Литмир - Электронная Библиотека

Д.Г. Байрон. Г Я У Р

   Перевёл Василий Бетаки (1960 г.)

   Спокойно море. Ветра нет.

   Ладьям далёким шлет привет

   Утёс гранитный. А на нём

   Спит вождь афинский вечным сном.

   Когда-то спас он край родной...

   Родится ль вновь такой герой

   Блаженный край! Весь год весна

   Бессменно тут царит одна -

   На островах ,что там вдали

   Видны с аттической земли

   Уединенной жизни дни

   В блаженство превратят они:

   Вершины гор отражены

   В кристалле синей глубины,

   В плену смеющейся волны.

   3емкой эдем, чудесный край,

   Где всё в цвету, где вечный май!

   И если легкий бриз порой

   Порхнет над синевой морской,

   То аромат цветов с собой

   Он принесет издалека.

   Летит на крыльях ветерка

   Дыханье розовых садов,

   Привет царицы соловьев,

   Ей сотни песен соловей

   Поёт, и каждая - о ней!

   И пенью соловья внимая,

   Краснеет роза молодая.

   Садов царице, розе роз

   Не страшен ветер и мороз.

   Зимы не зная, круглый год

   Она красуется, цветет.

   И неба, райский аромат

   Она вернет ему стократ,

   А небо улыбнется ей,

   Цветущей с каждым днём пышней,

   Так много разных здесь цветов,

Манит влюбленных тень садов,

Но много и пещер глухих -

   Приют разбойников морских

   Чьи лодки скрыты средь камней

   От проходящих кораблей,

   Пока гитара моряка

   Не зазвенит издалека.

Но лишь вечерняя звезда

   Зажжётся на небе - тогда,

   Плывут пираты в мрак ночной,

   Подобны теням под скалой,

   Закутав вёсла. Вдруг толпой

   Напали - смолк гитары звон,

   и песня превратилась в стон.

   Как странно: этот край таков,

   Что быть жилищем для богов

   Его удел: здесь жизнь светла

   Но человек, что кроме зла

   Не любит в мире ничего,

   Все губит: под ногой его,

   Как под копытами скота

   Природы гибнет красота.

   Весь этот дивный край цветет

   Без человеческих забот,

   Все здесь природа отдаёт,

   И просит лишь о том людей,

   Чтоб только не мешали ей!

   Как странно - мирный край, и он

   Людским безумьем омрачен,

   Он край разбоя и страстей,

   Кипящих в гордости своей,

   Так, словно натиск тёмных сил

   Строй серафимов сокрушил,,

   И адской злобой ослеплён,

   Сел дьявол на небесный трон!

   Так вечной радости страна

   Тиранами разорена!

   Тот, кто над мертвецом склонясь,

   Увидел смерти первый час,

   Последний час трудов и бед,

   Когда подходит мрак, и нет

   Дыханья жизни,(в те мгновенья,

   Пока не властно разложенье,

   Пока ещё его персты

   с лица не стерли красоты,)

   Кто видел ангельский покой,

   И взгляд, что замутнен тоской,

   Кто смерть в лицо увидел, тот

   Душою дрогнувшей поймет,

   Что мертвого прекрасен лик

   Лишь потому, что в этот миг

   Тирану неподвластен он,

   Но смерть еще не смерть - а сон

   Да, так невозмутимы покой

   На мертвом облике, такой

   Весь этот берег, такова

   Вся Греция: она - мертва!

   Так холодна, и так она

   Последней красотой полна:

   Огонь в душе едва угас,

   Но как прекрасен этот час!

   Ещё последний луч горит

   Над скалами... Ужасный вид:

   Сверкая, мрачный ореол

   Вокруг надгробия расцвел,

   Но вот затух последний блеск,

   И луч сознания исчез,

   И только искра, павшая с небес,

   Над той землей, которую хранила,

   Мерцает, но согреть ее не в силах!

   Край подвигов, навек живых,!

   Весь от полей до гор седых

   Надгробие свобод былых!

   Могучих повергал ты в страх,

   А что осталось? Только прах!

   Эй. жалкий раб! Ты позабыл

   О грозной славе Фермопил,

   А этот берег? чем он был?

   И ты, свободы рабский сын,

   Забыл, что это - Саламин?!

   Так сделай память давних дней

   Живою славою своей,

   В душе, а не в золе храни

   Отваги дедовской огни!

   Да, ты и себе их разожжёшь,

   И деспотов охватит дрожь,

   Восстань! И жизнь отдай в бою,

   Надежду завещай свою

   Потомкам, пусть на смерть идут,

   Иначе - от стыда умрут!

   Был за свободу поднят меч,

   И тот, кому в сраженье лечь

   Пришлось, кто кровью истекал -

   Борьбу потомкам завещал,

   И как бы не была трудна,

   Победой кончится она!

   О, Греция! Свидетель в том

   Один твой день! И этим днем

   Бессмертье заслужила ты!

   А все цари, что с высоты

   Во мрак забвения судьбой

   Низвергнуты? Лишь прах седой

   Потомкам вечность сохранит

   Во мгле безвестных пирамид.

   Всеобщим роком пощажен

   Лишь твой герой: воздвигнул он

   Столп вечной славы над собой,

   Столп выше гор земли родной:

   В бессмертных песнях старины

   Для нас живут твои сыны!

   Как проследитъ за шагом

   Твоё паденье? Ведь не враг

   Тебя сломил, а ты сама,

   Под ставив шею для ярма

   Унизила свой дух навек.

   Так раболепный человек

   Рад цепи на себе замкнуть,

   Тирану открывая путь.

   А те, кто ходит в эти дни

   Рабами по земле своей,

   Что смогут рассказать они

   О славе легендарных дней?

   Нет больше среди них людей,

   Достойных родины своей!

   Где души пламенные их,

   Что звали из долин твоих

   На подвиги бойцов?

   От колыбелей до могил

   Они без чести и без сил

   Ползут, рабы рабов.

   Любой порок и грех людской

   Владеют низменной душой,

   Нет больше доблести в сердцах,

   Нет человечности в глазах,

   Одним прославился в наш век

   Торгаш коварный, - хитрый грек:

   Лишь древней ловкостью своей

   Известен он среди людей,

   И к голосу свободы глух

   Его забитый, рабский дух.

   Ярмо ему не враг, а друг

   О нём жалеть не стану я.

   Вот повесть мрачная моя,

   И первый, кто её слыхал,

   Не зря, поверьте мне, рыдал.

   Вдали темнеет синь морская.

   И тень, с прибрежных скал сползая.

   Растет, пугает рыбака.

   И кажется издалека

   Что лодку там укрыл пират.

   Рыбак поворотил назад,

   И хоть уловом отягчен,

   Н весла налегает он,

   Пока далекий Порт Леон

   Огней слепящие лучи

   В восточной расплеснёт ночи.

   Чей чёрный конь летит как гром,

   И эхо гулкое кругом

   То стуком кованых копыт

   В ущелье диких скал кружит,

   То звонкою уздой звенит?

   Весь в пене конь, он словно вал

   Прибоя у прибрежных скал.

   Смолкает и морской прибой,

   Но всадник позабыл покой:

   Ничтожны бури всех морей

   Пред бурею в груди твоей,

   Гяур, безвестный назарей!

   Но вижу я в чертах твоих

   След потрясений роковых,

   Ты юн, но бледный, мрачный лик

   Страстями опален, и дик

   Озлобленно горящий взор.

   Вот он скользнул как метеор,

   Я понял: ненависть и страх

   Внушит османам этот враг.

   Всё ближе он, его полет

   Мой изумленный взгляд влечет.

   Как демон в полуночный час

   Промчался он и скрылся с глаз,

1
{"b":"185857","o":1}