— Да, Мин.

— А теперь, Лэй, я скажу тебе некоторые вещи, которые ты должна принять. Существует живое и не живое. Ценность живого несравнима с ценностью неживого. Никакие горы золота не могут заменить жизнь. А если у тебя есть жизнь, то получить горы золота не стоит ни малейшего труда. Золото, деньги, драгоценности это ничто. Они имеют некую ценность здесь, на планете, на тоненькой пленочке живой материи, оплетающей планету. Как только ты вылетишь с этой пленочки, все материальные ценности этого мира прекращают для тебя свое существование. Ценность имеют только пища, воздух, место жительства и свобода передвижения. Кем бы ты ни была, каким живым существом, пищей для тебя может быть только живое или продукты живого. Есть более высокоразвитые существа, для которых пищей является чистая энергия. Энергия света, электричества, энергия ядер атомов. Ни ты, ни я, не являемся этими высшими и для нас пищей может быть только живое. Растения или животные, кому как хочется, кому как нравится. Сейчас, пока мы здесь, на твоей планете, у нас есть воздух, территория для жизни, свобода перемещения и достаточное количество пищи. Мы свободны во всем и от всего. Ты сейчас со мной, Лэй и ты так же свободна. Ты свободна во всех своих действиях и желаниях. Мы свободны от всех законов, установленных кем либо. Мы не свободны лишь от законов природы, которые действуют всегда и везде. Все остальные законы мы устанавливаем для себя сами. И они зависят только от нас самих. Мы устанавливаем сами, ценность чьей жизни для нас выше. Так же делают и другие. В этих оценках могут возникнуть противоречия. И тогда спорщиков рассуждает закон. Установленный кем либо или закон природы. В конечном итоге, каковы бы ни были установленные законы, спор решает только один закон. Закон силы. Прав тот кто сильнее. Сильнее телом, разумом, духом или еще чем либо. Все решает сила. Как в физике. Действие, противодействие. Разные силы могут складываться или вычитаться. Есть у тебя сила — ты побеждаешь. Нет — проигрываешь. А проигрыш в жизни, это смерть. И потому ты должен только побеждать. Всегда, во всем, во всех своих делах. Ты можешь в чем-то проиграть, в чем-то уступить, но ты должен победить в главном. Ты должен победить в жизни. Ты поняла, Лэй?

— Я поняла. — Ответила она лежа под Мин. — Ты сильнее меня и ты будешь мною распоряжаться по закону силы. Я слабее и что бы победить в главном, то есть в жизни, я должна в чем-то уступить. И в нашем случае, я должна поступиться своей свободой.

— Ты правильно все поняла, Лэй. Я сильнее, и я заберу у тебя огромную часть свободы. Ты будешь ходить со мной как привязанная. Но, все же по отношению к любому другому человеку у тебя будет значительно больше свободы. И это закон. Закон устанавливаемый природой. Мы обязаны его выполнять. И если он не будет выполнен. Если ты, например, не станешь поступаться своей свободой и, например, пойдешь в лес. Тут же вступит в действие закон силы, но не между мной и тобой, а между тобой и зверем, который прыгнет на тебя с дерева. И тогда ты проиграешь в главном. Ты потеряешь свою жизнь.

— А как этот закон объясняет то что ты сильнее меня, но я все еще жива?

— Очень просто. Существует еще один закон. Каждый всегда делает то что он хочет. Ты мой друг и я хочу что бы ты была жива. И если я сильнее всех во всей округе на целую милю, то никто не сможет нарушить моего желания.

— А когда тебя кто-то заставляет что-то делать, ты тоже выполняешь свое желание?

— Закон силы плюс закон желания и твое первое желание оказыватся остаться в живых, и тогда ты поступаешься в свободе и твое желание что либо делать начинает совпадать с желанием того кто тебя заставляет это делать. Если ты упрешься и не захочешь идти, то тебя никто не заставит это сделать, если тебе будет наплевать на свою жизнь. Любое твое действие происходит через твой мозг и оно не может произойти, если ты этого не захочешь.

— И эти законы оправдывают действия преступников, которые совершают насилие?

— Эти законы никого не оправдывают и не обвиняют. Это законы природы. Они всего лишь объясняют.

— А как они применяются к физике?

— Закон силы, думаю, очевиден, а закон желаний применим только к жизни.

— И для деревьев?

— У них, конечно, довольно своеобразные желания, но их в принципе можно сформулировать.

— И только эти два закона? И все?

— Нет. Есть много разных законов. Например, закон сохранения жизни и закон сохранения рода. Каждый вид жизни желает жить и желает продолжить свой род. Если отсутствует первое или второе, то этот вид вымирает. И, как следствие этих законов для всего вида, они отражаются в каждом из нас. Отсутствие того или другого приводит к тому же концу, но только для народов или отдельных семей.

— И что делать, если ты теряешь что-то из этих двух?

— Например, если ты теряешь желание жить, ты кидаешься под поезд или пускаешь себе пулю в лоб. А я зажигаю в себе неуправляемую термоядерную реакцию.

— А куда девается закон сохранения массы, когда ты превращаешься то в большую, то в маленькую?

— Думаю, он никуда не девается. Просто каждый физический закон имеет определенные границы применимости. И тот закон сохранения массы, который ты знаешь неприменим лично ко мне.

— То есть в тебе другой закон физики?

— Он не другой. Он тот же самый, но он в другий условиях и та формула, которая тебе известна в этих условиях неверна.

Лэй раскинула свои руки и сделала вид, что обнимает Мин.

— После всего этого наш отряд мне кажется каким-то далеким и нереальным. — Сказала она.

— И все дела с ремонтом машины, со стоянием в очередях за зарплатой кажутся мелкими и никчемными. — Сказала Мин.

— И мы вернемся туда?

— Вернемся.

— А зачем? Нам здесь так хорошо. — Сказала Лэй.

— Ну так и прекрасно, Лэй. Мы сделаем свою работу там и вернемся сюда, что бы развлекаться. Пять секунд туда, пять секунд обратно. Не так уж и много времени на дорогу.

Лэй рассмеялась.

— Какая же я глупая. Такой простой вещи не сообразила. А что ты сделаешь со своим домом?

— А у меня в банке столько денег лежит. Пущу на ремонт.

— А зачем? Он же нам не нужен.

— Нам не нужен, а кому-то нужен. Представь себе приходит ко мне в дом наш командир и видит то что мы там увидели. У него глаза на лоб вылезут. Представляешь, каким он станет уродом?

Лэй и Мин снова смеялись.

— Жаль, что у нас не может быть детей. — Сказала Лэй.

— Почему не может? Вдруг через сто лет я что нибудь придумаю?

— Через сто лет? Я же не доживу.

— Да? — Зарычала Мин. — Ты думаешь я такая слабая, что не сумею справится с какой-то глупой смертью? Знаешь, что я тебе скажу. Если ты умрешь, то я тебя съем.

— Ты действительно можешь что-то сделать? — Спросила Лэй.

— Что-то! Она говорит что-то! Я могу сделать все, Лэй. Хочешь я сделаю так, что тебе будет не пятьдесят без хвостика, а двацать с хвостиком?

— Ты вернешь меня в прошлое?

— Нет, Лэй. Никакого прошлого. Ты останешься какая есть только будешь молодой.

— И что для этого надо сделать?

— Провести ночь в моем желудке.

— А те люди, которых ты съела, тоже стали молодыми?

— Те люди были уже мертвыми, и я их съела что бы утолить голод, а не омоложать мертвецов.

— И ты так можешь омолодить кого угодно?

— Я так могу съесть кого угодно. А омолодить только тебя.

— Почему?

— Потому что на других у меня нет ни желания ни силы.

— Да-а. — Проговорила Лэй. — Размечталась старая дура.

— Это я старая дура? — Спросила Мин.

— Да не ты, а я. Какой человек не пожелает себе вернуть молодость, Мин?

— Ну, этого добра сколько хочешь. Одни испугаются. Другие не поверят. Третьи не пожелают по настоящему. Я, конечно загнула на счет ночи в желудке.

— А сколько?

— Ни сколько. Я могу это сделать с тобой в любой момент при наличии твоего желания.

— А если я захочу прямо сейчас?

— Если. — Ответила Мин. — Я знаю почему возникает если. Я думаю, Лэй, спешить незачем. Сейчас можно жить как раньше, а потом может появится и желание, не будет если, и это окажется ко времени. Знаешь сколько я натерпелась из-за того что пришла изниоткуда? Если ты станешь молодой, получится то же самое. Только ты точно не сумеешь съесть своих мучителей.