Выйдя из кареты возле отцовского дома, я полной грудью вздохнул чуть приправленный утренним дымком морозный воздух. Как все-таки классно жить и дышать. Это можно понять только вот таким вот утром после такой безумной ночки.
Попав в свою комнату, я первым делом скинул с себя грязную одежду, приказав немедленно выкинуть ее, тщательно вымылся, мне казалось, что прикосновения бандитов, которые оказались колдунами запачкали меня. Потом я завалился спать. Отключился, кажется, еще до того, как голова коснулась подушки. Проспал я весь день и проснулся только к вечеру.
После пробуждения я долго валялся в блаженной неге, пытаясь сообразить с какого перепою я завалился спать не в своей спальне, а приехал к отцу. Потом все вспомнил и резко сел. Настроение сразу испортилось. Тьмой драные колдуны! Что им от меня понадобилось?! В очередной раз перед глазами встали сцены вчерашней, а точней сегодняшней ночи. На меня напали колдуны, Перек убит, Серый отдел теперь не даст покоя и замучает вопросами.
А ведь все так хорошо начиналось! Я пообщался с Графом Центари. Старый пройдоха не терял надежды, что я потеряю остатки мозгов и сделаю предложение его дочурке – Аделии. Ха! Как бы не так! Сия представительница славного древнего рода, наследница подрастерянного, но все еще приличного состояния папеньки, была до невозможности избалована родителем. Видно поэтому и отличалась неугомонностью в забавах и любовных приключениях. Список молодых и не очень молодых дворян, которым посчастливилось стать ее недолгими кавалерами давно уже перевалил за полсотни. Поговаривали, что девушка не ограничивается общением с дворянами (может просто желающие начинают заканчиваться), а тащит к себе в постель всех, кто попадется под руку. Однако папенька или закрывал глаза не все ее похождения, или просто не мог найти методов на свою дочурку. Не то чтобы я не любил опытных дамочек! Просто я предпочитаю профессионалок. Они знают свое дело, при этом не вешаются на шею и не пытаются утащить под венец. Поэтому я старался держаться подальше от малость потасканной, но все еще прекрасной Аделии.
А в один черный день, вернее в темную развеселую ночь, на одном из маскарадов, когда я был уже сильно навеселе, мои друзья не нашли ничего более смешного, кроме как подложить мне эту Аделию в постель. Я был пьян, эта… гхм Аделия молода и соблазнительна, в общем на утро выяснилось что она воспылала ко мне пылкой страстью. Теперь она просто не давала мне прохода. Засылала письмами, приглашениями, просьбами. Я на все ее ухищрения отвечал более или менее вежливыми отказами. На каком бы светском мероприятии я не появился, там уже крутилась эта вертихвостка и начинала сразу вешаться мне на шею. Моих приятелей это сначала веселило. Я даже не выдержал, вызвал самого главного шутника, кто и придумал эту пакость на дуэль. В результате которой мы немного поразмялись, помахав клинками, и помирившись, напились в стельку. Проблему это не решило. Такая дребедень начала меня сильно раздражать. Граф Центари, видя, что доченька переключила свои интересы со множества кавалеров на меня одного, обрадовался до невозможности. И вообразил, что сможет уговорить меня на ней жениться.
В общем, я заперся с ним в кабинете и имел долгий разговор. Я ему доходчиво объяснил, что жениться не собираюсь ни на его дочери, ни на какой-то другой. Сообщил, что по достижению двадцати семи лет собираюсь принять сан, как это было принято в моей семье на протяжении уже нескольких столетий. А это накладывает на меня двухгодичный обет безбрачия. Поэтому девушке не стоит ждать меня так долго. А лучше подыскать ей более подходящего мужа. Причем как можно скорее. Расстроенному папашке возразить было нечего и мы с ним вполне мирно расстались. После чего я церемонно распрощавшись с Аделией отбыл восвояси, прихватив с собой парочку приятелей мы завернули по дороге в заведение мадам Маргари и весело провели там половину ночи. Компания там была приятная, стол шикарный, девушки настоящие профессионалки, и главное, никто не собирался тащить меня под венец. Я был просто счастлив. А тут такое!
Но самое страшное ждало меня впереди. Разговор с отцом. Мой папашка человек железной воли и строгих принципов. И он будет в ярости, из-за нападения колдунов на его сына. И готов поклясться, что во всем обвинит меня, мою беззаботность, безалаберность и что-то там еще, начинающееся на «без». Отец ненавидел колдунов и жизнь положил на их искоренение. Я же считал, что никаких колдунов в Рагнорке нет, не было и никогда не будет. А те жалкие людишки, которых периодически ловили и торжественно казнили на площадях, были сумасшедшими книжниками, у которых от книжной пыли сносило крышу и они пытались сварить золото из олова или создать эликсир вечной молодости из крови новорожденных младенцев. Другие, не менее сумасшедшие, собирались по ночам на лесных опушках и устраивали глупейшие на мой взгляд ритуалы, призывая темные силы. Насколько я знаю, никаких темных духов, привидений или еще каких других созданий никто никогда не вызвал. Было еще много всякого отребья, пытающегося косить под колдунов. Но опасности они не представляли, и единственное какого наказания, по моему мнению, заслуживали – это хорошей публичной порки. После нее, девять из десяти подобных «колдунов» превратились бы в достойнейших и законопослушных членов общества. По оставшимся плакали скорбные дома для умалишенных. Но никак не костер.
Однако законы Рагнорка в отношении колдунов суровы. И я готов признать, что было с чего. Четыреста пятьдесят лет назад случилась Великая война унесшая почти треть населения королевства. Ни с того, ни с сего на Рагнорк напали колдуны с Кронгара. Напали одновременно на все четыре прибрежные страны. Это были настоящие колдуны, не чета нашим дурням, на которых охотится Церковь. По счастью, на нашем материке колдовство кронгарцев не действовало. Однако, волшебные предметы, создаваемые их колдунами, какое-то время сохраняли силу. И поначалу это давало некоторый перевес. Но потом, ценой огромных жертв, удалось откинуть врага обратно за океан.
Собственно после этого и началась охота на доморощенных колдунов. Колдовство было запрещено под страхом смертной казни. Но постоянно находились ненормальные, которые, разыскав старинную книжонку, пытались оживить древние заклинания. Таких немилосердно вылавливали и уничтожали.
А вот если напавшие на меня были выходцами из Кронгара, то дело приобретает уже более серьезный оборот. Там колдуны самые что ни на есть настоящие. С детства каждый ребенок знал, о зверствах, творимых во время войны, несмотря на прошедшее немалое время. Долгое время после той страшной войны никаких отношений с Кронгаром не поддерживали, однако прошли годы, десятилетия, ужасы забылись и с кронгарцами началась осторожная торговля. Однако теперь мы уже были научены горьким опытом и их корабли и близко к берегу не подпускали, торговля велась только нашими кораблями. Уже более четырехсот лет ни один кронгарец не ступал на нашу землю. Церковь требовала ликвидировать и такое взаимоотношение с Кронгаром. Король соглашался, но прекращать торговлю не собирался. Это было слишком выгодно, чтобы лишаться Кронгарских товаров. Да и короли остальных государств спокойно относились к этой торговле.
А теперь колдуны из Кронгара пытались меня похитить!
Я устал от собственных размышлений, поднялся с кровати и, глянув на себя зеркало, вздрогнул. На меня смотрел запойного вида небритый субъект с впавшими красными глазами. С отвращением поморщившись, я побрел приводить себя в порядок. Тщательно побрившись, и, натянув чистую одежду, я снова глянул в зеркало. Сейчас стало намного лучше. Теперь хоть на человека стал похож.
В коридоре я издалека услышал крики, доносившиеся из отцовского кабинета.
– Грязные мерзавцы напали на моего сына! А мне еще твердят о милосердии! – отец, похоже, был в ударе. Его голос гремел на весь дом. Я был даже немного обрадован его реакцией на ночное происшествие. Раз волнуется за меня, значит не считает таким уж непроходимым ничтожеством, каким он меня называет. А он тем временем продолжал. – Все колдуны вполне заслуживают наказания, которое в итоге и получают – казни на костре. Откуда тут взялись кронгарцы я вас спрашиваю??