Да-с… Что-то меня опять заносит… Забудьте. Вернемся к нашим героям».
– Каким спортом занимался? – прервал размышления Дмитрия Андрей.
– Сначала борьба, позже рукопашка… А ты, я так понимаю, боксер, – чуть помедлив, утвердительно сказал Дмитрий.
– Где-то так… Особых успехов не добился, но и бросить как-то не получается. А тебе обо мне Татьяна сказала?
– Да нет, – улыбнулся Дмитрий, – я вашего брата за версту вижу. У вас у всех одинаковые повадки: как правило, опускаете подбородок и смотрите на мир из-под лба, а еще иногда автоматически поднимаете плечо, прикрывая подбородок…
– А я думал, что боксеры забывают снимать боксерские перчатки на улице…
Оба рассмеялись.
– А как ты попал к Иезуиту? – поинтересовался Андрей.
– Я же говорил… Тренер после ранения вытащил меня из бригады и договорился о работе у этого похотливого индюка. Честно говоря, я себя уже списал, лежа в больничке: был уверен, что добьют. Но меня оставили в покое, хотя предъява была серьезной – я здорово покалечил сынка одного авторитета. Спасибо тренеру – хороший был мужик.
– Сейчас тренируешься?
– Нет… Я, похоже, свое отзанимался… Мне прострелили почку, и ее пришлось удалить. Вот такая вот история. Стараюсь поддерживать форму: делаю зарядку, а по выходным люблю пробежаться либо в лесу побродить несколько часов кряду. Соответственно, никакого алкоголя и диета. А в целом я даже рад, что все так получилось. Знаешь, раньше не получалось радоваться простым вещам: все время куда-то бежал, что-то доказывал. А на самом деле вся эта суета не стоила выеденного яйца: деньги и женщины закончились так же, как и появились, родители умерли, пока я был в больнице, так что я даже на похоронах не присутствовал, не говоря уже о том, что звонил, в лучшем случае, раз в месяц, а навещал не чаще двух раз в году. Зато теперь я встаю утром и радуюсь, что светит солнце, что я все еще жив, что рядом есть дорогой мне человек – Оксана, и у нас скоро будет первенец, и, в конце концов, что кто-то свыше меня сильно любит, раз уберег и дал шанс начать жизнь заново. Что-то я разсентиментальничался. Не обращай внимания. Давай закругляться и поедем, а то начнут трезвонить.
Андрею Дмитрий понравился. Он даже немного завидовал его тяге к жизни и умению радоваться всему, что его окружало. Конечно, жизнь Андрея не была таким испытанием, но он и никогда не стремился что-то кому-то доказывать. В их характерах было очень много сходного – оба не любили выделяться. Похоже, это и стало причиной симпатии друг к другу.
Закончив импровизированный обед или поздний завтрак, наши герои уселись в автомобиль и двинулись в столицу. Минут через пять зазвонил телефон Дмитрия – помощница Иезуита раздраженным голосом давала указания, когда, кого и куда надо доставить. Дмитрий молча выслушал, сказал «хорошо» и положил трубку.
– Спохватились. Легки на помине.
– Слушай, Дим, ты не заморачивайся, подбрось меня к метро, а я доберусь своим ходом.
– Спасибо, старик. А то в столичных пробках можно и в выходной простоять ой как долго… Меня эта помощница съест без соли, если опоздаю. Затем подумал и продолжил: – Слушай, не в моих правилах давать советы, но постарайся выслушать то, что скажу.
– Валяй.
– Я насчет Татьяны… Это, конечно, не мое дело, но, похоже, ты ей определенно нравишься, и это может быть для тебя проблемой.
– С чего ты взял, что я ей нравлюсь? И почему у меня должны быть с этим проблемы?
– Я уже успел повидать на своем веку, и поверь, могу отличить взгляд влюбленной девушки от просто взгляда. А проблемы у тебя будут с Иезуитом, если вздумаешь за ней ухаживать. Это очень властный, сумасбродный, коварный и циничный человек. Он не остановится ни перед чем. Для него не существует жалости или сострадания. Для таких, как он, цель всегда оправдывает средства. А его целью сегодня является женитьба Татьяны и Кирилла.
– Для чего?
– Родитель Кирилла – член семьи Самого, а, соответственно, это входной билет на самый верх власти. Кстати, Татьяна для него никогда не была чем-то близким. Похоже, у него напрочь отсутствуют какие-либо чувства к дочери, как, впрочем, и к кому бы то ни было. Но она во всей этой толпе как луч света в темном царстве: сумела сохранить человеческий облик, не превратилась в мажорного отпрыска, не пытается выделиться и особо ни с кем не общается, кроме Кирилла. Кирилл – неплохой парень, и, похоже, влюблен в Татьяну, но она не отвечает ему взаимностью – они просто дружат. Однако Иезуит всегда добивался своего, а посему берегись: если станешь на пути этого вампира – тебе не позавидуешь. Я серьезно говорю: остерегайся его. Я в своей криминальной жизни всего пару человек встречал с такими повадками, и то они по сравнению с ним – дети.
– Ты уверен?
– Более чем. Давно у него работаю, и не раз был свидетелем, как он расправляется со своими врагами. Причем врагов он сам себе выбирает. Кого обманом, кого клеветой, а кого просто в могилу.
– Прямо-таки и в могилу?
– Поверь. Конечно, я не видел, чтобы он отдавал приказ или сам стрелял, но только после скандалов с ним с оппонентами начинали происходить какие-то проблемы: кого-то поймали на взятке, а кто-то просто разбился на машине. И это не шутки, поверь моему опыту.
– Знаешь, я его видел всего один раз, и он мне тоже не понравился.
– Он наблюдал сегодня за тем, как вы с Татьяной ругались.
– Мы не ругались.
– Да какая разница… Если я скажу, что он наблюдал за тем, как вы мило беседовали, – это как-то исправит ситуацию?
Оба замолчали.
– И что мне делать? – поинтересовался Андрей.
– Не знаю. Я тебя предупредил, а ты выводы сам делай – уже большой мальчик.
– Ладно, в любом случае спасибо.
В этот момент автомобиль плавно остановился возле конечной станции метро. Парни попрощались, пожав друг другу руки.
Празднование в доме Иезуита удалось на славу: и тебе клоуны, и музыканты, и цыгане, и фейерверки… Вот только Татьяне этот день подарил большие ожидания и огромное разочарование. Какое-то время она провела с Кириллом, а после просто сидела в саду на качелях и болтала ногами.
Рабочее утро Иезуита началось как обычно: помощница озвучила запланированные встречи на день, сообщила об ожидающих и хлопотавших о встрече, получила указание забронировать на вечер столик в каком-то богемном ресторане (намечалась очередная встреча с очередной особой противоположного пола), после прошло совещание с подчиненными, на котором Иезуит снизошел до выслушивания их предложений и оправданий, затем кофе-брейк с молодой сотрудницей…
И вот, когда секретарь напомнила о приближающемся времени обеда с министром финансов, в кабинет вошел личный помощник Иезуита. Здесь следует немного остановиться. Это была самая загадочная личность его окружения. Тихий, с холодным пронзительным взглядом, похожий на хищную кошку человек неопределенного возраста с лицом, не выдающим эмоций. Сотрудники недолюбливали его и побаивались, распускали о нем самые невероятные слухи и старались избегать встреч с глазу на глаз. Никто точно не знал, чем эта личность занимается, но зато все знали верную примету: если Михаил Соломонович кем-то интересовался, то у этого кого-то тут же возникали проблемы, как со здоровьем, так и с работой, и, собственно, с жизнью. Говорят, что он служил военным инструктором где-то в Африке. Однажды молодой программист, чья девушка также работала под началом Иезуита, случайно застал свою полураздетую возлюбленную в объятиях начальника… Ну и, будучи вспыльчивым и еще не совсем мудрым, наговорил обоим много нелестных слов, с использованием, безусловно, ненормативной лексики. Иезуит сделал вид, что ничего не произошло. Юноша, конечно же, уволился, а через неделю его нашли без сознания с переломанными ногами и руками, так что бедняге пришлось около года пребывать в различных лечебных заведениях (то кости неправильно срастались, то просто не хотели срастаться).
Соломонович подошел к столу и достал из внутреннего кармана вчетверо сложенные листы бумаги: