– Мы уже почти приехали. Вот за тем поворотом мой загородный дом. А пока я хочу, чтобы ты знала…
– Да? – пробормотала она, так как Чейз в нерешительности замолчал.
– Прости за все! – Напряжение в салоне машины сразу спало. – Скажи только одно слово, и мы вернемся, – он кивком показал в сторону города. – Но, пойми, мне было невыносимо видеть, как эти мужчины похотливо облизываются, глядя на тебя.
– Невыносимо, потому что ты испытываешь ко мне какие-то чувства? Или из-за платья?
– И то, и другое, – буркнул он и заметил, что ее лицо сразу посветлело.
– Я хотела, чтобы ты был рядом, Чейз.
– Неужели? – Надежда затеплилась в его груди. – А мне казалось, что ты даже не думала обо мне.
– Я звонила много раз, но ты не брал трубку, – Тесса печально покачала головой. – Даже автоответчик молчал.
– Я разбил его.
Она удивленно раскрыла глаза.
– А новый пока еще не купил, – он смущенно пожал плечами. Не станет же он ей говорить, что каждый день приходил домой с надеждой найти от нее весточку на автоответчике. А однажды не выдержал и всю свою злобу выместил на аппарате.
– Я пыталась связаться с тобой.
– А прийти? А позвонить в офис? Ну хоть какой-нибудь знак подать. Я бы мигом примчался.
– Но ты ведь сам приходил ко мне домой, неужели не мог хоть раз дождаться, когда я вернусь.
– Я старался не докучать тебе! И еще боялся, что ты снова прогонишь меня.
Чейз резко затормозил перед коттеджем и выключил мотор.
– Я тоже всего боялась, – еле слышно прошептала она.
Но Чейз ее уже не слышал, он вытаскивал сумки с заднего сиденья и из багажника и заносил их в дом.
Войдя в прихожую, они смущенно остановились, словно передавая инициативу друг другу.
– Хорошо, – наконец проговорила Тесса, хитро улыбнувшись и скинув на пол накидку.
– Что хорошо? – не понял Чейз.
– Хорошо, что в доме нет никого, кроме нас, потому что, красавчик, я собираюсь поиграть с тобой в одну весьма опасную игру, – с этими словами она ухватилась за лацканы смокинга Чейза и, притянув того к себе, крепко поцеловала. Чейз застонал и заключил ее в объятия. То, о чем они оба так долго мечтали, наконец-то случилось. И желание, накопившееся за долгие дни ожидания, вырвалось наружу и захлестнуло их. Они принялись лихорадочно стаскивать друг с друга одежду, бросая ее на пол.
Чейз не мог сдерживаться. Он так долго мечтал об этой минуте. Так сильно любил Тессу. Его отчаяние, обида, жажда чувствовались в каждом прикосновении к ней. Он знал, что был немного грубым, но Тесса сама подгоняла его. Ее ногти царапали ему спину, зубы впивались в плечо. Они вместе стремительно приближались к вершине наслаждения…
Потом они долго лежали, не в силах пошевелиться или вымолвить хоть слово, и реальный мир с его проблемами медленно-медленно возвращался к ним.
– Я люблю тебя, Тесса, – он приподнял голову и посмотрел на нее.
– Я тоже люблю тебя, – прошептала она, обхватив ладонями его лицо. На глаза набежали слезы. – Люблю.
Он ласково провел пальцами по ее губам, закрытым глазам, затем опустил руку ниже и принялся осторожно играть ее сосками, с улыбкой наблюдая, как у нее в ответ задрожали веки.
– Держу пари, что у меня вся спина в царапинах.
– А я держу пари, что твой вопль разбудил бы и мертвого. – Она самодовольно усмехнулась, но глаз не открыла.
Тогда он стянул с Тессы плед и, обнажив темный треугольник между бедрами, прильнул к нему губами. Тесса выгнула спину и тихо простонала: – Да, да, мой милый!
Чейз проснулся от запаха кофе. Открыл глаза и тут же зажмурился от яркого света, струившегося в окна. Он был один. Дымящаяся чашка кофе стояла на ночном столике, как напоминание о том, что пора вставать и встречать новый день.
Но как раз именно этого ему и не хотелось. Новый день грозил возвращением к прежним проблемам, они ведь так и не успели поговорить. И хотя прошедшая ночь вселяла надежду, что все осталось позади и что им удалось без всяких объяснений сказать друг другу самое важное, легкий страх оставался: а что, если, утолив страсть, они поймут, что стена непонимания все еще не разрушена. Неужели опять придется что-то доказывать? Пусть лучше Тесса вернется в постель и они вновь займутся любовью. Боже, какая потрясающе страстная женщина! Почти полночи они провели без сна, а тело просило продолжения, столь увлекательно разнообразными и искренними были ее ласки: то нежные, дразнящие и исполненные томлением, то страстные, будто вливающие в кровь расплавленное искрящееся золото… Чейз приподнялся на локте и увидел разбросанные в беспорядке по полу вещи. Будто вихрь вчера пронесся… Сумка Тессы была открыта и из нее выглядывало кружевное и потрясающе сексуальное белье. Ах, Тесса, маленькая колдунья! Она специально его одурманила и довела до безумия: вначале нарядами, затем кокетством, а потом и собственным телом. Все до мелочей продумала, коварная, наверняка решила, что бурная ночь смягчит его, сделает покладистее. Так оно и вышло. Впрочем, какая разница! Лишь бы еще раз испытать подобное счастье, подумал Чейз, поднося к губам чашку с горячим кофе. В ту же секунду он понял, что Тесса стоит на пороге, прислонившись к притолоке, и рассматривает его.
– Привет, – сказала она со смехом, ведь стоило Чейзу увидеть ее, как в нем проснулось желание, о чем убедительно свидетельствовала мгновенная реакция его тела. – Значит, мы уже проснулись, – двусмысленно добавила она, устремив взгляд чуть ниже, на его бедра.
– Сама виновата! – отозвался Чейз, закрываясь простыней. – Зачем носишь такое возбуждающее белье? На Тессе был темно-бордовый кружевной лифчик и узкая кружевная полоска ткани внизу. – По-моему, ты говорила, что не можешь натянуть их на бедра.
– С той поры я немного похудела. Все-таки мужчины – очень сообразительный народ! Но, извини, я хочу поговорить с тобой серьезно.
– Да? – испугался Чейз, с трудом переводя взгляд с будто выставленного напоказ роскошного тела Тессы на ее лицо.
– Ну наконец-то ты соизволил взглянуть на меня, – с улыбкой проговорила она. – А чтобы ты не отвлекался, я лучше надену халат. Нам надо серьезно поговорить.
У Чейза заныло сердце. Начинается! А он вместо того, чтобы готовиться к решающему сражению, расслабился – и теперь хоть сразу сдавайся. Он уселся поглубже на кровать, скрестив ноги и поставив на колено чашку с кофе.
– Ты специально так вырядилась, чтобы привлечь мое внимание? Ты ведь прекрасно помнишь, что ты была именно в этом белье, когда я впервые целовал тебя тогда в магазине. А теперь после артподготовки атакуешь? Что и говорить – стратег!
– Так получилось. Нечаянно, – покраснела Тесса. – Откуда я могла знать, что еще тебе нравлюсь? Ты ведь несколько недель избегал меня, словно чумную, а вчера вдруг…
– Я тебя избегал? – перебил он ее и выпрямился, едва не опрокинув чашку. – Разве это не ты настаивала, чтобы мы не виделись?
– Чейз, я не имела в виду, что ты должен уйти так надолго.
Она многозначительно поглядела на него, нервно поигрывая поясом халата.
– Ты просто-напросто дурачила меня, – пробурчал он, глотнув для подкрепления кофе.
– Я неоднократно пыталась поговорить с тобой, но ты все твердил о своем, а меня слушать не хотел. Уходил и, поскольку ты у нас строитель, воздвигал стену между нами все выше и выше. Что, по-твоему, я должна была делать?
– Может быть, попытаться сломать стену. – Чейз поставил чашку с кофе на столик. – И проявить чуть больше настойчивости. И не отгонять меня постоянно.
Она уперлась коленом в кровать, потом села, сложив руки на коленях.
– Я никогда не отрицала твоего права на посещения Кристофера.
– Правильно, – согласился он и, нахмурившись, отвел глаза, – ты отрицала мое право на встречи с тобой. – Он простонал, и она прочла в его глазах многомесячную обиду. – Я чувствовал себя неприкасаемым. После рождения Кристофера, Тесса, я видел, что всем твоим близким открыта дверь в твою жизнь, а мне нет. Знаешь, как это обидно? – Он ударил кулаком по кровати. – Ты что, не могла вытерпеть и минуты рядом со мной?