Да, сама говорила, что-то с происшествием на ранчо не так. Но думала, мы обнаружим какие-нибудь признаки халатности или следы постороннего, из-за которого все и пошло кувырком. Могли не заметить во время побоища, а всю вину свалить на лошадей. Мелочь, на которую среагировало мое журналистское чутье и которая объяснила бы произошедшее, но ничего бы не поменяла в глобальном смысле.

Ребекку Райман убили.

И это меняло абсолютно все.

Мы уже давно знали, что гибель Трейси произошла не в результате несчастного случая, как и трагедия в Икли вообще. Хотя никаких конкретных доказательств не было. Но мы не знали, кто виновен — возможно, просто какой-нибудь сумасшедший. А теперь… Вероятность совпадения нулевая, эти две диверсии не могли устроить разные люди. И объединял обе трагедии один человек — ведущий кандидат на пост президента Соединенных Штатов Америки. Все серьезно. Очень-очень серьезно.

И очень-очень плохо. Ведь те, кто за этим стоит, с легкостью пошли на дело, подпадающее под Раскина-Уотса. То есть пересекли определенную черту, о которой многие даже не догадываются. Одно дело убийство, и совсем другое — терроризм.

— Джордж? Джорджия? — Шон тряс меня за плечо.

Я открыла глаза и сразу же инстинктивно зажмурилась. Но слава богу, вокруг царил приятный полумрак. Приподняв бровь, я оглянулась на брата.

— Привет, — облегченно улыбнулся тот. — Ты заснула. Приехали уже.

— Я думала, — торжественно ответила я, отстегнула ремень, а потом все-таки призналась. — Ну, может, вздремнула чуток.

— Ничего. Как голова?

— Лучше.

— Хорошо. Рик уже на месте. Его донимают твои беты: уже три раза звонил, спрашивал, когда мы приедем.

— Что слышно от Баффи?

Я схватила рюкзак и вылезла из машины. В прохладном гараже стояло довольно много машин. Неудивительно, сенатор ведь поселил нас в самой лучшей гостинице города. За безопасность на пятизвездочном уровне приходится платить, но есть и свои плюсы, например, такие вот подземные парковки, где сенсоры движения постоянно отслеживают прибытия и отбытия, а также кто и чем тут занимается. Поболтайся немного вокруг машин — сразу же познакомишься поближе с местной службой безопасности. При других обстоятельствах заманчиво, но сейчас у нас и так история громче некуда. Где они, старые добрые времена, когда можно было поиграться с охраной и сразу же получить материал для главной страницы сайта?

— Она все еще с Чаком, но сказала, что все серверы в полной боевой готовности и что сочинительский раздел выбывает дня на два, поэтому справляться нам, мол, без нее. — Шон захлопнул дверь и направился к лифту. — Голос у Баф был потрясенный. Сказала, что переночует у Чака.

— Ясно.

Вонг, как и большинство сотрудников сенатора, жил в «Пансионате бизнес-класса». Именно так гордо именовались несколько многоквартирных домов, которые предлагали съемное жилье на более долгий срок, чем наш навороченный отель. У него в квартире были кухня, гостиная и настоящая человеческая ванная. А у нас в номере — куча кабельных каналов и две большие кровати, которые мы сдвинули в дальний угол, чтобы освободить место для компьютеров. И на удивление приличная электрика — пробки вылетели только дважды, а для нас это почти рекорд.

Между лифтами и парковкой располагались воздушные шлюзы (не самая дорогая модель). Стеклянные двери раздвинулись, потом сомкнулись за нами, и мы оказались в маленькой герметичной камере. Гостиница дорогая, так что сюда одновременно могли войти сразу четыре человека. Хотя, видимо, немногие постояльцы пользуются таким вот удобством. Если у кого-то найдут вирус, замки заблокируются, и прибежит охрана. Так что входить туда одновременно с кем-то — своего рода русская рулетка. В такие игры готовы играть немногие.

Шон сжал мою руку, а потом мы разделились — он отошел к левому датчику, а я — к правому.

— Добрый день, уважаемые гости, — по-матерински ласковым голосом поздоровалась система.

Ее, наверняка, специально так запрограммировали — чтоб навевала приятные мыли о теплых постелях и шоколадках на подушке поутру. Успокойтесь, дорогие гости, никакая инфекция не проникнет за эти стеклянные двери.

— Пожалуйста, ваши комнаты и личные данные.

— Шон Филип Мейсон. — Брат скорчил рожу. — Комната четыреста девятнадцать.

Дома мы могли позволить себе подурачиться, но с такой продвинутой системой шутки плохи. Компьютер вполне мог принять безобидную шалость за «неспособность к самоидентификации» и вызвать охрану.

— Джорджия Каролина Мейсон. Комната четыреста девятнадцать.

Несколько секунд машина сравнивала голосовые образцы.

— Добро пожаловать, мистер и мисс Мейсон. Можно попросить вас просканировать сетчатку?

— Отвод по медицинским показателям, федеральное постановление семь-пятнадцать-А. Официально зарегистрированный случай ретинального Келлис-Амберли. Прошу предоставить мне тест по распознаванию картинки согласно акту о правах американцев с ограниченными возможностями.

— Подождите, я проверю записи.

Голос смолк.

— Каждый раз одно и то же, — прошептала я, закатив глаза.

— Просто проводят полную проверку.

—  Каждыйраз.

— Системе понадобится всего несколько секунд на поиски файла.

— Сколько раз мы уже заходили в этот лифт?

— Может, они таким образом проверяют на вирус: забудешь ты про это глупое федеральное постановление или нет.

— А я бы с радостью забыла про твое глупое…

— Мисс Мейсон, — снова ожило переговорное устройство, — спасибо, что известили нас о своем положении. Пожалуйста, посмотрите на экран. Мистер Мейсон, пожалуйста, встаньте на линию, нарисованную на полу, и посмотрите на свой экран. Проверка начнется одновременно.

— Везет же некоторым с ограниченными возможностями, — проворчал Шон, встал на линию и широко раскрыл глаза.

Мой монитор мигнул и перешел из режима сканирования в режим проверки. Я кашлянула и прочитала текст:

— «В декабре — я помню — было это полночью унылой. В очаге под пеплом угли разгорались иногда. Груды книг не утоляли ни на миг моей печали». ^[21]

— Спасибо, хватит, — поблагодарила система.

Перед нами в стене поднялись вверх два черных пластиковых щитка, под которыми обнаружились металлические панели.

— Мистер и мисс Мейсон, пожалуйста, положите руки на диагностическую панель.

— Прекрасно, правда? Она не говорит нам, прошли мы проверку или нет. — Шон приложил ладонь к металлической поверхности. — Вполне возможно, они просто отвлекают наше внимание, а сами в этот момент вызывают охрану.

— Круто, спасибо, мистер Оптимист. — Я последовала его примеру и сразу же почувствовала, как в руку впилась игла. — Еще чем-нибудь порадуешь?

— Ну, Рик свирепствует. Махир, наверное, уже стал свидетелем спонтанного самовозгорания.

— Надеюсь, это кто-нибудь заснял.

— Мистер и мисс Мейсон, добро пожаловать в отель «Пэриш Уестон Сьютс». Надеемся, вам у нас понравится. Пожалуйста, сообщите, если мы как-то можем улучшить ваше пребывание здесь.

Система закончила рассыпаться в слащавых любезностях, двери, ведущие к лифту, раздвинулись и тут же снова закрылись за нашими спинами, запечатывая воздушный шлюз.

— Спасибо, что выбрали гостиницу компании «Уестон».

— И вам того же, — огрызнулась я и нажала на кнопку вызова.

За последние несколько лет мы добились невероятных успехов в искусстве перемещения людей из точки А в точку Б. Ведь зомби поубавили когда-то считавшееся естественным человеческое стремление бродить в одиночестве по опасным темным закоулкам. В нашей гостинице была единая система шахт и девять лифтов. Всем заведовал центральный компьютер, направлял их по самому быстрому маршруту и предотвращал столкновения. Уже секунд через пять двери распахнулись, и мы зашли внутрь. Кабина скользнула вбок и начала быстро подниматься так, чтобы оказаться у ближайшего к нашему номеру выхода.

— Какие у нас задачи? — уточнил Шон.

— Разобраться с форумами, проверить общее состояние, отчитаться и раздать инструкции. Я вытащу всех своих в онлайн, даже если придется из кроватей выдергивать. А ты вытащишь своих.