— Нет, Наставник пробыл на Риюнай недолго и не посчитал нужным отрывать меня от учёбы, — выдавила я, наконец.
— Как мило! — фыркнула мать, отпивая вина и передёргивая плечами.
— А ещё мне сказали, — продолжил всё тем же будничным тоном отец, опираясь рукой о спинку кресла матери, — что в вашу академию прибыли… ангелы по обмену.
Я сглотнула.
— Да, прибыли, — хрипло ответила я, уже зная, чем это всё закончится.
— И? — отец окатил меня ледяным взглядом. — Почему я должен вытягивать из тебя новости клещами? И почему я узнаю, что моя дочь уже почти четыре месяца работает в паре с… — ножка бокала хрупнула и сломалась, на пол упал хрусталь, вино и смешавшиеся с ним капли крови из порезов на руке, которые мгновенно затянулись, — с ангелом?! — радужка отца разошлась и побагровела, а зрачки медленно вытянулись. Крылья за его спиной дёрнулись в порыве раскрыться, но он их всё же удержал, хотя кончики их продолжали подрагивать. — Отвечай!!! — уже не голос, а звериный рык, заставивший меня вздрогнуть и непроизвольно опустить взгляд. И это было ещё одной моей ошибкой.
— Не смей отводить глаза, когда с тобой разговаривает отец! — прошипела мать, а вилка в её руке погнулась, давая тем самым мне понять, что оба родителя сейчас готовы наброситься на меня и порвать на маленькие кусочки
Справившись с собой, я подняла взгляд и твёрдо посмотрела на них, думая, заметно ли то, как у меня дрожат руки.
— Ты позоришь нашу семью, — прорычал отец, сжимая спинку кресла так, что на ней оставались глубокие борозды, оставленные когтями демона. — Семью, которая дала тебе имя и средства учиться в академии! Семью, частью которой ты являешься! Мы предоставили тебе множество возможностей, а ты вместо того, чтобы с благодарностью принять, показываешь клыки и ничего не даешь взамен, жалкая эгоистка! Ты ничего не можешь сделать самостоятельно! Ты жалкое подобие демона и ты недостойна носить имя нашей семьи!..
Дыхание сбилось, а к глазам подступили слёзы. Я почувствовала, что ещё немного, и постыдно разревусь, ещё больше подстёгивая предков к ругани. Но сдерживаться было уже просто нереально. Мать говорила что-то ещё, но в висках слишком сильно стучала кровь, чтобы я смогла что-то расслышать, а реальность расплывалась из-за слёз.
— Ты никто!..
— Милорд, к вам господин Жустре… — в дверь вошёл слуга, прервав отца. Я даже не успела пожалеть того, как старого оборотня снесло волной дикой силы назад в двери.
Отец уже готов был продолжить гневную речь, когда в дверях появился вышеупомянутый Жустре — жилистый высокий демон, имеющий неплохое состояние и, собственно, именно поэтому и бывающий у нас довольно-таки часто.
Воспользовавшись замешательством, я вскочила из-за стола и бросилась прочь, боясь, что эти бесчувственные твари увидят мои слёзы. Но всё обошлось. Я быстро покидала не до конца вытащенные вещи обратно в сумку, накинула тёплый плащ и поспешно вышла, стараясь как можно быстрее убраться из этого чёртового особняка, от которого веяло гнилью и смертью. При этом глаза были уже сухими, хоть желание разреветься и осталось.
— Куда ты собралась?! — отец стоял в холле, скрестив руки на груди, а крылья за его спиной трепетали, частично раскрывшись.
— Подальше от вас, — процедила я, продолжая быстро спускаться.
— Ты никуда не уйдёшь! — прорычал отец и попытался меня остановить, но….
Он всегда меня недооценивал, считая полнейшей криворукой бездарностью. А зря!
Мне бы никогда не удалось проделать этот фокус с отцом, но в данный момент он не ожидал такого сопротивления, поэтому я с лёгкостью ушла от его захвата, развернулась, толкая его и крыльями подбивая под колени. Я успела услышать лишь удивлённый и вместе с тем яростный рык, прежде чем тяжёлые двери закрылись за моей спиной, а морозный воздух резанул по лицу, бросая мне в глаза колючие снежинки.
Я быстрым шагом направилась по неосвещённой заснеженной дороге в сторону центра городка, где находился единственный действующий портал, который должен был перенести меня в Нуций — главный город нашего штата. А уж оттуда можно было попасть куда угодно, хоть на Риюнай….
Мериот
Замок глухо щёлкнул, и дверь спустя несколько мгновений, за которые охранная сеть считывала мою ауру, легко открылась с противным скрипом. Я машинально поморщился, а потом радостно улыбнулся и, скинув сумку прямо на пол, бросился наверх, чтоб потискать мою младшенькую Нитре. Но комната сестры оказалась пуста, а на комоде я обнаружил внушительный слой пыли.
Так-так….
Подстёгиваемый нехорошим предчувствием, я спустился на кухню и разочарованно выдохнул, устало опускаясь на стул. На столе лежал лист бумаги, исписанный аккуратным, но совершенно непонятным маминым подчерком. При этом на листе виднелся тёмный полукруг — не иначе, как мамочка, забывшись, поставила на него кружку кофе. Я против воли улыбнулся, вспоминая весёлые моменты, когда мы все втроём собирались на этой кухне. Потом встряхнулся и принялся разбираться в подчерке.
Как оказалось, маме позвонил Лука — её коллега по работе — и предложил ей руководить раскопками какого-то очередного памятника древности. И матушка естественно согласилась, стремглав бросившись на другой конец света, да ещё и Нитре с собой прихватила, мотивируя это тем, что малявке полезно будет увидеть часть истории. Нет, конечно полезно, да вот только про меня она как всегда позабыла, полагаясь на то, что я уже взрослый и самостоятельный, и спокойненько перекантуюсь у кого-нибудь из друзей.
Правда, в этот раз, как назло, напроситься к кому-то в гости не получалось. У Шуры вся семейка собирается, так что нет. У Освальда с Жанет далеко идущие планы, так что тоже нет. У Зака у самого проблем выше крыши, так что….
Придётся мне либо встречать Рождество в одиночестве, либо возвращаться в академию. Там хоть народ и разъехался, но многие остались. Вздохнув, я решил не ждать до завтра, тем более что телепорты работают круглосуточно. Так что через пол часа я шагал по улице, любуясь на ясное небо и прислушиваясь к трещанию снега под ногами.
Правда, моим планам не дано было осуществиться. Как только я вышел из телепорта на площадке нашей академии, как тут же был пойман нашим смотрителем Жюстином.
— И кто тут у нас? — нахмурил ангел свои брови. Его полночные крылья слегка подрагивали, присыпанные снеговой крошкой.
— Здравствуй, Жюстин, — кивнул я, думая, пропустит он меня или нет. А то ведь может и не пропустить. Он у нас злопамятный. Мы ж с Шурой его доконали, вот он и может отомстить….
— Леджан? — удивлённо переспросил он. — Ты что здесь делаешь в такое время?
— В академию иду, — буркнул я. Не, я не отрицаю, что этот ангел силён и красив, его даже иногда нам в пару ставят, но это провинившимся, но иногда он невероятно тормозит. Не, ну скажите мне, что я могу делать на телепортационной площадке академии после полуночи с сумкой через плечо?
— Да неужели? — хмыкнул он.
— Да, — выдавил я, чувствуя, что ещё немного, и меня понесёт, а ругаться матом что-то мне не хотелось.
— Леджан, вот скажи мне, я что, похож на идиота? — поинтересовался он.
— Жюстин, — нетерпеливо произнёс я, надеясь отделаться от него, — я понимаю, что ты по мне соскучился за три месяца, но я спешу!..
— И куда же ты спешишь? — прозвучало у меня в голове, а потом сзади раздался голос Наставницы:
— Жюстин, тебя Метр Эрдим искал.
— Благодарю, — склонил он голову, бросив на женщину какой-то хитрый взгляд, и, резко развернувшись, утопал по направлению к ректорату.
— Спасибо! — искренне поблагодарил я, разворачиваясь, чтоб поприветствовать Наставницу.
— Сочтёмся, — кивнула она. — А теперь я повторю свой вопрос: ты что здесь делаешь на каникулах?
Я глубоко вздохнул и уселся на скамейку, предварительно смахнув с неё снег.
— Мама уехала на раскопки вместе с Нитре, а больше ни к кому не съездить на праздники, вот я и решил вернуться в академию — тут то кто-то да остался.