Я остановилась на обочине, вытащила фотографию и долго смотрела на нее. Моя девочка еще такая маленькая, ей всего десять лет. Безусловно, я доверяла Винсу и Мишель Торрини. Я доверяла им так же, как доверяла бы своей собственной матери. Я знала, что Кендалл в хороших руках, иначе я бы ни за что им ее не отдала. О ней будут хорошо заботиться, ее будут любить, как это и было в первые десять лет ее жизни.
Я смогу часто видеться с ней, и Хейли ее любит. Она не будет возражать, когда Кендалл приедет погостить.
Я закрыла глаза, отложила фотографию и сжала руль. А что, если нет никаких «нас»? Хейли ничего не сказала о нас с ней вместе. Она только сказала, что хочет, чтобы я поехала с ней. Так какого же черта ей от меня надо? Чего она хочет на самом деле?
Господи, я не знала, что мне и думать. Я ненавидела неопределенность.
* * *
Я прошла вестибюль и направилась вниз к лаборатории. Я знала, что глаза у меня красные от недосыпа и хуже того, я их едва не выплакала прошлой ночью. Чертовы слезные железы! Если бы они не выполняли нужную физиологическую функцию, я бы их удалила.
Почти всю ночь я нервно расхаживала по дому и думала, думала… У Бунзена голова закружилась, пока он сидел и смотрел, как его чокнутая хозяйка мечется вперед и назад, назад и вперед.
Ничего стоящего я так и не надумала, но я понимала, что мне нужно что-то ответить Хейли и чем быстрее, тем лучше.
Я постаралась выбросить эти мысли из головы, толкнула дверь в лабораторию и немедленно наткнулась на Саманту.
- Слава богу, Энди, ты здесь! У нас ЧП.
- Что такое?
Встревожившись, я бросила ключи и бумажник на ближайший стол и поспешила вслед за коллегой к распечаткам результатов. Я быстро пролистала их, пытаясь обнаружить проблему.
- Как это случилось? Почему?
- Ночью охладитель вышел из строя. Тот, в котором были образцы.
Я пристально посмотрела на нее.
- Нет, - выдохнула я. Она кивнула. Она выглядела так, будто сейчас расплачется. – Подожди, дай подумать. Где они?
Сэм поспешила в заднюю часть лаборатории, куда она переставила чашки Петри с образцами. Я схватила их, быстро подставила под ближайший микроскоп и вгляделась в окуляр. Нет, не может быть. Этого просто не может быть!
- Надо торопиться, Энди. Оставшиеся замороженные образцы тоже набирают температуру.
- Ты издеваешься? – я посмотрела на нее, но она только покачала головой.
- Хотела бы я издеваться.
- Черт! – я встала. – Эти уже не спасем. Проверь остальные.
Я в ярости рванула в кабинет, схватила телефон и набрала добавочный номер руководителя отдела, доктора Билла Джонса.
- Доктор Джонс, - прозвучал в трубке плавный спокойный голос.
Это подействовало на меня, как красная тряпка на быка.
- Вы должны оторвать свой зад от стула и заказать нам новые холодильные агрегаты на те деньги, которые нам обещали в начале года, Джонс! - рявкнула я.
Это было давней вялотекущей проблемой – наше оборудование часто выходило из строя преждевременно. И хотя всем лабораториям было обещано увеличение финансирования, новый финансовый год еще не наступил.
- Прошу прощения?
- Это доктор Андреа Литтман, и вы только что обошлись нам в тысячу потерянных человекочасов и сорвали исследование стоимостью миллион долларов, доктор. Наши холодильные агрегаты отказали в третий раз за последние полгода!
Я чувствовала, как мои нервы натягиваются до предела. Ситуация в лаборатории, ситуация с Хейли - все это сталкивается, наслаивается, нарастает, как снежный ком и я вот-вот сорвусь…
- Вы хотя бы представляете, с кем вы разговариваете? – теперь он тоже сильно разозлился.
- Да, представляю, но вашу задницу я буду целовать завтра. А сегодня пошевелите ею, наконец и займитесь нашей проблемой! Вы играете с человеческими жизнями, доктор Джонс! Возможно, у нас уже была нужная комбинация, но теперь мы вряд ли об этом узнаем!
- Эти образцы тоже накрылись! – прокричала Саманта из лаборатории.
- Сделайте это, … сэр.
Я повесила трубку и поспешила в лабораторию.
И часа не прошло, как на пороге возник ремонтник. К этому времени мы наполовину восстановили данные из резервной копии. И Джонс заказал для нас новехонькие, с иголочки, холодильные агрегаты.
Чуть позже мы с Самантой начали проект заново, практически с нуля. Сказать, что нас охватило уныние и печаль, значило ничего не сказать. Мы чувствовали себя так, как будто похоронили близкого родственника. В каком-то смысле, так оно и было – к тому моменту, когда страсти улеглись, мы потеряли все образцы.
Саманта ушла на ланч, не в силах наблюдать разгром в лаборатории, а я осталась сидеть в кабинете, уставившись невидящими глазами на экран компьютера. Мысли мои блуждали где угодно, но только не на работе. Хотя, где-то в глубине души я вяло размышляла, а будет ли у меня завтра работа.
Внезапно я почувствовала на себе чей-то взгляд. Я отвела глаза от монитора и увидела, что в дверях стоит Хейли. В руках у нее был коричневый пакет, и она пристально смотрела на меня. Увидев, что я ее заметила, она улыбнулась.
- Даю пятачок за каждую твою мысль, - сказала она.
- Разоришься, - усмехнулась я.
- Можно войти? – она помахала пакетом. – Ланч.
- Заходи, садись, - я ткнула рукой в сторону стула по ту сторону стола. Это у нас был стул для посетителей.
Она вошла в кабинет, положила пакет на стол, вытащила из него завернутый в бумагу сэндвич и положила его передо мной.
- Спасибо, - негромко сказала я. Честно говоря, я порядком удивилась, увидев ее здесь. Вчера все пошло не так, и хоть в этом не было моей вины, я все равно чувствовала себя неловко.
- Энди, послушай меня, я просто хочу, чтобы ты знала, ты можешь решать, что хочешь и поступать, как знаешь, но я искренне хочу быть твоим другом, и я всегда буду с тобой. Она стояла, сжимая в руках салфетку, и пристально смотрела на меня.
Я кивнула:
- Спасибо тебе.
- И я не намерена позволить тебе уморить себя голодом по той простой причине, что ты не в состоянии приготовить себе еду или, страшно сказать, купить ее.
Я криво усмехнулась и взяла сэндвич.
- Кстати о птичках, - произнесла я, глянула на нее и тут же отвела взгляд. – На кой черт я тебе сдалась? В Калифорнии?
Она вздохнула, подняла глаза к потолку, посмотрела на него, потом глянула на меня и, наконец, уставилась на собственные колени.
- Ну, этот вопрос мучает меня саму уже давно, - тут наши глаза встретились. – Для меня никогда не было проблемой завести новые знакомства, вокруг меня практически всегда было полно приятных людей, и долгое время мне этого вполне хватало. Понимаешь?
Я кивнула:
- Очень даже.
- А теперь все не так. Когда я представляю, как вернусь в Калифорнию – там, все-таки, у меня дом, друзья, работа, то умом я предвкушаю это и едва могу дождаться возвращения. Зато душой я понимаю, что без тебя возвращаться нет смысла. Без тебя мне ни к чему ни друзья, ни дом, ни работа. Я просто не представляю себе жизнь без тебя.
Хейли запнулась и опустила взгляд, уставившись на собственные руки.
Она выглядела так, будто дошла до последней степени отчаяния, а потом, к своему ужасу, я увидела, как на ее колени капнула слеза.
Я вскочила из кресла, рванулась к ней, но совладала с эмоциями и присела на край стола. Я не знала, что мне делать, но чувствовала, что должна быть рядом, и ей это тоже нужно.
Она нетерпеливо смахнула слезы и подняла голову:
- Энди, никто не проник мне в душу так, как ты. С тобой мне так спокойно, так надежно… с тобой я ничего не боюсь, - она вздохнула. – Я понимаю, что прошу слишком много, и я ничего не могу тебе обещать, но когда я думаю, что мне придется уехать отсюда без тебя, мне делается плохо. Каждый раз, когда ты у меня в гостях, я с ужасом смотрю на часы и боюсь, что ты вот-вот засобираешься домой. Я тоскую по тебе, Энди, я так хочу, чтобы ты была со мной. Ты хоть что-нибудь поняла из всего, что я тебе наговорила?