Литмир - Электронная Библиотека

Она действительно чувствовала усталость. А кроме того, ей было ужасно неуютно и даже стыдно. Она повела себя как капризная дошкольница. Кажется, и доктор заметил ее смущение, но ничего не сказал.

– Значит, настало время перекусить. Вам лучше всего лечь. Наш персонал о вас позаботится!

Появилась сиделка, которая при помощи особого пульта управления привела головную часть кровати в вертикальное положение. Теперь пациентка могла сидеть в ней, как в большом кресле. Откуда-то сбоку женщина извлекла спрятанный столик, развернула его и установила прямо перед сидевшей пациенткой. А затем вопросительно посмотрела на доктора.

Тот, потрепав пациентку по руке, сказал:

– Итак, вы же не против того, чтобы подкрепиться? Или хотите по-прежнему голодать?

Женщина мотнула головой и ответила:

– Нет, не хочу!

– Ну вот и отлично! – заявил весело доктор, и сиделка исчезла из палаты, чтобы вернуться через минуту с подносом, на котором находились пластиковые коробочки. Она сноровисто расставила их перед пациенткой, сняла крышки, и по палате распространился аромат горячей еды.

Больная заметила в небольшой открытой коробочке две пилюли, круглую бирюзовую и овальную красную. Она отодвинула их от себя и заявила:

– Никаких таблеток я принимать не буду!

– Но как же так… – начала сиделка, но доктор поднял руку, и она мгновенно замолкла.

Пациентка же, сделав глоток апельсинового сока, повторила:

– Никаких таблеток я принимать не буду, пока не узнаю, что со мной случилось и почему я здесь нахожусь.

Доктор пожал плечами и указал сиделке на таблетки:

– Прошу вас, уберите их!

Женщина нехотя убрала коробочку с таблетками, и по выражению ее лица было видно, что она не согласна с решением своего шефа.

Допив сок, пациентка приступила к бульону с клецками. Доктор тактично вышел, заявив, что скоро вернется.

Когда он возвратился, пациентка уже принялась за пюре с жареной камбалой.

– Надеюсь, вам у нас нравится, – заметил он, а она произнесла:

– У вас – это где? В тюрьме? Решетки на окнах, двери, которые нельзя открыть изнутри, камеры наблюдения… Все это очень странно!

– Если вы думаете, что попали в тюрьму, то ошибаетесь! – заявил врач с жаром. – Сетка на окнах – это забота о безопасности наших пациентов. Потому что далеко не все являются такими образцовыми, как вы. Двери же во всей клинике сделаны так, что замок автоматически срабатывает, если их захлопнуть. Даже в моем кабинете! И никто не мешает вам покинуть палату и прогуляться, скажем, в нашем чудесном парке. Только вы не воспользовались всеми преимуществами нашей клиники, потому что до сегодняшнего дня почти все время спали!

Чувствуя, что ее неудержимо клонит в сон, пациентка сказала:

– Я хочу знать, что со мной случилось… И почему я здесь… И как скоро я смогу покинуть вашу клинику…

– У нас нет никаких секретов от наших пациентов! – ответил доктор. – И я отвечу на все ваши вопросы. Только сейчас, как мне кажется, вам надо отдохнуть. А завтра… Завтра мы поговорим о том, что с вами случилось!

Безымянная пациентка хотела возразить, но у нее ничего не вышло. Потому что слабость сковала ее, в ушах шумело, а веки закрывались сами собой. Она пробормотала еще что-то, однако слов разобрать было нельзя. А затем женщина погрузилась в сон.

Доктор постоял около нее, взял за кисть, измерил пульс, а затем оттянул вверх веко. Сомнений быть не могло – пациентка не притворялась, а действительно спала.

В палату вернулась сиделка, и доктор указал на поднос. Она беспрекословно взяла его и прошептала:

– Кажется, проблем с ней все равно не оберешься…

Доктор качнул головой и заметил:

– Ну что же, метод же экспериментальный, еще до конца не отработанный. Однако проблем не будет, уверяю тебя. Потому что мы их себе позволить не можем. Ни мы, ни наш заказчик!

Они вышли из палаты и прошествовали в соседнее помещение, представлявшее собой небольшой наблюдательный пункт. На стене располагалось не меньше дюжины телевизионных экранов, на которых можно было видеть каждый уголок палаты безымянной пациентки.

Она же, накрытая одеялом, мирно спала. Доктор остановился перед одним из экранов и, наблюдая за женщиной, вынул мобильный телефон. Когда абонент ответил, врач произнес:

– Она пришла в себя. Да, примерно полтора часа назад. Вела себя несколько агрессивно, однако нам это знакомо, не так ли? В прошлый раз все было гораздо хуже.

– Вы предлагаете повторить процедуру? – произнес собеседник, и доктор ответил:

– Мы повторили ее в общей сложности четыре раза. И прогресс налицо. Однако не стоит перегибать палку, потому что это может привести к непредсказуемым последствиям. При наиболее неблагоприятном раскладе она лишится всех воспоминаний – всех и окончательно. Мои эксперименты показали, что подобное наступает не позднее шестого или седьмого раза.

– У нее пока только четвертый! – заявил собеседник. – Так что еще один раз можно попробовать без вреда для ее глубинной памяти!

Доктор вздохнул и ответил:

– И все же я советую воздержаться от этого. Ведь у каждого индивидуальная реакция на процедуру. Некоторые превращались в двуногие «растения» и после двух раз. Организм у нее сильный, однако во время проведения последней процедуры некоторые показатели заставили меня насторожиться. Я вам говорил об этом. Боюсь, пятый раз может привести к плачевным последствиям. Однако это всего лишь мое мнение как эксперта. Решать в итоге вам…

Собеседник молчал секунд тридцать, а потом произнес:

– Ну что же, я положусь на ваше мнение. Вы ведь как-никак эксперт. Тогда приступайте ко второй части спектакля!

И, не прощаясь, повесил трубку. Доктор вздохнул и тихо чертыхнулся. Когда имеешь дело со всеми этими богатеями, надо настроиться на то, что обращаться они с тобой будут как с прислугой. «Вы ведь как-никак эксперт». Что за тон, что за формулировки! Он и есть эксперт – единственный в мире!

А эта пациентка, находившаяся в особом, закрытом, корпусе его клиники в гордом одиночестве, была совершенно особым случаем. Совершенно особым…

Потому что он ввязался в игру с очень высокими ставками. Просто колоссальными. И это значило: ему тоже причиталась определенная часть пирога.

Ключом ко всему была девчонка. Доктор снова посмотрела на фигурку, которая лежала на кровати, укрытая одеялом. Ведь все могло повернуться иначе… Но теперь уже ничего не поделаешь! Конечно, она была не пешкой в этой кровавой шахматной партии. Скорее даже королевой. Но ведь и королеву можно устранить…

В комнатку заглянула сиделка, почтительно поинтересовавшаяся:

– Дмитрий Антонович, а как быть с дозой? Оставлять на том же уровне или уменьшить?

Доктор рассеянно взглянул на сиделку и произнес:

– Пока оставьте на том же уровне, а дальше посмотрим. И не забывайте каждый раз предлагать ей таблетки.

– Да, разумеется! – осклабилась сиделка и исчезла.

Таблетки, которые девчонка отказалась принять – бирюзовая и красная, – были всего лишь плацебо, абсолютно безвредной смесью фруктового сахара и толченого мела. Но ведь пациентка этого не знала! А пребывала в уверенности, что никаких медикаментов не приняла.

Но в итоге все же приняла: они были подмешаны в апельсиновый сок. Пока за девчонкой требовался контроль. Ее нельзя было выпускать из поля зрения ни на секунду. А вот что будет дальше…

Дальше начнется отлично срежиссированный спектакль!

Она снова открыла глаза и уставилась в потолок. Такое ощущение, что это уже было. Так и есть, было – вчера? Или это было позавчера? Или, быть может, много тысяч лет назад? Нет, конечно же, вчера, когда же еще!

Она посмотрела в окно, полуприкрытое шторой, а потом перевела взгляд на камеру под потолком, в углу. Она сама убедилась в том, что камера не работала. И хотела даже перерезать провода, однако, слава богу, не сделала этого.

3
{"b":"153437","o":1}