Принц Тень выполз из-под крыла, поднялся и взглянул вверх, прямо в немигающий страшный глаз.
— Будешь завтракать? — спросил он. — Нет? Тогда поехали.
Неужели он решится оседлать это чудовище? Сэлд подобрал шлем, и Острый Коготь наклонил огромную голову, чтобы хозяину легче было надеть его. Невероятно! Орлы — умные твари, но если они вдобавок захотят сотрудничать с людьми, тогда жизнь изменится в корне. Он закрепил седло и поспешил открыть шоры. Сэлд рисковал, но больно уж ему не терпелось проверить, как поведет себя птица теперь. Может, он сошел с ума или у него галлюцинации? Он спустился за крюком и поднялся обратно, сматывая веревку. Острый Коготь следил за ним.
А потом слегка приподнял крылья.
Орел отказывается от «воздушного змея»; он пытается сказать: «Позволь мне лететь!»
«Нет, Сэлд, ты определенно спятил».
— Ладно, Коготок. — Он привязал веревку к седлу. — Передаю командование тебе.
Сэлд опять стучал зубами от холода. И опять заныла каждая косточка. Небо по-прежнему было усыпано звездами, но освещение горных вершин изменилось, на них лежала какая-то тень. Тень Орлиной Вышки. Или дело в том самом долгожданном изменении ветра? Как бы то ни было, они близки к перевалу. Если подъем не прекратится, ему не выдержать.
Острый Коготь повертел головой туда-сюда, напрягся, сделал несколько неуверенных шагов и вновь застыл.
Сэлд спешился. Птицы передвигаются по скалам с крайней осторожностью: ходоки они неважные. Орел нашел удобную взлетную площадку, то есть такую, где ветер был сильнее всего. Хозяин его забрался в седло, раздумывая, не ущипнуть ли себя хорошенько. Чтобы чудеса наконец кончились.
— Эдак ты и говорить научишься, старый разбойник! — пробурчал он.
Острый Коготь пригнулся, распростер крылья и прыгнул. Вокруг заплясали острые зубья скал, а через секунду человек и птица взмыли вверх и ринулись навстречу потоку ледяного воздуха.
Сэлд во всем положился на Острого Когтя, теперь тот сам принимал решения. Однажды орел остановился отдохнуть и приземлился так резко, что когти заскребли по камню и ему не сразу удалось восстановить равновесие. При всем желании наездник не смог бы спешиться в этом месте. Да желания человека и не принимались в расчет. Хватит, наигрались в «воздушного змея»!
Тряска и холод стали просто невыносимы: они на перевале, догадался Сэлд. И вдруг почувствовал, что ветер дует в спину. Несущийся с Верхнего Рэнда ураган поднял их, чуть не швырнул на крутой утес, видимо, крайнюю заднюю точку Вышки, потом они завернули вправо, и буря стихла. Ликующий вопль вырвался из груди Сэлда, он торжествующе, благодарно потрепал гребень Острого Когтя — и сразу же отключился.
* * *
Очнулся он от страшной головной боли, ничего хуже Сэлд сроду не испытывал. Острый Коготь скользил над широким ущельем.
Принц Тень совсем окоченел. Пальцы на руках и ногах онемели, наверное, он отморозил их. Но впереди — Аллэбан, он добрался до него по Дороге Мертвеца. Его имя войдет в историю, его запишут рядом с именами немногих смельчаков, чей подвиг повторил безвестный лейтенант Харл.
Ущелье кончилось, они летели над прекрасной зеленой страной. Сэлд слышал, что Аллэбан далеко не так беден, как прочие поселения Рэнда, но ничего равного он после Рэнджа еще не видел. Поля, чудесные маленькие коттеджи, возделанные склоны холмов, залитые ярким солнечным светом. Ни следа типичных для Рэнда обрывов, беспорядочно нагроможденных скал и валунов — мягкие, пологие склоны, долины, множество небольших запруд, а от них отходят каналы, по которым поступает на поля живительная влага.
Сэлд вдруг почувствовал, что весь вспотел в своем теплом летном костюме; ноги и руки начинали отходить и жутко болели.
Острый Коготь повернул голову. Дикие орлы! Над ним и сбоку кружилось несколько диких орлов.
У Сэлда упало сердце. Лук и колчан со стрелами потеряны где-то по дороге, да и все равно он не смог бы стрелять против ветра. В отчаянии он обратил взор на землю и решил использовать в качестве убежища кучку крестьянских домиков.
Но Острый Коготь не обращал внимания на команды хозяина.
Не надеть ли шоры, не заставить ли орла подчиниться своей воле? Но Принц Тень передумал. Будь что будет. Он устало приник к спине птицы. Ему было почти безразлично. Двое диких орлов заняли позицию справа от Острого Когтя, трое — слева, но держались они на почтительном расстоянии и вовсе не угрожающе. Нечто вроде почетного эскорта. Или его взяли под стражу? Не об этом ли говорил Вонимор? Да и Укэррес рассказывал что-то о том, какой потрясающий дрессировщик этот Карэмэн. Неужели в Аллэбане орлы выполняют приказы людей и без всадника на спине, точно собаки?
Они мчались над полями, и крестьяне глазели на них разинув рты — словно орел с наездником бог знает какая невидаль. Изгородей было мало, а скота не видно совсем, зато на дорогах полно велосипедистов[6].
Острый Коготь сделал крутой вираж, покружил над небольшой деревенькой. Еще пара взмахов усталых крыльев, и он ловко приземлился на ближайшей посадочной площадке, слишком маленькой, чтобы называться гнездом. Несколько лестничных маршей вели к прочной стене, с которой орел мог взлететь вновь.
Тишина, мир, теплое солнышко.
Сэлд погладил алый гребень — и на сей раз ощутил ответный трепет. Острый Коготь тоже был доволен.
* * *
Сэлд снял рукавицы. Десять пальцев, а боль, словно их не меньше шестидесяти. Он хотел было спешиться, но смог лишь вывалиться из седла и мешком рухнул на площадку. Чуть погодя он попытался собраться с мыслями. Голова кружилась, в груди точно огнем жгло, горло саднило.
Проблема номер один: здесь, похоже, нет цепей, поэтому Острого Когтя придется оставить в шорах.
Проблема номер два: ни колпачков, ни багров для их надевания тоже не видно.
Надо хоть седло снять. Он с превеликим трудом поднялся на ноги.
— Разрешите вам помочь, — произнес спокойный голос за спиной Сэлда.
Принц Тень резко повернулся, перед глазами опять все поплыло, он зашатался и тяжело опустился на землю. Перед носом у него выросли две пары ног; одна — в коричневых заплатанных штанах, владелец второй — ноги у него были тонкие и молодые — обходился и вовсе без штанов. Кто-то подставил Сэлду костлявое плечо и помог встать.
— Шесть ступеней, — услышал Сэлд глухой, старческий голос. — Не спеши.
Почти повиснув на этом маленьком, хилом человечке, Сэлд сполз по ступенькам вниз, там он остановился и оглянулся. Голоногий подросток проворно забрался на спину Острого Когтя и возился с пряжками шлема.
— Колпачок, нет колпачка! — пробормотал Сэлд, рот был словно песком набит. — Остановите его!
— Все в порядке, — успокоил старик. — Он не причинит нам вреда.
И тут здоровенные, голые по пояс детины с радостными ухмылками на простодушных лицах, сплетя «креслом» сильные руки, подхватили и подняли Сэлда. От них пахло сеном и потом. Шлем Острого Когтя упал на землю у стены. Орел повернул голову и сверкнул глазами на хозяина. Принц Тень опять попытался крикнуть, но вышло лишь хриплое карканье. Мальчишка спрыгнул на площадку и принялся за седельные подпруги. Парни развернули Сэлда и понесли прочь, не обращая внимания на жалкие попытки сопротивления.
Мелькали какие-то строения, деревья; низенький старичок в коричневой одежде с обветренным лицом и шапкой абсолютно белых волос шел рядом. Рослые парни примеряли свои шаги к его. Старик поглядывал на Сэлда со смесью изумления и восхищения.
— Поздравляю, — заговорил он.
— С чем? — выдавил Сэлд.
— С покорением Дороги Мертвеца.
Над ними промчалась темная тень, и Сэлд в страхе втянул голову в плечи. Огромный коричневый дикий орел кружил вокруг. Парни остановились, чтобы Сэлд полюбовался удивительным зрелищем — дикарь подсел на насест к Острому Когтю, в клюве у него висела туша овцы.
— Какого черта?! — вскричал Сэлд, вернее, хотел вскрикнуть, но получилось нечто довольно невразумительное.