– Вы – вахтер? Так?

Теперь пришла очередь Игоря Викторовича растеряться. Он рассеянно одернул на себе куртку. Стоящий в дверях Чуйкин усмехнулся. Ему была отлично известна манера Рослякова вести разговоры. Рваная и вроде бы совершенно бессмысленная. Не каждый умел приноровиться к подобной беседе.

– Да…

– Кто последним ушел из раздевалки? Вам ведь, насколько я понимаю, должны были сдать ключ, верно? Давайте черканем в этом вопросе немного конкретики.

– Что сделаем? – не понял Игорь Викторович.

Росляков остался невозмутим.

– Так кто уходил последним?

Вахтер размышлял над ответом секунд двадцать. Не больше.

– Мне казалось, что Денисов. Старший тренер команды…

– Стоп! – Росляков склонил голову набок. – Секунду! Что значит «казалось»? Вы в этом не уверены?

– Ну… Я был уверен. До того, как… До того, как Нина Сергеевна обнаружила Агафонова… То есть тело Агафонова… То есть труп, я хочу сказать… – Игорь Викторович определенно не знал, как сформулировать собственную мысль, но Росляков и не думал приходить ему на помощь. Он продолжал ждать. – Виталий Борисович покинул здание почти сразу после игры. Потом он вернулся… Когда разошлись все, кроме Денисова. Я видел, как он входил… А через какое-то время ушел Денисов. Он прошел мимо меня, попрощался, но ключ не сдал… Я и подумал, что главный еще в раздевалке. Однако он так и не появился. И я… Я решил, что просмотрел, как он в очередной раз ушел. А Денисов просто забыл сдать ключ. Мне казалось, что это единственно разумное объяснение.

Росляков нахмурился.

– Секунду! – вновь произнес он. – Давайте черканем еще немного конкретики. Вы могли просмотреть, как ушел Агафонов; следовательно, вы могли и просмотреть, как кто-то посторонний заходил на территорию.

– Нет! – Игорь Викторович отчаянно замотал головой, но при этом Росляков заметил, как собеседник потупил взгляд. – Постороннего я бы заметил.

– Уверены?

– Разумеется. Посторонний – это же не свой. Я бы заметил. На своих глаз как бы замыливается…

– То есть с ваших слов получается, что старший тренер команды Денисов должен был быть последним, кто видел Агафонова живым?

– Получается, что так…

– Ясно. А какое-то время – это сколько? – Росляков прищурился.

– Простите? – Игорь Викторович даже оглянулся на Чуйкина, словно хотел заручиться его поддержкой. – Не понял вашего вопроса.

– Вы сказали, что Агафонов вернулся, а через какое-то время ушел Денисов. Я хочу знать, что вы вкладываете в определение «какое-то время». Черканем немного конкретики. Сколько именно прошло времени между возвращением Агафонова и уходом Денисова?

– Не могу сказать точно, – Игорь Викторович повел плечом.

– Скажите хотя бы приблизительно, – не отставал Росляков. – Пять минут, полчаса, час…

– Минут десять, я думаю.

– Понятно.

Взгляд Рослякова вернулся к Нине Сергеевне. Пару минут Алексей молча размышлял о чем-то, собираясь обратиться к женщине с очередным вопросом, но в итоге так ни о чем и не спросил. Передумал.

– На данный момент у меня больше нет вопросов.

Чуйкин сокрушенно покачал головой. На его взгляд, все это было не более чем пустая трата времени. Но озвучивать свою точку зрения следователь райпрокуратуры не стал.

Темноволосый мужчина в черном костюме расположился на самой верхней трибуне и с этой точки наблюдал за тренировкой детской команды. Кое-кто из ребят, по его мнению, подавал очень неплохие надежды. В особенности один. Кучерявый паренек лет десяти напористо лез вперед, не боялся выкатываться на «пятачок», «пускал там корни», отчаянно бился, не уступая в борьбе даже тем, кто был выше его на голову… Типично канадская манера. Среди российских воспитанников подобную технику и подобную решимость встретишь нечасто. Мужчина в черном костюме был знаком с игрой канадцев не понаслышке…

Пареньку последовала непростая передача с синей линии, но он легко и быстро разобрался в ситуации. Подбил клюшку противостоящего ему игрока, пропустил шайбу у себя между коньков, поймал ее на крюк и бросил в дальнюю «девятку». Вратарь не успел среагировать на его молниеносные действия – ловушка взметнулась вверх слишком поздно. Шайба, чиркнув по перекладине, оказалась в сетке. Кучерявый победно вскинул вверх обе руки, как это делали взрослые.

Тренер свистнул и жестом подозвал к себе того, чью клюшку подбил кучерявый. Вместе с ним подкатились еще двое. Тренер начал что-то старательно втолковывать своим подопечным. Паренек, привлекший к себе внимание мужчины в черном костюме, прокатился к дальнему борту, резко затормозил и тут же подался влево, словно уходя от незримого силового приема. Со стороны трюк получился более чем эффектным.

Мужчина в черном улыбнулся.

– Чем это ты так заинтересовался? – Чья-то рука опустилась ему на плечо.

Мужчина обернулся.

– Ты опоздал, Роберт, – не без укора произнес он.

– Застрял в пробке. Так на что ты там глазел?

Худощавый тип с огромными навыкате глазами и раздвоенным подбородком, которого мужчина в черном назвал Робертом, тоже опустился на скамейку. Выудил из внутреннего кармана куртки компактную флягу, открутил крышку и неспешно сделал глоток. Мужчина в черном явственно уловил аромат рома.

– Будешь? – предложил Роберт.

– Не употребляю.

Роберт пожал плечами, еще разок сделал глоток и спрятал флягу. А его собеседник уже смотрел на лед, где по свистку возобновилась прерванная тренировка. На этот раз отрабатывалась игра в большинстве. Кучерявый парнишка занял место не в атаке, а на позиции левого защитника. Игроки ловко расчерчивали лед передачами, заставляя обороняющуюся сторону спешно перестраиваться то в «большой», то в «малый» квадрат, и при этом всякий раз выводили на бросок именно кучерявого. Уже со второй попытки ему удалось поразить ворота.

– Хорош! – Мужчина в черном прищелкнул языком.

– Кто хорош? – спросил Роберт.

– Вон тот, светленький. Будущий Осин! Это я тебе говорю.

Роберт настороженно покосился на собеседника. Шутит или нет? Вроде бы все серьезно… Но почему такое сравнение? Почему именно с Осиным?

– Мне сегодня звонили, – произнес он после недолгой паузы. – Утром. Нужно срочно искать кого-то вместо Агафонова. Мне так и было сказано: срочно! Ситуация, в которой мы оказались… Ник! Ты слышишь меня?

Мужчина в черном неохотно оторвался от созерцания тренировки. Игроки поменялись местами, и теперь кучерявый уже занял место в обороняющейся четверке. Самоотверженно кидался под шайбу, блокировал, но, откровенно говоря, выглядел уже не так ярко, как в атаке. Это сразу бросалось в глаза.

– Я тоже никогда не играл в меньшинстве, – задумчиво произнес Ник. – У всех свои козыри. Одна из задач тренера – разобраться, кто для какой игры подходит лучше всего.

Роберт облизал губы. Иногда ему казалось, что легче ломать людям кости, чем общаться с напарником. Ник был парнем со странностями. Однако с этим приходилось мириться.

– Ты меня-то слышал? – уточнил он.

– Слышал. Только кто будет искать замену Агафонову? Мы, что ли, с тобой?

– Дело не в том, кто будет искать…

Тренер свистнул, когда брошенная шайба угодила в маску голкиперу. Тот снял шлем. Судя по внешности, ему было не больше восьми лет. Совсем еще ребенок. Ник негромко вздохнул.

– Ты уже слышал о том, что к расследованию подключилась служба безопасности Роскомспорта?

Роберт кивнул.

– В этом нет ничего особенного.

– Да, если дело все равно спускают на тормозах, – не согласился Ник. – Но тот парень, который приезжал сюда вчера вечером, не поверил в естественную смерть Агафонова. Он собирается копать.

– Пусть копает, – не слишком уверенно откликнулся Роберт. – Тебя это волнует?

– Лично меня – нет. Но ты сам упомянул о ситуации, в которой мы все оказались. И утренний звонок тоже был не просто так? Верно? Найти замену Агафонову! – Ник презрительно фыркнул. – Тоже мне, важная птица. Стоит только свистнуть и… Таких Агафоновых вокруг пруд пруди. Вопрос в другом, Роберт.