Литмир - Электронная Библиотека

Поэтому вы, естественно, будете испытывать некоторую гордость, наблюдая за теми, коим помогли преодолеть все эти опасности.

Однако мисс Бенбоу была вынуждена напомнить себе, что Диана не особенно нуждалась в подобной помощи. Жизненные бури не слишком ее тревожили. С полнейшим равнодушием наблюдала Диана за различного рода искушениями, словно ей и в голову не приходило, что они могли быть направлены на нее. Девушка вела себя, как образованный путешественник, попавший в интересную страну. Возможно, конечная цель еще не совсем понятна, но она, несомненно, находится где-то впереди, а то, что кого-то привлекают остановки в маленьких придорожных городках, вызывает удивление да и только.

Можно радоваться, что Диана многого добилась, но ставить это себе в заслугу вряд ли будет правильно. Девушка напряженно трудилась и заслужила успех. Единственное, о чем можно пожалеть – впрочем, наверное, это неправильно, учитывая, с какими инертными и равнодушными детьми приходится иметь дело, – можно пожалеть, что у нее… ну, уж слишком яркая индивидуальность, что ли?..

К этому моменту мисс Бенбоу добралась до середины зала, и Диана заметила ее приближение.

– Добрый вечер, мисс Бенбоу.

– Добрый вечер, Диана. Я хочу тебя поздравить. Это замечательно, просто замечательно. Конечно, никто из нас и не сомневался – более того, мы были бы ужасно разочарованы, если бы обстоятельства сложились иначе. Однако такой полный успех – я даже боялась надеяться.

– Огромное вам спасибо, мисс Бенбоу. Но дело тут не во мне. Я хотела сказать, что без всех вас я бы не смогла ничего добиться. Ведь вы говорили мне, что нужно делать, не так ли?

– Ну, именно для того мы здесь и находимся, но и мы у тебя в долгу, Диана. Даже в нынешние времена стипендия, которую ты получила, делает нашей школе честь – а результаты, которые ты показала, едва ли не самые лучшие за все годы существования колледжа Святого Меррина. Я полагаю, тебе это известно.

– Мисс Фортиндейл была очень довольна.

– Ну, это еще мягко сказано. Она просто в восторге. Как и все мы.

– Благодарю вас, мисс Бенбоу.

– И, конечно, родители тоже восхищены твоими успехами.

– Да, – с некоторым сомнением согласилась Диана. – Папа рад. Ему нравится, что я буду учиться в Кембридже, потому что он сам мечтал об этом. Если бы я не получила стипендию, на это нельзя было и надеяться, мне пришлось бы поступить, – тут она вспомнила, что мисс Бенбоу заканчивала лондонский университет, и в последний момент успела поправиться: – в какой-нибудь «кирпичный университет»[3].

– В некоторых «кирпичных» очень даже неплохо учат, – заметила мисс Бенбоу с легким укором.

– О да, конечно. Просто когда ты уже что-то решила, любой другой вариант кажется неудачей. Вы понимаете, что я имею в виду?

Мисс Бенбоу не захотела вступать в дискуссию на эту тему.

– А что думает твоя мама? Она тоже должна тобой гордиться.

Диана посмотрела на мисс Бенбоу своими серыми глазами, которые, казалось, видели дальше и больше, чем глаза большинства других людей.

– Да, – ответила девушка равнодушно, – именно так она к этому и относится.

Мисс Бенбоу слегка приподняла брови.

– Я хотела сказать, что она, наверное, ужасно гордится моими успехами, – пояснила Диана.

– Но все так и есть, – запротестовала мисс Бенбоу.

– Она пытается. Мама и в самом деле вела себя очень мило, – сказала Диана, еще раз взглянув на мисс Бенбоу. – Только я никак не могу взять в толк, почему матери продолжают считать, что быть красивой, чтобы мужчины просто умирали от желания затащить тебя к себе в постель, гораздо важнее и достойнее, и что умной при этом быть совершенно не обязательно? По-моему, правильнее было бы как раз наоборот.

Мисс Бенбоу заморгала. Разговор с Дианой принимал неприятный оборот. Впрочем, есть ли у нее право пасовать перед трудностями?

– Я думаю, – серьезно проговорила она, – что следует заменить слово «достойнее» на слово «естественнее» Ведь мир «умников» для большинства матерей является таинственной книгой за семью печатями, они чувствуют себя в нем весьма неуверенно; зато большинство женщин, и это вполне понятно, считают, что являются крупными спедиалистами в другой области, что они прекрасно все понимают и могут оказать бесценную помощь своим дочерям.

Диана задумалась.

– И все же слова «достойно» и «прилично» все равно каким-то образом возникают – хотя я и не очень понимаю почему, – проговорила девушка, слегка нахмурившись.

Мисс Бенбоу чуть покачала головой:

– Тебе не кажется, что ты смешиваешь два совершенно разных понятия: приличия и конформизм? Родители, естественно, хотят, чтобы дети жили по понятным им правилам и законам. – Она поколебалась несколько мгновений, потом заговорила снова: – Тебе никогда не приходило в голову, что, когда дочь домохозяйки решает сделать карьеру, она тем самым подвергает критике жизненные принципы матери? Она словно говорит: «Та жизнь, что была вполне подходящей для тебя, мамочка, совершенно не годится для меня». Знаешь, матерям, как, впрочем, и всем остальным людям, такие идеи не очень-то по душе.

– Я никогда не думала об этой проблеме с такой точки зрения, – задумчиво призналась Диана. – Значит, получается так: в глубине души матери не перестают надеяться, что их дочери, решив сделать карьеру, потерпят неудачу и таким образом предоставят им еще одно доказательство извечной правоты старшего поколения?

– По-моему, это уж слишком прямолинейно, ты со мной не согласна?

– Но… ведь получается именно так, разве нет, мисс Бенбоу?

– Думаю, нам следует переменить тему разговора, Диана. Где ты собираешься провести каникулы?

– В Германии, – ответила Диана. – По правде говоря, гораздо больше я хотела бы побывать во Франции, но Германия гораздо полезнее.

Они еще немного поговорили о каникулах, а потом мисс Бенбоу снова поздравила Диану и пожелала ей успехов в университетской жизни.

– Я ужасно благодарна за все. И так рада, что вы мной довольны, – сказала ей Диана. – Вот что представляется мне ужасно забавным, – задумчиво продолжала она, – мне кажется, любая девушка способна стать желанной кандидаткой в жены, стоит ей только использовать свои мозги по назначению, даже если у нее их не так и много. Поэтому я никак не возьму в толк…

Однако мисс Бенбоу не дала ей снова втянуть себя в дискуссию.

– О, – воскликнула она, – вот и мисс Таплоу! Не сомневаюсь, что она просто сгорает от желания поговорить с тобой. Идите сюда.

Ей очень ловко удалось скользнуть в сторону, и в тот момент, когда мисс Таплоу начала довольно скучным голосом поздравлять Диану, мисс Бенбоу развернулась – и тут же оказалась лицом к лицу с Брендой Уоткинс. Пока она поздравляла Бренду, на пальчике которой красовалось совсем маленькое и совсем новенькое колечко, знаменующее помолвку и являющееся гораздо более значительной ценностью, чем все стипендии во всех университетах мира, она услышала голос Дианы у себя за спиной:

– Ну, быть просто женщиной и больше ничем кажется мне совершенно бессмысленным и бесперспективным занятием, мисс Таплоу. Я хочу сказать, что рассчитывать на повышение по службе тут ведь не приходится, не так ли? Если только ты не станешь содержанкой или чем-нибудь в таком же роде…

– Никак не могу понять, в кого она такая, – удивленно проговорила миссис Брекли.

– Ну, уж не в меня, это точно, – объявил ее муж. – Знаешь, мне иногда даже хотелось, чтобы в нашей семье нашелся кто-нибудь с настоящими мозгами, но насколько я знаю, таких родственников у меня не было. Впрочем, не очень понимаю, какое значение имеет то, откуда в ней это взялось.

– Я не имела в виду ее способности. Отец должен был неплохо соображать, иначе он никогда не добился бы успеха в своем бизнесе. Нет, дело в… ну, наверное, это можно назвать независимостью… Она постоянно задает самые разнообразные вопросы. Ее интересуют темы, о которых нет никакой необходимости спрашивать.

вернуться

3

То есть сложенный из кирпича, а не из камня, как три самых известных английских университета – Оксфордский, Кембриджский и Лондонский.

2
{"b":"165716","o":1}