Не удержалась и положила ладонь ему на щеку, чтобы просто ощутить под своей рукой его кожу со светлой щетиной. СлЬва жреца о зависимости всплыли в голове. Нахмурилась от того, что действительно сейчас ощутила не просто желание дотронуться, а именно зависимость, нужду в этом прикосновении. Испытывая тревогу, спросила хрипловатым от волнения голосом:

– Если все случится как ты хочешь и планируешь, что будет дальше? С нами?

Придерживая меня одной рукой, осторожно спустил вдоль своего тела, остановившись на краю передвинул мою ладонь. Сердцевинки ладони сначала нежно коснулись его губы, вызвав во мне трепет, затем он лизнул ее языком, прикусил и снова лизнул. Томление разливалось по всему телу, и я не спешила отрывать свою ладонь, скорее как привязанная медленно тянулась к нему. Пламенная коса скользнула по сгибу руки и упала ему на грудь, а я положила голову ему на плечо. Голос Скайшера был хрипловатым от сдерживаемых эмоций и звучал глухо из-под моей ладони, потому что он так и не отнял ее от лица.

– Тогда хотя бы в этой жизни, я буду счастлив... мы будем счастливы! Всегда и во всем будем вместе. У нас будет семья, дети... Светлое счастливое будущее.

– У тебя и без меня было будущее...

– Нет, любимая, без тебя у меня было лишь бессмысленное существование, а сейчас начинается жизнь. Всю свою жизнь драконы готовятся к встрече с избранной. Ждут и готовятся, и лишь надеются, что судьба подарит им жизнь с любимой. Огонь в наших жилах выжигает все живое, пока не обретет пару и не успокоится, направив свое тепло на созидание, на формирование новой жизни, и только ты можешь успокоить мой огонь, сделать меня живым, Алев.

– Да, но чем я буду заниматься? Не все же время в твоем гнезде сидеть...

– Ну, можешь и к деду в гости летать... изредка... раз в год, думаю, достаточно... – что-то озорное мелькнуло в его глазах, или мне показалось.

– Ты шутишь?

– Нет, любимая, просто мое терпение не безгранично, и один раз в год я еще смогу пережить похотливые взгляды на тебя других драконов, а чаще вряд ли... – ну и как это понимать?

– А если я захочу открыть, например, свое дело в каком-нибудь городе?

Лицо дракона потемнело, глаза сощурились, а по мышцам словно пробежалась волна. И какая же мысль ему в голову пришла?

– Ну, хочешь, значит откроем. Я не против, если твоя деятельность не помешает нашей семье... – не то успокоил, не то бдительность притупил.

– Вот что-то мне подсказывает, ей помешает любая моя деятельность... вне гнезда.

Мой ироничный тон мимо Ская не прошел, но он лишь пожал плечами и отвернул свою наглую тиранскую физиономию.

– Мы пришли, любимая!

Меня с неохотой отстранили, при этом его рука опять скользнула по моим ягодицам, слегка помяв их. Раздался тяжелый неудовлетворенный вздох, затем последовало серьезное:

– Запомни, малышка, делай как я показываю и не переживай, сегодня своей тебя делать не буду, так что расслабься.

Я с подозрением покосилась на дракона, но он как ни в чем не бывало развернулся и отошел чуть дальше. Миг, и передо мной пускает огненные пузыри из больших носовых щелей золотой дракон. Прежде чем оборачиваться, с опаской подошла к нему, все же чувствовала себя неуверенно перед этим огромным животным, ну уж очень хотелось потрогать великолепное сверкающее чудо природы. Стоило мне приблизиться, чудовище вытянуло длиннющий язык и лизнуло так, что хоть выжимай рубашку. Шлепнула его по морде, а потом погладила по яркой, сияющей даже в сумерках чешуе. Хм-м-м, она только на вид гладкая, а на ощупь весьма шершавая.

– Если у меня такая же шершавая чешуя, то для меня загадка, как ты в прошлый раз свой язык до дыр не стер, вылизывая?

Резкое покашливание и громкое насмешливое фырканье, от чего язычки пламени вырвались из его ноздрей. Я даже отскочила на пару шагов с воплем.

– Эй, поосторожней! Тебе жена прожаренная нужна что ли?

Длинный остроконечный хвост змеей стремительно метнулся ко мне, обвивая от ступней до талии, а затем этот наглый дракон снова начал меня облизывать, довольно закатив глаза.

– Скай, я сейчас разозлюсь, и тогда твоему языку не поздоровится...

Раздраженный взгляд дракона, а потом его язык и хвост неохотно и медленно освобождают меня. Еще раз потрогав его великолепную чешую, отошла от него подальше и обернулась. Пока настраивала зрение и привыкала к новым размерам, топчась на месте, ко мне скользнула туша золотого. И снова излюбленная драконья ласка и флиртующее рокочущее воркование. Прямо как брачные игры голубей, когда самцы распускают оперение и воркуют, танцуя перед самками. Даже хрюкнула огнем от смеха, чем привлекла заинтересованное внимание Ская, который отвлекся от моей шеи и пару секунд рассматривал собственническим взглядом. Затем продемонстрировал стремительность и ловкость в управлении столь крупного тела, не то что я, неуклюжая и неповоротливая, даже будучи в два раза меньше его. Он снова оказался позади меня, как и в тот злополучный раз и навис надо мной, заглядывая в морду сверху.

Испугавшись, прижалась к земле, пытаясь подтянуть хвост и прикрыть им все самое важное. Снова насмешливый рык с его стороны, а затем он накрыл мои крылья своими и попытался их поворачивать в разные стороны. Я, наконец, поняла смысл его действий и, приободрившись, встала, полностью расправив крылья, позволяя начать обучение. Не меньше получаса он показывал различные маневры с крыльями, потом с хвостом, прыжки, чтобы лучше и правильнее оттолкнуться от земли. Все показывал без суеты, нервов и раздражения. Терпеливо до состояния сфинкса. И я в определенный момент растрогалась, на миг представив, что вот так же он будет учить наших детей. На этой эмоциональной волне повернулась к нему и сама лизнула его в золотую крупногабаритную морду, с набором во рту кинжалов для разделывания добычи.

Он замер всего на мгновение, затем ответил, неуверенно сплетаясь длинным языком. А я прислушивалась к своим ощущениям от вкуса его языка и чешуи. Интересно, а какая на вкус его человеческая кожа? Обвив меня крыльями, он всем телом начал неистово тереться о мое, и как в прошлый раз, потеряв контроль, забираться на меня сверху... Гад!

Змеей выскользнула из-под него и, с силой оттолкнувшись, взмыла в небо, он – за мной, стало очевидно, что мне с ним не тягаться. Наши возможности и скорости – как «ока» в сравнении с «порше», и уж я точно не последний из них. Вот так и укрепляются комплексы...

Но похоже, прохладный воздух вернул ему разум, потому что он лишь тенью скользнув надо мной и брюхом едва коснувшись спины, так и летел сверху. Теперь вновь началось обучение. Мы ловили воздушные потоки, парили и купались в них. Взлетали свечкой вверх и пикировали вниз. Зависали над лесом, иногда соединяя лапы и глядя друг другу в глаза, мы впитывали образы друг друга, запоминая навечно.

Играли в догонялки, и вот, застыв в один из таких моментов, я смотрела на Скайшера, замершего на фоне окрашенного красной короной Суара, предупреждающего о наступлении ночи, и почувствовала, как перехватило дыхание.

Всем своим существом почувствовала, как моя душа, трепеща, рванула навстречу душе золотого, а может это я... Он ощутил такой же необъяснимый порыв, потому что мы едва не столкнулись, и он обхватил меня мощными лапами и прижал к себе, спеленав в мои собственные крылья. Так и висели в небе на фоне меркнущего Суара и уходящего Дрива, Скай медленно кружил вокруг своей оси, и казалось, мой дракон убаюкивает меня или успокаивает себя...

На поляну мы прилетели спустя некоторое время, умиротворенные и еще больше сблизившиеся духовно. Как только мы обернулись, он взял мое лицо в ладони и поцеловал, кажется, каждый его сантиметр и только потом на мгновение соприкоснулся с губами. Я потянулась к нему всем телом, вставая на цыпочки, но он с тяжелым вздохом отстранился.

– Я не смогу остановиться, любимая... больше не смогу. Надо немного потерпеть, всего лишь еще немного потерпеть... – Последнее он говорил, скорее убеждая себя, чем меня, я же уткнулась лбом ему в грудь, а потом крепко обняла. – Люблю тебя, девочка моя! Невыносимо люблю...