— Поворачивать? — воскликнул Джей' Калам. — Почему?
— Ах, Джей, это была чудовищная ошибка. Я поймал не Василиска. Мой спутник — бедный несчастный парень, а ваша погоня — еще одна ужасная ошибка, Джей. Вы ушли в космос и оставили Систему беззащитной. Во имя Земли, умоляю тебя, возвращайся!
— Жиль! — воскликнул командор. — Если ты говоришь под пыткой…
Механический щелчок. Прибор Жиля был отключен. Он попытался вызвать его вновь, когда услышал более низкий звук корабельного сигнала. Послышался возбужденный голос дежурного офицера.
— Мы видим его, командор! — крикнул он. — Корабль Деррона. Он движется впереди к созвездию Дракона. Всего лишь сорок тонн. Вот почему мы так долго не могли его обнаружить. Однако у него, видимо, достаточно мощные двигатели. Он в зоне поражения. Что прикажете делать?
Джей Калам сжал в кулаке переговорное устройство. Вокруг, казалось, дул холодный ветер, унося вдаль корабль, унося годы жизни. Он представил Жиля Хабибулу, стойкого маленького человечка, улыбчивого, неунывающего. Он знал, что Хабибула находится на корабле, летящем впереди. Но в порывах ветра слышался издевательский шепот Василиска.
Никакой человек, даже друг, не мог перевесить долг перед Легионом.
— Вы слышите меня, командор? — беспокоился дежурный офицер. — Каков будет приказ?
Джей Калам медленно закрыл и открыл глаза. Отдал честь тонкой рукой. Затем заставил себя произнести:
— Немедленно дайте залп из вихревой пушки. Уничтожьте корабль.
Когда вихревая пушка выстрелила в первый раз, возле борта могучего флагмана появился «Беллатрикс», корабль Самду. Глядя в иллюминатор воздушного шлюза, Адмирал–Генерал увидел, как огромный слепящий клубок атомного огня, вращаясь, рванулся вперед, расширяясь по мере того, как поле нестабильности поглощало всю встречающуюся ему материю.
— Ну что ж, мистер Деррон, — пробормотал огромный Хал Самду с мрачным удовлетворением. — Или мистер Василиск. Посмотрим, как вам удастся выкрутиться.
Геодины несли оба колоссальных корабля сквозь пространство, или, точнее, вокруг него, и скорость их намного превышала скорость света. Однако они набирали скорость так плавно, что экипажи не испытывали перегрузок. Они соединились шлюзами. Взволнованный Хал Самду перешел на борт «Непреклонного».
— Быстрее, — сказал он встретившему его офицеру. — Проводите меня к командиру.
Но, когда быстрые лифты и движущиеся дорожки доставили их к двери возле навигационного отсека, командир Легиона не ответил на их сигнал.
Встревоженный дежурный офицер открыл бронированную дверь. Хал Самду вошел в мягко освещенные роскошные апартаменты Джея Калама. Командор исчез.
— Бедный старый Джей, — пробормотал Хал Самду. — Сотый!
Он повернулся к офицеру.
— Корабль Деррона по–прежнему в зоне поражения? Тогда продолжайте стрелять, пока не уничтожите его.
ЧЕЛОВЕК И АНДРОИД
Стоя в узком пространстве шлюза «Атома–Фантома», Чан Деррон затаил дыхание. Он был безоружен, а черное крошечное отверстие в трости старика смотрело на него словно смертоносное око.
— Хабибула? — наконец произнес он. — Тот самый великий Жиль Хабибула?
Чан был безоружен, зато тяжелый геопеллер по–прежнему находился за плечами, а рукоять управления находилась в руке. Можно было попытать счастья. Ладонь начала сжиматься.
— Погоди, парень. — Старик опустил трость. Рыбьи глаза выпучились, а в голосе звучала хрипота. — Во имя жизни, парень, оставь свои смертельные трюки. Тебе нет смысла превращать Жиля в кровавое месиво своим жалким геопеллером. Я тебе не враг, парень! Я пришел сюда как драгоценный друг.
Чан смотрел на старика с мрачной подозрительностью. Затем он увидел деньги, вываленные на стол. Толстые пачки сертификатов Зеленого Холла, сложенные огромными грудами. На обертке каждой из них был отпечатан желтый полумесяц. Вот где оказались сокровища Ханнаса, похищенные из бункера Новой Луны. Он сжал руку на рукояти.
— Ты не… — хрипло произнес он. — Ты не Василиск?
Жиль Хабибула задрожал. Сморщенная луна его лица позеленела. Он хрипло астматически вздохнул.
— Нет, парень! Нет, клянусь жизнью! Я — всего лишь бедный старый солдат. К тому же и загнанный беглец, дезертир из Легиона.
— Дезертир? — Темные глаза Чана Деррона сузились. — Если ты действительно знаменитый Жиль Хабибула, зачем тебе понадобилось дезертировать и что ты здесь делаешь?
Жиль Хабибула заморгал.
— Спасибо, парень. — Голос его дрожал. — Ах, дружище, в глубине своей старой души я благодарю тебя, что ты называешь меня знаменитым. Ибо Легион забыл обо мне, парень. — Он вытер пухлой ладонью глаза. — Когда–то Жиль Хабибула был героем Легиона, — он вздохнул, — а также всей драгоценной Системы. Так как его благородная смелость, а также его замечательный гений дважды спасли жизнь человечеству: однажды — от ненавистных медузиан, а в другой раз — от жутких кометчиков. И какую же награду он получил? — Он всхлипнул и судорожно вздохнул. — Нищенскую, дружище. Старый Жиль забыт. Его драгоценные медали тускнеют в футляре. Несколько жалких долларов, которые ему достались, давно пропиты. Несчастный старый солдат, умирающий по вине тех неблагодарных, которых он считал друзьями. Ах, парень, какая все–таки ужасная штука — жизнь… И вдруг однажды я слышу о твоих приключениях! — Желтое лицо его прояснилось. — Да–да, парень, ты — человек того сорта, к которому относился старый Жиль, когда был совсем молодым. Отважный парень, да–да, смелый и безрассудный. С кем бы ты ни тягался, ты всегда одерживаешь верх. Пьешь вино, берешь золото, завоевываешь любовь женщин везде, где их находишь. Ах, парень, старый Жиль пришел к тебе, чтобы ты помог ему вернуть давно ушедшую юность…
Рука Чана Деррона опять сжала рукоять.
— Не надо, парень! — прохрипел Жиль Хабибула. — Ради жизни, не надо. Всему Легиону известно, что ты Василиск, и этим ты должен по праву гордиться. Ты стоишь против законов всех планет и дурачишь Легион Пространства.
Чан Деррон покачал головой.
— Я не Василиск, — проворчал он. — Я всего лишь его жертва. Он повсюду разбросал сотни улик, чтобы на меня пало подозрение. Взгляни хотя бы на эти деньги, которые он похитил из бункера Ханнаса.
Жиль Хабибула кивнул, и на его желтом лице появилась счастливая улыбка.
— Ах, да, парень, — засопел он. — Взгляни на них — миллионы, миллионы долларов. Достаточно, чтобы не испытывать недостатка в вине, золоте и женщинах всю жизнь. Хватит даже на двоих, если жизнь одного из них подходит к концу. Так что же, давай бежать вместе с добычей? Как в добрые старые дни — жить в бегах от Легиона?
Глаза Чана Деррона сузились.
— Ты признаешь, что когда–то был преступником, — пробормотал он. — Ты знаменит тем, как справляешься с замками. Ты знаешь все трюки медузиан и кометчиков. Мне кажется, Жиль Хабибула, что Василиск — ты.
— Клянусь жизнью, парень, ты не прав! — Старик побледнел. — Не думай так!
— Если ты не Василиск, — рявкнул Чан Деррон, — скажи мне одно: как ты обнаружил «Атом–Фантом», когда всему Легиону это не удалось?
— Очень просто, парень, — засопел Жиль Хабибула. — На одном из ключей, найденных мною в кармане Чарльза Даррела в Алмазном Зале, был штамп «Контрольный отсек 17Б285». Я задал один вопрос и узнал, что это зеркало, у которого вышел из строя мотор. Так я понял, где смогу с тобой встретиться. Но, парень, действительно, не думаешь же ты…
Чан Деррон покачал головой.
— Я верю, что ты охотишься за Василиском, — сказал он. — Я тоже. А у меня есть нить. Я думаю, что Легион о ней не подозревает. Можешь лететь со мной, если хочешь.
Маленькие набрякшие глаза заморгали.
— Я же сказал тебе, парень, что пришел повидать Василиска, — просопел, наконец, Хабибула. — Если ты не этот монстр и если ты отвезешь меня к нему, то я полечу с тобой.
Чан махнул рукой в сторону тесной каюты на корме.
— Располагайся, — сказал он. — Я буду вести корабль. Нам нужно выбраться из рекламной надписи, уйти от флота, добраться до объекта возле Тубана в созвездии Дракона. У нас достаточно катодных плат, чтобы туда добраться, однако на возвращение не хватит. Я хотел бы, чтобы потом ты сменил меня на вахте.