Ксион ехал впереди и оживленно беседовал с одним из десяти жрецов, которые отправились с нами. А светлые ехали самыми последними, как мне показалось, их словно вычеркнули из нашей чертовой дюжины. Марханы даже двигались таким образом, чтобы между мной и светлыми все время кто-то из них находился. И яркие довольные всполохи в золотых глазах подсказали, что дракон их весьма в этом поддерживает.

– Я думаю, надо остановиться, чтобы ты пообедала...

– Я ела пару часов назад, ты что меня на убой откармливаешь?

– Нет, просто вижу, что ты выматываешься и хочу...

– Скай, я знаю тебя меньше недели, а ты уже ведешь себя как тиран!

– Ты не права, малышка!

– Хорошо, две.

– Гораздо дольше... – его голос прозвучал странно отстранено и хрипло.

– О чем ты говоришь? Мы встретились в Тизиулике и...

– Души драконов после смерти возрождаются вновь драконами и ни кем иным.

– Я не совсем понимаю, к чему ты ведешь.

– Я не веду, я говорю прямо. Избранная не появляется из ниоткуда, единственная моя. Наши души связаны навечно, и каждый раз возрождаясь в новом теле, мы просто ждем друг друга в очередной жизни. И ждать зачастую приходится очень, очень долго...

– А как же зеленые и тем более черные драконы?

Скайшер потемнел лицом, всматриваясь вдаль.

– Знаешь, почему твои соплеменники не все одобряют связи с зелеными самками? – я отрицательно качнула головой, а он продолжил: – Черные бездушны, а у зеленых лишь кусочек души, но они истинные животные. Лишь те драконы, которые обретают вторую сущность имеют душу. Те, кто не сумел, не выдержал и оброс скорлупой в утробе матери, теряют не только сущность, но и душу. Она идет на второй виток ожидания достойнейшего и сильнейшего. А остальным приходится ждать возвращения своей половинки, ждать и надеяться на неимоверную удачу и счастье обретения, и новой встречи...

Мне в глаза заглянули два золотых бездонных скорбных омута, и хрипловатый голос пояснил:

– Я ждал тебя пять тысяч лет, любимая, так долго, что уже потерял счет времени и связь с реальностью. – Потом снова резко отвернулся от меня и безэмоционально продолжил.

– Вот поэтов твои красные соплеменники и делятся на два лагеря: одни красные готовы закрыть на это глаза, другие – не могут смириться и поити на связь с животным, у кого лишь частичка души – ее пародия.

– А вы... золотые... бывает, что и вы с зелеными... хм-м-м, ну это...

– Тупое спаривание возможно, когда припечет, конечно, а дети у нас рождаются только от полноценных драконов. Чем выше уровень развития и сильнее магия, тем хуже совместимость, полное отсутствие возможности подобного смешения и продолжения рода Ты думаешь, почему золотых осталось так мало?

– Мало? Я думала ты один?

Скайшер усмехнулся и, подведя Серого вплотную к Тихоне, тихо сказал, при этом запуская свою пятерню мне в волосы и обхватывая затылок:

– Нас немного, по моим последним данным драконов десять осталось, но тебя я им представлю только после единения и спаривания. А еще лучше, когда ты понесешь от меня... Во второй раз!

«Хорошенькое дело, без меня, меня женили» – чуть не рявкнула я, но захлебнулась собственным негодованием. Затрудняюсь сказать, что у меня на лице было, зато его физиономия засветилась довольной усмешкой и наиграно недоуменным поднятием бровей в стиле «что это с вами, мадам?»

Освободилась из его рук, но со страхом поняла, что делаю это неохотно, лишь бы досадить. И даже отвечать на его наглое заявление не стала, все равно проиграю в словесной перепалке. А потом все же не удержалась:

– А ты не рассыплешься от старости... В свои-то пять тысяч лет потомством обзаводиться?

– Я же тебе уже предлагал проверить на крепость как всего меня так и мои яй...

– О, все-все, я поняла тебя, продолжать дальше не стоит.

Я поджала губы от очередной насмешки, при этом чувствуя, как мое лицо заливает краска стыда и смущения. Не знаю, чего больше... Эх, это в прошлой жизни среди людей я была самостоятельной, даже солидной и самодостаточной дамочкой, а здесь действительно девочка среди умудренных жизненным опытом мужчин и Юми в качестве няньки.

Еще час езды в полнейшем молчании, и каждый из нас замечает, как Дрив целует Лайванос и сливается с Суаром, рисуя ему привычную красную корону. Жрец по имени Дезей, который нас встречал в обители, объявил привал возле узкого стремительного ручья на небольшой прогалине. После вчерашних долгих прогулок и длительного пути, который мы сегодня преодолели, ноги гудели, поэтому на землю я опускалась медленно и морщась от неприятных ощущений в икрах.

Талию обхватили большие сильные ладони, и я повисла на руках Скайшера, хватаясь за его плечи. Он прижал меня к себе, в очередной раз глубоко вдыхая мой запах, что уже даже не пугало и не раздражало. Мои ладони скользнули по черному палантину, покрывающему его голову и немного натянули тонкую ткань, складками свисающую на груди и спине.

– Зачем ты его носишь?

Скайшер, не Згоропился выпускать меня из своих рук, так и прижимая к телу. Прищурился, вглядываясь в мои глаза, затем медленно, неохотно ответил:

– Липшее внимание мне ни к чему, родная! Если только твое, но не окружающих...

– Сними его! Для меня! – я игриво поджала губки и с улыбкой посмотрела на мужчину.

– Сниму, как только примешь меня как избранного, – ровный голос слегка задел – моей игры не принял и на предложение не откликнулся.

– Ты под ним такой страшный или такой красивый? – мое подначивание тоже не подействовало, он только пожал мощными плечами, от чего мои руки приподнялись вслед за ними, а я ощутила игру стальных мускулов.

– Узнаешь в любом случае, но когда я сказал, и никак иначе.

– Любишь всегда быть наверху? – ехидно спросила.

– Ну что ты... под тебя готов лечь хоть сейчас! – я вновь вспыхнула от его двусмысленного замечания, ей-богу, как невинный ребенок, а не бизнес-леди, что одним взглядом мужчин и женщин на место ставила.

ь

А он, заметив это, еще крепче прижал к себе и, наклонившись, провел носом по моему виску, а затем медленно, со вкусом прошелся языком от подбородка до виска, заодно и по моему эльфийскому уху.

Внутри все затрепетало от возбуждения и неуверенности в себе. Слишком сильный и своевольный, однозначно привык все контролировать и меня, в том числе, А я не готова отдать контроль за моей жизнью кому-то другому и не знаю, буду ли когда-нибудь. Я привыкла всегда и во всем полагаться только на себя, а с этим мужчиной так не получится. Резко повернулась к нему и заметила невыразимое удовольствие на его лице, которое он еще не успел стереть или спрятать от меня. Как и тот золотой дракон, он так же закатил глаза и пребывал в нирване, держа меня в объятиях и уткнувшись в мое ухо носом. Хм-м-м, потрясающе...

Двинула его локтем в ребра, возвращая в этот бренный мир разом, а затем высвободилась из его рук. Снова недовольный яростный взгляд, как будто я у него любимую игрушку отобрала... Я уже готова была повернуться и пойти заняться приготовлением ко сну, как он остановил меня:

– Поедим и потом полетаем!

– В каком смысле «полетаем»? – я недоуменно уставилась на него, золотистая бровь взмыла на лоб в притворном удивлении.

– А что, ты уже так хорошо летаешь, и учиться больше не надо? Сможешь поднять мархуза? Или кого-то из спутников? И при этом не убиться сама? – отметив мое молчаливое отрицательное покачивание головой, закончил. – Значит будешь учиться, мой маленький колючий дракончик! Это поможет в будущем, возможно не столько тебе, сколько твоим спутникам.

С этим не поспоришь но летать сегодня...

– Скай, у меня после вчерашнего все болит. Можно я завтра начну?

Дракон быстро шагнул ко мне, вновь прижимаясь всем телом и захватывая мои локти, а потом тихо, лишь для меня сказал:

– Мне дико нравится, как ты сократила мое имя. До тебя этого не делал никто! Только ты, это имя (только для тебя, избранная! За это я отсрочу тренировку на сутки, но завтра – без отговорок.