СВИДЕТЕЛЬСТВО ОЧЕВИДЦА: «…Я помню, как озверевшая толпа двинулась с площади в город. Когда никто из руководства не вышел на площадь, они пошли по городу, заполняя улицы. Шли, наклонив головы чуть вперед, руки или в карманах, или держат арматуру… И раскачивали и переворачивали все машины, которые попадались на пути, даже автобусы… Это был такой ужас, что меня до сих пор трясет, когда я об этом вспоминаю.

И тогда в Душанбе возникли отряды самообороны. Это был поразительный опыт. В микрорайонах собирались такие отряды, в которые входили таджики, евреи, русские… У меня муж был в таком отряде. Они охраняли от погромщиков входы в подъезды, подходы в свой микрорайон, придумывали какую-то самодельную сигнализацию (рельс), носили белые повязки… Отряды самообороны просуществовали дней десять, собираясь по вечерам и дежуря по ночам…» (Воспоминание очевидца. Сайт «Фергана news», 1 марта 2010 года).

На исходе второго дня после приезда Орлова в Душанбе они вместе с начальником отдела поехали в один из микрорайонов, чтобы встретиться с бойцами отряда самообороны, которые всего несколько дней назад стойко отражали нападения одурманенных наркотиками и алкоголем молодчиков. Дело в том, что днем все эти люди работали на своих рабочих местах: кто на заводе, кто в какой-нибудь конторе, кто на транспорте – а вечером, чтобы исключить любую возможность повторения случившегося, дежурили у своих домов. Жгли костры, кипятили чай, переговаривались между собой. Вооруженные охотничьими ружьями, они готовы были дать отпор любому посягательству на их дома и квартиры.

Еще у всех в памяти были страшные дни беспорядков, когда банды головорезов врывались в дома, выбрасывали людей из окон на улицы, с улюлюканьем преследовали женщин и девушек. Тех из них, которые не были одеты в национальные таджикские одежды, валили наземь и насиловали. И все это делалось под вопли пьяных, накурившихся и нанюхавшихся молокососов, размахивающих железными прутьями, цепями и нунчаками[21]. Звенели разбиваемые стекла в окнах домов и витринах магазинов, горели подожженные автомобили, с грохотом падали на асфальт сшибаемые толпой телефонные будки.

СВИДЕТЕЛЬСТВО ОЧЕВИДЦА: «…Мы с мужем в тот день допоздна сидели в здании ЦК КП, я передавала последнюю информацию, и в наши окна швыряли камни. Когда мы вышли на улицу, уже смеркалось. Мы попали в самый водоворот толпы. Я в ужасе натянула на голову что-то, похожее на платок. Толпа утекла в другую сторону, и мы быстро пошли домой по пустынному городу, нормальные люди все попрятались…» (Воспоминание очевидца. «Душанбе – 1990. Русский взгляд». Сайт «Russkie.org», 2 марта 2010 года.)

СВИДЕТЕЛЬСТВО ОЧЕВИДЦА: «…В Душанбе как раз началась заваруха, они сидели в гостинице, смотрели, как на улице избивают русских, потом таджики ломанулись в гостиницу и по спискам искали русских. Участники съемок забаррикадировались по номерам. Ночью гостиницу оцепили десанты и удерживали до подхода БТРов[22]. Катани нарядили в броник и сферу, он их снял только в самолете и сразу бухать, а на трапе он сказал, что у нас круче, чем у них на Сицилии. У съемочной группы, по-моему, кто-то погиб из руководства…» (Обсуждение на форуме. Сайт «Десантура. ру», 3 апреля 2004 года.)

Жители районов Душанбе, подвергшихся нападениям бандитских групп, с помощью местных властей смогли довольно быстро организоваться в рабочие дружины, установить круглосуточное дежурство во дворах жилых домов и на предприятиях, забаррикадировать подходы и подъезды, наладить связь между собой для отражения нападения бандитов. Это позволило уже на второй день отразить многочисленные попытки погромов в жилых кварталах Душанбе и остановить кровопролитие.

Прапорщик, закончив изучать удостоверение Орлова, молча вернул его и отдал честь. Мол, можно проходить. Орлов слегка кивнул и пошел к лестнице. Кабинет первого зампреда был на втором этаже.

– Он здесь, – сказал прапорщик в трубку телефона, стоящего рядом, и, не дожидаясь ответа, положил ее.

– Товарищ генерал-майор, я должен вас поблагодарить за предоставленную мне возможность хорошо поработать, – произнес Орлов, прощаясь с зампредом. – Несмотря на сложную обстановку, ваши сотрудники сделали все для того, чтобы я смог выполнить свою задачу. Мы побывали во многих районах города, мне удалось переговорить со множеством людей и сделать некоторые выводы…

– Какие, например? – заместитель председателя испытующе посмотрел на Орлова.

– Во-первых, Мирзо Усманович, я убедился, что отряды самообороны оказались очень серьезной силой против бандитов. Я буду докладывать своему руководству в Москве, что подобную систему организации отпора националистам можно было бы использовать в аналогичных ситуациях…

– А какое мнение у вас сложилось о деятельности КГБ Таджикистана в этой обстановке?

– Я убедился, что сотрудники всех подразделений Комитета действовали решительно. Взаимодействовали с органами внутренних дел и с отрядами самообороны. Мне кажется только, чуть-чуть запоздали в первый день…

– Вам, Андрей… – генерал запнулся, посмотрел на бумажку, лежащую перед ним, – …Андрей Петрович, я думаю, нетрудно представить, что здесь творилось тринадцатого. Ведь и сейчас в нашем городе не очень спокойно…

– Я это заметил.

– Ну так вот. Мы действовали сообразно обстановке. И действовали, как теперь видно, неплохо. Ладно, работа закончена. А посмотреть что-нибудь удалось?

– К сожалению, Мирзо Усманович, времени совсем не было. Так, прошел по магазинам…

– Вылетаете в Москву вечерним рейсом, да? В настоящей таджикской чайхане еще не были?

– Не был.

– Я, к сожалению, очень занят. Совещание будет в Совмине… А наши товарищи вас свозят в чайхану «Рохат». Настоящий наш национальный ресторан… Попробуете нашу шурпу и манты!

– Спасибо, товарищ генерал, но я лучше проехал бы чуть-чуть по городу. А то был в Душанбе, а ничего в городе не видел…

– Успеете еще. Город посмотрите и побываете в чайхане. – Зампред встал из-за стола, протянул Орлову руку. – Передавайте привет Сергею Васильевичу. Счастливого пути!

– До свидания! Спасибо за все! – Орлов пожал руку и вышел из кабинета. До отлета самолета осталось почти семь часов.

Андрею не удалось отвертеться от посещения чайханы. Но начальник инспекторского отдела, поговорив с кем-то по телефону, сказал, что приятное можно будет совместить с полезным.

– Хотите посмотреть Варзобское ущелье[23]? Это самое красивое место в Таджикистане. А заодно пообедаем там. Идет?

– Ну что ж, давайте. Я согласен, – сказал Орлов, чувствуя, что хозяева не мыслят отпустить гостя без посещения чайханы. – Только давайте вернемся в Душанбе чуть пораньше. Я хотел купить какие-нибудь сувениры для детей и жены.

– Проблем нет, Андрей Петрович. За четыре часа управимся и вернемся назад. Выезжаем прямо сейчас.

Он опять набрал какой-то номер и скомандовал шоферу:

– Исмат, давай к подъезду. Сейчас едем в Варзоб. Ты заправился? Хорошо.

Через пятнадцать минут Орлов вместе с начальником инспекторского отдела и еще одним сотрудником ехали в «Ниве», за окном которой сначала мелькали типовые дома микрорайонов Душанбе, а затем запестрел голыми стволами деревьев и невысокими домами пригород.

26 февраля 1990 года, утро.

Душанбе. Административное здание в центре города

– Хайдар, они сейчас едут в Варзоб.

– Зачем?

– Наверное, ущелье смотреть, озеро… Думаю, что и обедать будут там…

– Ну и что ты надумал?