Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Сергей Семенов

Кондор. Дилогия

Кондор

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

Темный странник

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ГЛАВА 20

ГЛАВА 21

ГЛАВА 22

ГЛАВА 23

ГЛАВА 24

ГЛАВА 25

ГЛАВА 26

ГЛАВА 27

ГЛАВА 28

ГЛАВА 29

ГЛАВА 30

ГЛАВА 31

ГЛАВА 32

ГЛАВА 33

ГЛАВА 34

ГЛАВА 35

ГЛАВА 36

ГЛАВА 37

ГЛАВА 38

ГЛАВА 39

ГЛАВА 40

Сергей Семенов

Кондор. Дилогия

Кондор. Дилогия (СИ) - _0.jpg

Сергей Семенов

Кондор

Всякий дракон порождает святого

Георгия и гибнет от его руки.

Хал иль Джебран Джебран

Это началось четыре дня назад. Наверное…

Уверен, что еще совсем недавно я хорошо помнил свое детство, но теперь моя память внезапно рассыпалась осколками старого зеркала, и в лежащих на земле вразброс мутных стекляшках отражаются лишь какие‑то фрагменты прошлого. Отрывки воспоминаний, клочки разноцветных картинок. Люди, голоса…

Иногда в этих осколках я вижу отражения иной реальности, вдруг всплывающие из глубины сознания, словно утерянные давние фантазии, невероятные грезы или забытые мечты. Нечто неуловимое, будто бы не связанное с моей настоящей жизнью. Странные сны… Даже не сны, ибо все, что я вижу, намного реальней и ярче любого сна. Я никогда раньше не видел ничего подобного. Стоит мне сомкнуть глаза и провалиться в забытье, как неведомый мир грез стремительно окутывает мое сознание, становясь все реальнее и реальнее с каждой минутой. Он захватывает меня, проникает сквозь поры, ощущается на вкус, наполнен запахами. Он перестает быть сном и становится реальностью. Оттесняет мой мир. Кажется, стоит протянуть руку, и я смогу почувствовать его зыбкую плоть, сотканную из тончайшей паутинки небытия, но именно это прикосновение обрушит все то, что я знал ранее, открывая новые, еще неведомые мне дороги судьбы. Возможно, именно те дороги, которые в итоге приведут в никуда.

Наверное, это бред, наверное, всего лишь игра воображения и на самом деле ничего страшного не происходит, но если это так, если все это просто дурной навязчивый сон, то почему я стою сейчас в пустынном переулке, неизвестно где, неизвестно почему. В руке я сжимаю оружие, которого в реальности просто не может существовать, рядом лежат тела – одинаковые лица, одинаковая одежда, одинаковое вооружение, словно все они сошли с конвейера. Близняшки мертвы, все до единого, и это я убил их только что, спасая свою жизнь. В воздухе еще явственно ощущается запах горелой плоти. На руках моих кровь, но не кровь врагов, остывающих у моих ног, ибо когда пистолет стреляет не пулями, а сгустками шипящей плазмы – крови мало. Она запекается раньше, чем начинает течь из огромных рваных дыр, которые и ранами‑то назвать трудно. Пытаюсь вспомнить, откуда кровь, если на мне нет ни царапины, и, когда вспоминаю, мозг отказывается принять действительность. Ноги подкашиваются при мысли о том, что еще совсем недавно у меня на руках умирала женщина, которая так любила меня, что отдала за меня свою жизнь. Но только вот от кого и для чего она спасла меня? Страшный вопрос, на который я пока не знаю ответа. Моя жизнь рушится быстрее, чем я успеваю осознать происходящее. И это пугает меня.

Я – Артем Ливагин. Мне двадцать семь лет. И это – моя история. История отчаяния и мести.

1

В режиме «ускорения», близкого к трехкратному, это выглядело невероятно красиво.

Совсем немногие способны увидеть взрыв, находясь в «ускорении». Люди не могут точно. Им это просто недоступно. Другая физиология. Да и как вообще белковое существо способно в считанные секунды ускорить свое тело хотя бы в два раза. Наносинтоны – другое дело. Невероятная скорость и огромный физический потенциал всегда были главными козырями против тех, на кого им приходилось охотиться. И еще неуязвимость. Именно это позволяет боевому агенту не просто увидеть взрыв, зарождающийся всего в паре шагов от него, но и запомнить.

Когда его «суарн», серебристый, с тонированными стеклами и сдвоенными, по последней моде, антигравами дрогнул, расцветая пышным ало‑фиолетовым цветком с черной и желтой бахромой по краям, Кондорат уже был готов к этому, каким‑то невероятным образом почувствовав опасность и переведя свое тело в боевой режим.

Но все же уйти из‑под удара он не успел. Взрывная волна горячим тугим кулаком коснулась его тела, обугливая одежду, бросая, словно невесомую куклу, к стене противоположного дома и пытаясь вдавить в бетон. Для человека исход был бы однозначен – мгновенная смерть. Глубокие ожоги, сломанные кости… Люди так хрупки и беззащитны. Кондорат же умудрился отделаться легким покраснением кожи да секундной потерей ориентации. При этом он устоял на ногах, пытаясь определить, откуда был произведен выстрел. Да‑да, именно выстрел, ибо бортовой компьютер его «суарна» моментально определил бы любое взрывное устройство, установленное на его корпусе или в зоне защитного периметра вокруг него. Значит, засада. Хватило же у кого‑то наглости и безумия устраивать засаду на боевого агента Службы Контроля, да еще в центре города. Скорее всего, палили из какой‑то электромагнитной пукалки, «тихой» плазмой, практически невидимой при свете дня. Энергетический импульс «Импа» или луч «фотонной бритвы» заметить гораздо легче, а значит, и увернуться, попутно отследив траекторию полета. Вот убийца и перестраховался, отдав предпочтение более громоздкому, но зато и более эффективному в данной ситуации оружию. Наносинтона убить трудно, но, если застать его врасплох, вполне возможно выжечь ему мозги. Вот только на этот раз внезапности не получилось. В последний миг, даже сам, наверное, не зная почему, Кондорат ускорил рефлексы, бросая свое тело в сторону, и смертоносный сгусток энергии, адресованный ему, спалил «суарн». Машину жалко, ну ничего, СКОП оплатит расходы. Ведь не авария, в конце концов, покушение на жизнь боевого агента. Хотя звучит немного смешно. Ладно. Сейчас главное – найти наглеца.

Второй выстрел Кондорат отследил сразу, еще по звуку щелчка реле в стволе ускорителя. Конечно, сделать подобное довольно сложно, учитывая городской шум и расстояние в несколько сот метров, однако Служба Контроля ценила своих агентов именно за то, что они могли иногда делать такие вот маленькие чудеса.

Когда едва заметный клубок «тихой» плазмы выжег дыру в стене дома, Кондората там уже не было. Двигаясь с невероятной для человека скоростью, он бежал в сторону небольшого скверика на противоположной стороне улицы, откуда стрелял горе‑снайпер. Наемник, до того как он понял, что его работа провалена, успел выпустить в бегущего агента еще три заряда, однако попасть в готового к бою наносинтона всегда было чрезвычайно трудно. Тем более из не самого быстрого плазменного оружия.

1
{"b":"217593","o":1}