— Доктор Лисисайя Эйхан, ваше присутствие требуется при заключении сделки купли-продажи арксалайских огненных змеек, — капитан.
— Сожалею капитан, я исполняю ваш приказ не покидать яхту. Моя доверенность на проведение ветэкспертизы у вас есть, а печать вам передаст системмер, — это я.
Таким образом, мне удалось избавить себя от излишних скандалов и свести наши отношения с Валсторном к минимуму.
За это время яхта побывала ещё на трёх планетах, были закуплены несколько десятков различных животных, в большинстве своём хищников. Наблюдения, анализы и лечение животных занимали всё моё время. К счастью, в этот раз обошлось без беременностей и родовспомогательных операций. Частенько рядом со мной оказывался Таро, но лишних вопросов никогда не задавал и в душу не лез.
Самая невероятная покупка ожидала нас на Латиролье. Маленькая планетка, не имеющая ни каких бы то ни было полезных ископаемых, ни обширных сельхозугодий, была практически полностью покрыта лесами. Ценнейшая древесина вывозилась мизерными партиями только по специальному разрешению Службы природных ресурсов Совета миров. А вот богатейший животный мир представлял интерес не только для исследователей, но и для коллекционеров диковинок всех миров.
Плюнув на запрет Грайха Валсторна, я решила пройтись по местному рынку.
К нашему прибытию очередная ярмарка экзотических животных завершала свою работу и особо интересного нам предложить уже ничего не могли. Вольеры были пусты, биоры уже мыли их и готовили к консервации, так как следующая ярмарка будет только через полгода…
…Маленький, заросший по самые глаза, загорелый до черноты человечек, одетый в потрёпанный комбинезон космолётчика, тоже готовил к закрытию свой вольер. Но на прилавке ещё стояла огромная клетка с нахохлившейся птицей внутри. Уже сама клетка вполне могла бы стать предметом торга — старинной работы, покрытая облупившейся местами позолотой, она была украшена накладным растительным орнаментом и витиеватыми ручками. Птица явно была больна: тусклые перья бронзового цвета, полуприкрытые глаза, без интереса глядящие на окружающий мир, крылья опущены — то ли от болезни, то ли от недостатка пространства.
Что-то шевельнулось в сердце в то мгновение, когда я только увидела клетку и пленённого пернатого, и я решила любой ценой уговорить капитана приобрести эту птицу. Но для начала решила понаблюдать за продавцом.
Хозяин, плутовато взглянув в нашу сторону, вроде бы равнодушно продолжил уборку вольеров. Но взгляд время от времени так и косил в нашу сторону.
Подёргав за руку Дерека, показываю глазами на птицу.
— Лисси, оно тебе надо — не видишь, она больна. Давай лучше осмотрим всё, что осталось в продаже, — он торопливо зашагал за Валсторном, даже не посмотрев, иду я за ним или нет. Я же не могла оторваться от клетки с грустно нахохлившейся птицей.
Хозяин, узрев мой интерес, не стал долго рассуждать.
— Покупай чоркара… Покупай, женщин, последний остался! Покупай, не пожалеешь! Смотри, какой красавец, нигде такого не купишь! А как поёт! Заслушаешься! — мужичок бегал вокруг меня кругами, размахивая руками, хватал за рукава куртки, стараясь обратить на себя моё внимание. — Купи! Не пожалей денег! Или пусть твои мужчины купят!
Его бег не прекращался ни на мгновение, потряхивания становились всё сильнее, и я уже начала жалеть, что здесь задержалась. Но меня не интересовал продавец. Показалось мне или нет, но птица с интересом следила за процессом торговли. И следила осознанно. Пришлось даже встряхнуть головой. А хозяин, видя, что я не могу определиться с выбором, заливался на все лады.
— Купи птицу, женщин…! Очень редко попадается…! Почти нет их уже…! Даром отдаю…, - немножко смущало меня его произношение, но границы дозволенного он не переходил, поэтому я успокоилась.
— И что это за зверь у тебя, — Серхай, изобразив на лице вселенскую скуку, обошёл вокруг клетки. Чоркар неотрывно следил за ним взглядом.
— Ты посмотри, какой старинный клетка, — не унимался мужчина, — даром отдаю вместе с чоркаром…
— Я спрашиваю, милейший, что это за зверь, а ты мне о клетке… Что-то я раньше и не видел таких птиц, — Серхай продолжал изображать ленивое любопытство, преднамеренно раздражая продавца. Он уже не просто цедил слова, а медленно выплёвывал их в сторону мужичка, даже не удостаивая того взглядом.
— Харсайский чоркар, дорогой… Редкостная птица… Почти не осталось их… Купи — не пожалеешь! Как поёт! Как поёт! Заслушаешься, дорогой! — Мужичонка возобновил свою беготню, казалось, позабыв, что недавно наводил порядок в вольере. — Купи… Всю жизнь меня вспоминать будешь…
При этих словах Серхай брезгливо сморщился и ткнул пальцем в сторону птицы.
— А что за грязь у него в клетке?
— Так… это… слуги… не доглядели… вот, — торговец сжался вдруг весь, как от удара и постарался отвести глаза.
Тут уже не выдержала птица, заклекотав что-то на своём птичьем языке, и начав скрести лапой пол. Оттуда полетели кости, сухая трава, засохший помёт…
Мужичок задрожал, подбежал ко мне и, пытаясь заглянуть в глаза, прерывистым голосом снова начал уговаривать.
— Кккупппи, женщин, кккупппи. Ннне пожжжалеешь, — залопотал он с такой скоростью, что понятными остались только первые слоги…
Что-то не чисто было и с продавцом, и с птицей, но уж больно она мне понравилась.
— Серхай, попроси у Валсторна разрешение на покупку… Отвезём отцу в Радужный лес, — начала я шёпотом уговаривать брата, заранее зная, что он для порядка повозмущается, а потом сдастся на милость победителя, то есть мою.
— Лисси, ты что несёшь — не выспалась сегодня, что ли? Зачем отцу такая птица?
— Подарим… Или выпустим в лес — пусть живёт… Посмотри, какая она замученная? Я её подлечу, и она станет красавицей, — и снова мне показалось, что вышеназванная птица слишком внимательно прислушивается к нашему разговору, а при слове «красавица» разве что не фыркнула.
— Лисисайя, у тебя, что, проблем мало? Птицы не хватает для полного счастья? Или как она там называется? Чоркар? — Серхай начинал злиться, а доводить его до этого состояния мне не хотелось.
Не успели прозвучать последние слова, как продавец вцепился в меня мёртвой хваткой и залопотал, преданно глядя в глаза:
— Купи… Женщин… Купи… Не пожалеешь… Отцу подаришь… Ты посмотри, какой красавец! — раздавшийся дружный смех всего нашего экипажа, его, если и смутил, то ненадолго. А я никак не могла понять красавец это или, всё-таки, красавица?
— Купи… Видят боги, даром отдаю…
Цена, действительно, была смешной, и у меня даже хватило своих денег на то, чтобы купить птицу вместе с клеткой. Торговец, от переполнявших его чувств, исполнил диковинную туземную пляску и, погрозив кулаком птице в клетке, пробормотал:
— Довыпендривался, «красавец»? Теперь бабе будешь принадлежать! — После этого исчез с поля зрения так быстро, что никто даже не успел понять, в какую сторону.
Клетка оказалась неожиданно тяжёлой, и нести её пришлось Серхаю с Дереком. Но на яхте чоркара выпустили в пустующий бокс, специально приспособленный для перевозки птиц. Благодарение богам и предусмотрительности Таро.
При всём моём предвзятом отношении, в экипаже яхты работали профессионалы, а Таро, по моему скромному разумению, один из лучших грузовых помощников среди вольных торговцев Айдоры. У него всё и всегда под контролем. Вот и сейчас — о лучших условиях для чоркара не нужно было и мечтать.
Осталось провести стандартный медосмотр. Потихоньку продвигаюсь к решётке бокса. В первую очередь мне нужно приучить птицу к своему голосу, тогда легче будет с ней работать.
— Всё хорошо, птиц…, всё хорошо… Ты же позволишь тебя осмотреть? — Чоркар заклекотал с такой яростью, что я мгновенно передумала заходить к нему в клетку. — Ну что ты сердишься? Мы ведь не знаем, чем тебя кормить? — И снова яростный клёкот заставил нас отшатнуться от решётки.
— Ну что, доктор Эйхан, приобрели себе проблему? — голос капитана, раздавшийся за спиной, прямо сочился ядом.