Тигрица прошла за ним и за ней двинулись еще двое малышей. Они прошли некоторое расстояние и первый малыш остановился. Мать снова улеглась и дети играли с ней, поглядывая на Мин.

Мин поднялась и пошла к ним. Тигрица так же поднялась и зарычала. Мин снова легла и тигрица несколько подождав взяла самого смелого детеныша в зубы и понесла назад. Остальные двое пошли за ней, а затем за ними пошла и Мин. Один из бежавших позади отстал и Мин подобрала его взяв в зубы так же как это делала мать.

Она пронесла его за тигрицей и та обернувшись увидела своего тигренка в зубах Мин. Первый тут же грохнулся на землю и тигрица развернувшись с рычанием помчалась на Мин.

Мин положила тигренка на землю, тот запищал и заковылял к матери. Та вылизала его все время фыркая, а Мин пошла в сторону и подошла к лежавшему недоеденному зверю.

Тигрица зарычала побежав на Мин и Мин сама зарычала так что тигрята тут же забились под скалу, а мать шарахнулась назад и залегла. Мин еще раз зарычала несколько тише и выдрала из тела жертвы большой кусок мяса.

Она пошла от тигрицы и подошла с ним к людям. Все стояли молча. Мин прошла к какому-то большому камню и положила на него мясо.

— Что такое? — Зарычала Мин. — Что, и это мясо вы не едите? Тоже ядовитое? Нет уж. Теперь вы меня не обманете. Это обыкновенный буйвол, которых подают в ресторанах по семь ринн за сто грамм. Может, вы брезгуете что я его немного покусала?

— А почему ты сначала дала его тем зверям? — Спросил Карен.

— По законам джунглей. — Ответила Мин. — Первым ест самый сильный. А остальным что достанется. Вы без меня и этого бы не получили. Так что давайте, ребята. Делайте с ним все что нужно. И пусть у меня кто нибудь хотя бы попытается умереть с голоду. Проглочу не моргнув глазом.

— Мин, надо что-то сделать с Кженом. — Сказала Лэй. — Ему становится хуже.

— Ну так не кормили беднягу, вот он и страдает.

— Я серьезно, Мин.

— Я тоже серьезно. Его надо как следует накормить тройной порцией. Тогда ему сразу полегчает. Я ему такой допинг ввела, что он у меня с хорошей пищей за неделю выздоровеет. Вот народ! Все позабыли! — Сказала Мин и превратилась в женщину. Она взяла свой рюкзак и через несколько минут уже жарила мясо. — Лэй, растолкай их, что бы все ожили. — Сказала Мин.

Люди стали подходить, а затем запах жареного мяса погнал всех и вскоре у всех уже были куски. Мин разбудила Кжена и сама стала кормить его, а через некоторое время он уже сам брал у нее куски и ел.

— И где же твой закон джунглей? — Спросил Рик, когда Мин передала очередной кусок мяса Кжену. — Он не сильнее, а съел уже больше.

Кжен раскрыл рот и перестал жевать.

— Ешь, Кжен. — Сказала Мин. — У нас этого мяса вагон и еще одна тележка. А ты Рик попробуй отбери у него этот кусок. Ну, давай, Рик, попробуй.

— А чего ты на моей дороге стоишь? — Спросил он.

— А где хочу, там и стою. По закону джунглей. Хочешь подойти к моему котенку, одолей сначала меня. Понял?

— Не совсем.

— Объясняю популярно с примерами. — Сказала Мин. — По закону джунглей прав сильнейший. В нашем случае это я. И уж если мне захотелось кого накормить побольше, мне никто не помешает.

— А чего вы спорите? — Спросил Кжен.

— Рик хочет поспорить со мной в силе. — Ответила Мин.

— Но ведь ты не пробовала сильнее я тебя или нет. — Сказал Рик. — Я имею в виду только когда ты человек, а не этот…

— Крылeв. — Сказала Мин. — Мой вид называется крыльв.

— Крылeв? — Удивился Рик. — Интересно бы звычала фамилия Человек.

— Все объясняется просто. У нас не было фамилий. Пришел какой-то пентюх. Спрашивает, как фамилия? Мы говорим, не знаем, у нас вроде как их нет. Он спрашивает, как вы называете всех с своей семье. Называем всех крыльвами. Вот он и записал фамилию Крылeв. А это название всего вида.

— И когда это было?

— Ох давно. Еще в бытность мою девчонкой, когда поступала в школу. Мне тогда, как раз пятьдесят лет исполнилось.

— Снова шутишь?

— Нет. Здесь никаких шуток. Бывала я во многих перделках. И человеком успела закончить школу. И среднюю и высшую. Только на другой планете.

— Ты случайно не шпионом работала?

— Во! Тогда, как раз, шпионом. Одна наша знакомая учила нас как надо сидеть за столом, как держать вилки ложки и для чего они вообще. Когда привык есть мордой, не сразу и поймешь зачем это надо брать в лапу какую-то железку, потом на эту железку нацеплять пищу и этой железкой отправлять ее в рот. Было проще носом в тарелку, языком хвать и в рот.

— И кто вас так учил?

— Я сейчас не помню кем она была. Помню, что была не наша, но любого крыльва могла уложить в два счета. Она нам долго вбивала в голову, что людей есть нельзя, а когда вбила улетела. И, больше мы ее не видели. А может видели, да я не помню. Я сейчас вспоминаю все по кусочкам, словно живу две жизни параллельно. Одну здесь, а другую в воспоминаниях.

— И что ты вспомнила сегодня?

— Лучше не спрашивай. Такой кошмар, что и во сне не приснится. Все убийства на Махре ничто по сравнению с тем что я вспомнила. Все. — Мин развела руками деля знак, что больше не говорит на эту тему. — Наелся, Кжен? — Спросила Мин.

— Да. — Ответил он. — Я как-то странно себя чувствую.

— Так и должно быть.

— Я что ты ему ввела, Мин? — Спросил Рик. — Может, это поможет многим другим?

— Смерть Мин Крылeв мало кому поможет.

— Почему смерть?

— Потому что я ввела ему свою кровь.

— Боже ты мой… — Проговорила Нита. — Да ты с ума сошла! Он же мог…

— Ничего он не мог, Нита. Я прекрасно знаю как действует моя кровь на людей.

— Мин, эти звери идут сюда. — Сказал Карен.

— Ладно. С людьми я малость поговорила, пойду говорить со зверями.

Мин вышла навстречу бредущим по пещере зверям и став птицельвом улеглась на виду у тигрицы и ее детей. Те пошли в сторону и в обход. Мин прошла так же, держа оборону и все четверо зверей направились назад, глядя на Мин и на людей.

Когда Мин снова перегородила им дорогу к людям, они встали, а затем разошлись в разные стороны. Мин с рычанием бросилась вперед на тигрицу и та сделав два прыжка влево и вправо пошла на Мин.

Мин метнулась в сторону шустрого детеныша, направившегося к людям и тот не успел даже спрятаться, как оказался в ее зубах, завизжал и зарычал.

Два других детеныша дали деру, а мать бросилась к Мин защищать свое дитя. Мин оставила перепуганного тигренка. Тот унесся с поля боя, и в этот же момент тигрица с рычанием налетела на Мин. Мин вывернулась и резким движением лап перевернула нападавшего зверя, уложила его на землю и легла сверху, придавив своей массой.

Тигрица пыталась вырваться, но не сумела, а Мин сначала начала трепать ее за ухо, потом за шею. Зверь накоторое время был в недоумении, а Мин добавила ему каплю своего воздействия и агрессия тигрицы растворилась. Мин продолжала с ней заигрывать и у той появились ответные реакции…

Закончилось все высшим наслаждением, которое испытала тигрица как в моменты брачных игр. Мин снова играла с ней и та заигрывала без всякой агрессии.

Трое тигрят лежали где-то в стороне, наблюдая за матерью и Мин, которые затем поднялись и так же заигрывая побежали рядом.

Тигрица в какой-то моемнт словно опомнилась, встала глядя на Мин, заворчала чего-то недовольно и пошла прочь к своим детям. Мин вернулась к людям и легла неподалеку.

— А когда станет темно? — Спросил кто-то. — Эти тиграны нас достанут.

— Значит, надо найти такое место, где не достанут. — Ответила Мин.

— Может лучше…

— Не лучше. — Ответила Мин. — Хотите убить мать с тремя детьми? Это преступление. И это преступление даже если они звери. Тем более, тиграны.

— Почему тем более? — Спросила Нита.

— Потому что они под защитой Закона о Природе. Их осталось совсем немного на Гаре.

— И ты одного убила.

— Да, надо было его оставить. — Сказала Мин. — Съел бы он Кжена и черт с ним. Таких как Кжен хоть пруд пруди. Это ты хотела сказать, Нита? Ладно, пойду посмотрю где можно от них спрятаться. И попробуйте вызвать кого нибудь по радио. Может, услышат с этой стороны горы.