Я бросила ручку на стол и оперлась подбородком о ладонь. Почему меня это так затронуло? Обычно я легко оставляла неприятности позади, но сейчас черные мысли неотступно преследовали меня. Я не хотела терять дружбу, которая зарождалась между мной и Хейли. То есть, возможно, я просто обманываю себя, и она вообще обо мне не думает. Возможно, я для нее только способ отвлечься. Этакая забава, с которой можно поиграть некоторое время, а потом вышвырнуть вон.
Зарывшись руками в волосы, я застонала. Что за ужасные мысли… Ведь на самом деле я не думаю, что Хейли может быть способна на подобную грубость. Но я действительно не доверяла людям ее вида. Ее вида. А кто она? Каннибал? Пришелец? Я совсем спятила.
Я решила больше не заморачиваться этим. В конце концов, я не сделала ничего плохого. Подняв ручку, я вернулась мыслями к викторине. Ну, в основном.
* * *
Поудобнее устроив рюкзак на плечах, утепленных толстой лыжной курткой, я направилась в школу. Надеюсь, к выходным немного потеплеет. Мне нравился снег и холодная погода — но это уже чересчур. Кроме того, мне вовсе не хотелось закутываться, подобно Рэнди из ‘Рождественской истории’. Снег скрипел под ботинками, и облачка пара срывались с губ.
Услышав автомобильный гудок, я оглянулась через плечо. Черный автомобиль Хейли медленно тащился по дороге, параллельно моему движению. Она наклонилась к пассажирскому сиденью, каждые несколько секунд поглядывая на дорогу.
— И далеко ты надеешься так уехать? — спросила я, продолжая идти. Прошло два дня с тех пор, как я говорила с ней или видела ее. Я старалась держаться на расстоянии, не зная, сердится ли она еще на меня и сердилась ли когда-нибудь. Только сейчас я поняла, как скучала по ней. Оказывается, приятно, когда рядом есть кто-то, с кем можно поболтать, товарищ по оружию.
— Ну, я смогу уехать дальше, если ты сядешь, — голос Хейли едва перекрывал рокот мотора и гул ноябрьского ветра.
Я остановилась и посмотрела на нее. Был соблазн отпустить едкое замечание, но я решила прикусить язык и сесть в машину. Там, по крайней мере, тепло.
— Почему ты не подождала меня утром? — спросила Хейли, набирая нормальную скорость. — Вчера шел снег.
Я пожала плечами.
— Решила прогуляться, — я покосилась на нее.
Хейли смотрела на дорогу, пережидая, пока группа детей перейдет на другую сторону улицы.
— Не самый блестящий ход в твоей академической карьере, — она улыбнулась, чтобы эти слова прозвучали не так резко. — Энди, там семнадцать градусов мороза с холодным ветром. С какой стати ты решила прогуляться?
— Ну, я не видела тебя вчера, чтобы спросить, и у меня нет номера твоего телефона, — да, знаю, это прозвучало жалко даже для моих ушей. Когда я повернулась, синие глаза с раздражением смотрели на меня. К ее чести, она ничего не сказала.
— Так, какой у тебя урок перед завтраком?
— Английский. А что?
— Как насчет того, чтобы встретиться в кафетерии? Мы можем, по крайней мере, начать обсуждать твой проект. Согласна?
Я кивнула.
— Да, конечно. Ты быстро сможешь туда добраться?
— Мой класс совсем рядом, буду почти сразу же. А ты?
— Ну, как понимаешь, не ближний свет, но я пробегусь, — я улыбнулась.
Хейли припарковалась на стоянке перед школой и выключила двигатель. Парковка была уже практически заполнена, и многие ребята стояли рядом с автомобилями и болтали или шли к школе. В этот раз, из-за погоды, стоящих снаружи было меньше, чем обычно. У одного из автомобилей я заметила Келли, беседующую с Мэган. Келли смотрела на нас, в замешательстве подняв брови.
— Привет, девчонки.
Хейли махнула им рукой. Келли помахала в ответ и улыбнулась. К моему чрезвычайному удивлению, Хейли прошла мимо них, продолжая идти рядом со мной. Я посмотрела на нее.
— Ну и холодрыга, — она задрожала и обняла себя за плечи.
— Да, как в аду, — согласилась я, все еще обдумывая ее поведение.
— Так, нервничаешь из-за завтрашних боев? — улыбнулась Хейли. Она открыла стеклянную дверь, ведущую в холл, и придержала ее для меня.
— Спасибо. Нет, не очень. Люблю крушить. В конце концов, я же Сонбэ-ним.
Хейли удивленно посмотрела на меня.
— Кто?
— Старший в классе. После учителя, конечно. Он — наш Сабом-ним.
— И долго ты крушила, чтобы получить это звание?
Я усмехнулась.
— Одиннадцать лет.
— Ничего себе. Ну, ты даешь.
Мы подошли к месту, где наши пути расходились. Хейли положила мне руку на плечо.
— Ну, до скорого.
Я кивнула и смотрела на нее еще несколько секунд, пока она шла по коридору. Хейли здоровалась почти с каждым встречным и желала всем доброго утра. Прозвенел звонок, и я поспешила к своему шкафчику.
* * *
Думаю, есть какая-то причина, по которой люди, которые любят английский, ненавидят точные науки, и наоборот. Я выходила из класса, качая головой. С какой стати я должна брать произведения мертвых людей и пытаться понять их? Кого волнует, что он хотел сказать в двенадцатой строке на тридцать первой странице? Чувак мертв, и это никого не колышет.
Еще раз покачав головой, я поспешила к кафетерию, надеясь, что мы с Хейли успеем немного поговорить до того, как подойдут ее друзья. В кафетерии я сразу заметила Хейли, которая сидела за центральным столом и жевала сухофрукты из пакета. Как обычно.
— Привет, — я кинула рюкзак на пол — не было времени дойти до шкафчика.
Хейли подняла на меня глаза и улыбнулась.
— Ты быстро. Хочешь?
Я посмотрела на кусочек сушеного яблока, который она держала в руке и наморщила нос.
— Знаешь, единственное, что выглядит боле мерзко, чем сухофрукты — это сушеное мясо.
Хейли впилась в меня взглядом.
— Ну, спасибо. А я, знаешь ли, люблю сушеное мясо.
Я улыбнулась:
— Ой.
Вытащив из рюкзака материалы по проекту, я села рядом с ней.
— Ну, ты уже думала об этом?
— Нет. Не представляю, что можно написать.
Хейли взяла у меня из рук задание.
— Так, она хочет эксперимент со сравнением?
Она посмотрела на меня, и я кивнула.
— Хорошо. Ну, не думаю, что это так уж сложно, Энди. Есть масса вещей, которые можно сравнивать и противопоставлять с психологической точки зрения. Например, зависть к члену против зависти к матке — это старые споры, в которых никто не может победить. Согласна?
Я кивнула.
— Заинтересована?
Снова кивок.
— Ты ведь поможешь мне с этим, верно?
Лицо Хейли прояснилось, и она выпрямилась на скамье.
— Ты серьезно? Просишь меня о помощи?
Я улыбнулась.
— Вполне.
— Круто. Договорились.
В кафетерии становилось все более шумно по мере его заполнения детьми. Голодными детьми. Я давно выяснила, что не стоит стоять между детьми и едой. Стол задрожал от множества брошенных на него рюкзаков и учебников. Друзья Хейли начинали рассаживаться за столом. Келли встала рядом с Хейли, глядя на меня.
— Привет, девочка, — Хейли обняла Келли за талию.
Я собрала свои учебники в рюкзак и собиралась уйти, когда почувствовала прикосновение к руке.
— Останься, — Хейли смотрела мне в глаза, все еще обнимая Келли другой рукой. — Пожалуйста? Присоединишься к нам?
Я огляделась: все смотрели в нашу сторону, некоторые с любопытством, другие — удивленно переводя взгляд с меня на Хейли. Я действительно хотела уйти, но взгляд этих синих глаз не давал мне другого выхода.
— Хорошо, — я снова села за стол, чувствуя себя как бактерия под микроскопом.
Хейли улыбнулась и сжала мою руку перед тем как отпустить. Я была чужаком на неизвестной территории, окруженная аборигенами, которые не знали моего языка, и уверенная, что я на их языке тоже не говорю.
Мой завтрак оставался в шкафчике, но, оглядевшись, я потеряла аппетит. Хейли вытащила из рюкзака свой завтрак, устроив его на столе перед собой. Пакет с соком, бутерброд, пустой пакет из-под сушеных яблок и салфетки. Я с удивлением наблюдала, как она ударила по бутерброду, чтобы сплющить его перед тем, как приняться за еду. Хейли перехватила мой взгляд, и ее завтрак замер на полпути ко рту.