако, поминки устроил он для своего любимого слуги. А может, и впрямь, для горячо любимого? Кто его знает, какая личная жизнь полагается колдунам.
Перед первым закатом из палатки вышел тот, кого я за покойника посчитал.
Ну, ни фига себе система реанимации в этом мире!
Реанимированный даже не хромал. Получается, и кость срослась за пару часов?
Оставить такое без проверки? Как же! Я ужин оставил недоеденный, и рванул к палатке Асса. Будто мне Злой лес приснился, и только возле нее, родимой, имелось спасение.
Раб занимался костром и, похоже, медитировал. По крайней мере, на огонь, что облизывал его пальцы, внимания не обращал. И на горящий рукав своего халата.
— Тебе жить надоело, дурик?!
Сидящий у костра даже не глянул в мою сторону. Спорить с таким я не стал. Повалил его на бок и быстро затоптал начинающийся пожар. Благо, рукава у халата широкие.
Подниматься мужик не спешил.
Пришлось взять его за ворот, встряхнуть.
Голова раба безвольно мотнулась.
Я заглянул в его глаза и… забыл, чего хотел сказать рассеянному медитатору. И, прежде чем сообразил чего-то сделать, появился колдун. Рявкнул какую-то команду, мужик вывернулся из моих пальцев и юркнул в палатку.
Потом мы поговорили. На повышенных тонах. Я и Асс. Но до мордобоя не дошло. Асс упирал на то, что это его раб, и он может сделать с ним то, чего захочет. Хоть бегом через Злой лес отправить. Вот если я чего-то сделать со своим слугой не смогу, то колдун мне с радостью поможет. За отдельную плату. И еще намекнул, что палатка колдуна это его крепость. И соваться в нее без приглашения очень вредно для здоровья.
Короче, испортил Асс мне настроение.
А я испортил настроение Марле. Она позвала меня отдохнуть и расслабиться, а я глаза ожившего раба забыть не могу. Прям, не глаза, а пустые могилы, из которых вынули труп на эксгумацию.
Начал Лапушке рассказывать, а она слова Асса повторяет. Мол, тот своему рабу хозяин, и может делать с ним…
Ну, я и не выдержал.
— Да мертвый у него раб, понимаешь?! Трупом был, трупом и остался.
— Мертвые рабы не ходят.
— Мертвые у вас не ходят?! Да ты сама рассказывала, как с мертвецом сражалась. И он тебя чуть…
— То был демон, а не раб!
— Для хорошего колдуна, что демона замочить, что дохлого раба оживить…
— Так раб живой или мертвый?
— Да мертвый он! Труп! Что ж я живого от жмурика отличить не могу?..
— Не можешь. Ты сам сказал…
Короче, чуть до рукопашной не дошло. Не любит Лапушка, когда на нее кричат. Но и я не люблю, когда меня за дурака держат.
Наш сексчас закончился через пять минут. Давно меня так активно не… использовали. И давно не выгоняли сразу же после сеанса.
Ни «пока, Пушистый», ни «сегодня ты превзошел сам себя…» Спасибо, хоть голым на улицу не выкинула.
Кажется, все бабы обидчивые стервы. А в каком мире они живут это по фигу.
Нежный и мелодичный скрип. В несколько голосов. Такой концерт устраивали сверчки в моем родном мире. В этом маленькие крылатые ящерицы. Осторожные звери, ночные. Здесь вся живность ночная. Катиса самое жаркое место на континенте. Хоть и не такое опасное, как Злые земли. Из них мы выбрались неделю назад.
— Завтра будет батулма, — сказал Первоидущий.
Значит, небо затянут тучи и в землю станут бить молнии. И грохот будет такой, что долго потом еще звенит в ушах. А ветер принесет песок. Много колючего песка. Караван остановится. Поалам спутают ноги и укроют головы попонами. Люди тоже спрячут лица и привяжутся к поалам. Ветер здесь бывает очень сильным. Может сбить с ног, утащить с тропы. Без колдуна искать потом пропавшего только зря время терять. Пустыня умеет прятать. И ловушек в ней хватает. Иногда пропавших находят слишком поздно. Ну, мертвых здесь тоже умеют оживлять, но они потом сильно отличаются от себя прежних.
Мы потеряли и нашли двоих. И пережили три сухих грозы. А других тут не бывает. Вода приходит в Катису ночной росой и редкими дождями. Но тогда дует другой ветер. С моря. И здесь тогда все зеленеет и цветет, все пахнет и поет. Катиса значит «радующая сердце» Красивое место, говорят. Не знаю, не видел, Сейчас только камни, жара, песок и скрипучие ящерицы, что устраивают концерты перед грозой.
Завтра будет гроза. В это время она бывает через день. Реже через два. Трудное время для путешествия. Мало кто хочет так рисковать. Предпочитают переждать сухой сезон в безопасном месте. Бандиты, кстати, тоже. А от них потом защитит охрана. Или объединяют два каравана. Можно, и три. Всё можно, если есть время.
Но времени у нас нет. Асс спешил пройти Злые земли. В мокрый сезон в них лучше не соваться. А другой дороги к Храму нет. Вроде бы. Или ее нет только на карте Асса…
Асс. Больше он никого не оживлял. Я ему не позволил. После того, чего он сделал со своим рабом.
Есть народы, где идиотов убивают. Даже тех, кто может что-то делать, когда ему прикажут. Сначала я не принимал такого. Думал, жестоко. А когда увидел Ассового раба, понял и принял. Все правильно, так и надо.
Когда из глаз человека смотрит пустота, а его руки не шевельнутся без приказа, даже если попадут в огонь… пожалуй, это уже не человек. И любому милосердию есть предел. И приказ может быть любой. И от любого. А его выполнят, не задумываясь. Это страшно.